Чтение онлайн

Современное военно-политическое положение России и положение СССР в конце 1930-х гг. дает основание для проведения исторических параллелей. В.Суворов (Резун) утверждает, что отказ от территориальной системы комплектования РККА был закономерным, т.к. такие формирования не были предназначены для наступательной войны. Поскольку военная доктрина в СССР в 1930-е гг. приобрела наступательный характер, то территориальные части РККА должны были превратиться в кадровые [351] . Сложно согласиться, что наша страна была агрессором наряду с фашистской Германией или Японией, но нельзя занимать сугубо пацифистскую позицию. Еще древние римляне предупреждали: «Хочешь мира - готовься к войне». Угроза войны против СССР потенциально продолжала существовать в течение 1920— 1930-х гг. Поэтому нельзя однозначно утверждать, что сталинское руководство готовило страну только к военной агрессии против своих соседей. Создание предприятий - дублеров по производству военной продукции в восточных районах страны, возведение «линии Сталина» на западной границе, наконец, длительное существование территориальных частей в РККА в течение 1930-х гг., все это подтверждало оборонительные устремления руководства страны. Хотя в 30-х гг. Генеральный Штаб РККА недооценивал стратегическую оборону в качестве основного способа ведения войны на первом этапе, и предполагал быстрый переход к наступательной войне [352] . Эта ошибка дорого обошлась всей стране в 1941 г.

Проблематичным остается поиск путей повышения обороноспособности современной России. Переход к профессиональной армии не обеспечен как в экономическом, так и социально- правовом и культурном плане. В это же время обычным явлением стало оставление до 70% призывников для прохождения срочной военной службы в пределах военных округов, в которых осуществляется призыв [353] . История строительства Вооруженных Сил нашего государства, по сути, повторяется.

Следует иметь в виду, что профессиональная армия, поглощая значительную часть госбюджета, всегда будет малочисленной. Особое геополитическое положение России требует содержания достаточно многочисленных сухопутных войск хотя бы для прикрытия границ, на оборудование которых у государства достаточных средств нет, и в ближайшие десятилетия не будет. Не следует забывать и о том, что в ближайшие 30-40 лет на территории сопредельных государств СНГ вдоль южных и восточных рубежей РФ будет сохраняться напряженная военно-политическая обстановка. В России возможно появление новых очагов национальных конфликтов [354] . Сразу следует отметить еще одну историческую параллель с военно-политическим положением советской России в начале 20-х гг., когда распространение территориального строительства РККА на национальные окраины бывшей Российской империи рассматривалось М.В.Фрунзе и другими разработчиками военной реформы 1924-1925 гг. как недопустимая ошибка, поскольку это только способствовало бы всплеску национального сепаратизма. Повторение подобной ошибки в современных условиях грозит стремительным распространением локальных вооруженных конфликтов в различных субъектах РФ по уже известному «чеченскому образцу».

Военная история, патриотические события прошлого и ныне сохраняют качества нравственных идеалов. Богат и разнообразен опыт российского патриотизма, приобретенный за многовековую историю нашей Родины. На усвоение этого опыта была нацелена государственная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2001-2005 годы», утвержденная правительственным постановлением от 16 февраля 2001 года [356] . В этом документе отмечена тенденция переноса основных усилий по патриотическому воспитанию в регионы, «общественность которых демонстрирует негативное отношение к сепаратизму..» [357] . На наш взгляд, к числу таких регионов можно отнести и Урал - крупный промышленный район с его несметными природными богатствами, край патриотов, мужественных защитников Отечества в годы суровых военных испытаний. Патриотическое воспитание в современных условиях – актуальная государственная задача.

В предлагаемой читателю статье предпринята попытка раскрыть военную историю Урала в диалектической связи с эволюцией патриотического сознания войск. Хронологические рамки работы охватывает время с ноября 1917 г. до августа 1919 г. В этот период на Урале полыхало пламя Гражданской войны, а летом 1918 г. и весной 1919 г. решались судьбы красного и белого движения в России. Автор - специалист по военной истории - стремился осветить тему с учетом составных частей и специальных отраслей военно-исторического знания [358] . В статье на региональном уровне затрагиваются вопросы военной историографии и военно-исторического источниковедения, характерные черты и особенности оперативно-стратегического и тактического опыта, военного искусства противоборствующих сторон, а также сведения об эволюции морально-политического состояния и патриотического сознания войск.

Территориальные рамки статьи охватывают район Уральского театра военных действий (в дальнейшем - Уральский ТВД.
– B.C.) [359] . По современному административному делению страны эта территория входит в состав Республики Башкоторстана и Удмуртской Республики, Кировской, Пермской, Свердловской, Челябинской, Курганской, Оренбургской и частично Тюменской областей. До 1(14) февраля 1918 г. даты в статье приводятся по старому летосчислению, после указанного времени - по современному календарю.

Военно-исторический опыт Гражданской войны никогда не предавался полному забвению ни в нашей стране, ни за рубежом. Более скромные результаты описания такого опыта характерны для регионов России, в частности для Урала. Тем не менее военная историография разных лет содержит немало сведений по интересующей нас теме. Описание военных действий на Урале в той или иной мере освещается в трудах по истории Гражданской войны и военного искусства в масштабе всей страны [360] .

Уральской военной проблематике, описанию отдельных операций, сражений и боев, строительству вооруженных сил посвящены содержательные книги военных и гражданских историков [361] . В научной литературе увидели свет обстоятельные статьи, частично или целиком раскрывающие интересующую нас тему [362] .

Отдельные фрагменты военных действий на Урале нашли отражение в трудах авторов русского зарубежья [363] .

Анализ указанных работ позволяет сформулировать некоторые положения, связанные с изучением избранной темы. Разработка военной истории Урала периода Гражданской войны как актуальной научной проблемы началась со второй половины 50-х годов XX века. Первые крупные исследования в этой области выполнили доктор исторических наук, профессор Л.М.Спирин (г. Москва) и доктор исторических наук, профессор О.А.Васьковский (г. Свердловск, ныне Екатеринбург) [364] . Существенный вклад в изучение стратегических, фронтовых, армейских операций, проведенных на Уральском театре военных действий, внесли военные историки И.М.Подшивалов, С.М.Белицкий, Г.Х.Эйхе, А.М.Федоров, Е.А.Болтин, А.Б.Кадишев, С.В.Липицкий, А.М.Агеев, Б.П.Фролов. Особо следует отметить интеллектуальные усилия военного историка Н.Е.Какурина, основного автора труда «Оперативно-стратегический очерк боевых действий Красной Армии», опубликованного в 1930 году. В нем впервые были затронуты многие военно-исторические сюжеты гражданской войны на Урале. Значительный вклад в изучение военно-исторического опыта нашей страны, приобретенного в 1918—1921 гг., внес военный историк Н.Н.Азовцев. При его активном авторском участии увидели свет в 1980 и 1986 гг. два тома труда «Гражданская война в СССР». Им же осуществлена общая редакция этого исследования. Достойное место в нем занимает описание военных действий на Урале.

В большинстве работ указанных авторов, прежде всего в коллективных трудах, Гражданская война показана как вооруженное противоборство красных и белых. Но основной акцент в исследованиях сделан на обобщение советского опыта военного искусства. В последние годы опубликовано немало работ о вооруженных силах Белого движения. Среди них выделяется добротная военно-историческая работа Б.П.Фролова, посвященная армии Колчака [365] .

И еще одно наблюдение. Большинство авторов, работы которых анализировались выше, не ставили перед собой в качестве главной цели изучение военной истории на региональном уровне. На наш взгляд, комплексное изучение военно-исторического опыта Урала периода Гражданской войны - одна из актуальных задач современной военной историографии [366] .

Необходимым условием развития исторических исследований является вдумчивая работа с источниками - документами, воспоминаниями участников событий, периодической печатью, синхронной по времени издания изучаемым фактам. В полной мере это условие относится и к военной истории. Их всесторонне изучение, внешняя и внутренняя критика позволяет воссоздать достоверную картину боевой и мирной жизни войск [367] .

Характерной чертой исторических источников Красной Армии и вооруженных сил Белого движения на востоке России является полярный, нередко взаимоисключающий подход к оценке событий Гражданской войны. Это объясняется противоположной трактовкой коренных интересов красных и белых. В документах Красной Армии подчеркивается мысль о справедливом характере вооруженной борьбы угнетенных против угнетателей, войны рабочих и крестьян против капиталистов, помещиков, их военных приспешников и слуг. Ясность аргументации таких документов, их эмоциональная окраска доходили до ума и сердца людей, нередко лишенных образования, но познавших тяжкие университеты труда и суровые испытания Первой мировой войны. Многие источники написаны от руки, на бумаге невысокого качества, с грамматическими погрешностями.

Документы Белого движения внешне выглядят значительно привлекательнее. Здесь преобладают отпечатанные на машинке, грамотно составленные материалы. Их авторы предельно негативно оценивали вооруженные силы и военное руководство красных. Революционные события в России в источниках белых порой сравнивались с «великой смутой» начала XVII века.

В отчетных документах Красной Армии привлекают внимание свидетельства о мужестве и военном искусстве бойцов и командиров, сражавшихся на уральской земле. Особенно много их относится к событиям лета 1919 г., ко времени разгрома белогвардейских армий на Урале. В наградном документе Реввоенсовета Республики, например, дана высокая оценка самоотверженным боевым действиям 232-го стрелкового полка 26-й стрелковой дивизии Пятой армии в критический период Челябинской наступательной операции. В приказе о награждении сказано: «Несмотря на огромные потери как в рядах красноармейцев, так и командного состава», 232-й стрелковый полк «решил, защищаясь до последнего человека, во что бы то ни стало удержать натиск противника и восстановить положение. Задержавшись на вышеозначенной линии, 232-й полк немедленно перешел в энергичное контрнаступление и после ряда жесточайших боев, доходивших до штыковых встреч и стрельбы артиллерии картечью на 150 шагов, причем некоторые пункты переходили 10—12 раз из рук в руки, и рискуя быть каждую минуту окруженным, полк своим мужеством и беззаветно храбрым стремлением вперед не только сдержал лавины противника, но и в свою очередь заставил их отойти и восстановил прежнее положение, чем и обеспечил положение всей группы действующих в Челябинском районе войск. Этим самым он дал возможность окончательно закрепить за нами г. Челябинск, ворота в житницу России - Сибирь» [368] .