Чтение онлайн

Оппозиция энергично возразила, что со стороны японцев нет никакой опасности, и упрекнула правительство в том, что оно объявило Японии войну. Как заявил, в частности, Лоув, Блэкуэлл доказал, что правительство напугано своей собственной политикой и его единственное стремление сводится к тому, чтобы открыть новый фронт. «Упоминание Блэкуэлла о Мадагаскаре, — утверждал он, — и недавнее назначение представителя генерала де Голля в Южную Африку — не простое совпадение…»

Хотя, по-моему, премьер-министр несколько раздосадован тем, что вопрос о Мадагаскаре был, таким образом, поднят общественным мнением и в парламенте, все же этого едва ли можно было избежать, поскольку об этом говорят абсолютно все.

Прошу передать, не прибегая к английскому посредничеству, следующее мое послание генералу Дюпону в Джибути:

«Дорогой генерал!

Непосредственное соглашение между нами в целях присоединения Французского Сомали к Сражающейся Франции позволило бы нам сохранить там свои позиции, без какого-либо сервитута со стороны иностранной державы. Прошу вас подумать об этом и принять соответствующее решение. Добавляю, что в случае, если вы присоединитесь ко мне как губернатор, я буду просить вас оставаться на этом посту. С надеждой жду вашего ответа».

Генерал Вилсон просил меня выслать из стран Леванта тридцать французов, в том числе некоторых, примкнувших к нам, присутствие которых, по его мнению, представляет угрозу безопасности войск.

Так как выдвигаемые против них обвинения в целом носят неопределенный характер и основываются на показаниях либо платных агентов, либо свободных французов, побуждаемых подозрительностью или чувством мести, я потребовал рассмотреть каждый случай в отдельности.

На это Вилсон возразил мне, что у него есть категорический приказ, что вопрос обсуждению не подлежит и что в Англии в аналогичных случаях именно так поступали с видными английскими деятелями.

Я ответил, что дело здесь касается французов и что я приму против французов меры только в том случае, если буду убежден, что их деятельность враждебна союзникам. Я указал, что в отношении некоторых лиц такая уверенность у меня уже есть, по кое-кому среди них необходимо предварительно подобрать замену на занимаемых ими постах.

…Я добавил, что не принесу в жертву лиц, которых я не считаю враждебно настроенными, если только вы не дадите мне приказа об этом. Наконец, ссылаясь на соглашение, заключенное в Сен-Жан-д’Акре, я указал Вилсону, что поскольку он может разрешать пребывание в Леванте французам, не примкнувшим к «Свободной Франции», он может также лишить их этого права, но что в таком случае я отказываюсь присоединиться к его решению. В заключение я сказал, что намерен обсудить этот вопрос с генералом Окинлеком 16 марта в Каире.

Я также, как и Вилсон, — о чем я сказал ему, — забочусь о том, чтобы избежать предательства, но я лучше его информирован о французах и не хочу подвергать их репрессиям без достаточных оснований. Если он настаивает на таких отвратительных мерах, то будет нести за них ответственность. Добавлю, что, придерживаясь подобного метода, я рисковал бы выселить из стран Леванта всех французов на основании простого доноса. Прошу срочно сообщить, согласны ли вы со мной.

Вы — французский национальный комиссар, генеральный представитель и главнокомандующий в Леванте. Иностранный генерал не может отдавать вам никаких приказов. Это особенно относится к тем случаям, когда дело касается судьбы подчиненных вам соотечественников, находящихся на территории, подмандатной Франции и вверенной вашему управлению.

Пусть Вилсон передаст вам сведения, которыми он якобы располагает. Но вы должны дать ему понять, что его права этим и ограничиваются. Кроме того, мы достаточно хорошо знаем его и его политику, чтобы понимать, что он, как вы говорите, стремится выселить из Леванта всех находящихся там французов… Добавляю, что вы легко могли бы найти англичан, чья деятельность в Леванте представляет угрозу для общественного порядка и высылки которых вы также могли бы потребовать от Вилсона.

Во всяком случае, мы доведем до сведения английского министерства иностранных дел позицию Вилсона в этом вопросе и сообщим, что она неприемлема для нас.

Я наблюдал за вашей деятельностью и одобряю усилия, направленные на достижения двух целей, которые мы преследуем в Восточной Африке:

1. Снова включить в войну против врага Французское Сомали, прекратив путем блокады сопротивление вишистских властей, наносящее вред интересам нации.

2. Восстановить права и представительство Франции в Эфиопии, освобожденной при содействии наших вооруженных сил.

До сего времени мы не смогли осуществить первую цель, которая выходит далеко за рамки вопроса о Джибути. Одной из причин этой неудачи является почти покровительственная политика государственного департамента США в отношении Виши и позиция наших английских союзников, считающих в настоящее время невозможным проводить независимую от Вашингтона линию в любом серьезном вопросе.

С нашей точки зрения, этот фактор отрицательный во всех отношениях, но до сего времени нам еще не удалось его устранить. Во всяком случае, инцидент с Сен-Пьером и Микелоном сыграл роль хирургического ножа, вскрывшего наболевший гнойник.

В отношении восстановления представительства Франции в Эфиопии вам, по-моему, удалось добиться максимально возможного в данных условиях. Мы не могли помешать англичанам вести переговоры с негусом без нас. Но они оказались вынужденными вести эти переговоры так, что для Франции дверь осталась на будущее открытой. А пока благодаря вашим усилиям мы получили возможность оставаться в Эфиопии и восстановить там пребывание наших граждан и учреждений, то есть, иными словами, восстановить свое влияние. И, наконец, присутствие наших войск тоже сыграло определенную роль.

Я считаю, что теперь вы можете прибыть в Лондон ко мне. Вам необходимо, конечно, найти человека на месте, на которого можно будет возложить временное исполнение ваших обязанностей. Я уведомил генерала Катру, что 4-й маршевый батальон передан в его распоряжение для переброски в Левант и что подразделения, остающиеся на месте, перейдут под его командование. Разрешаю вам отправиться в Бейрут к генералу Катру и урегулировать вместе с ним эти вопросы военного характера. Привет.