Чтение онлайн

Генерал де Голль заметил, что начертание этих границ так же обусловлено географически и теми же военными потребностями, что и требования французского народа по поводу Рейна. Он должен заметить, что маршал Сталин уже решил для себя вопрос восточной границы Германии, что бы об этом ни думали союзники России, тогда как вопрос с западной границей не решен, потому что Вашингтон и Лондон еще не выработали своего мнения.

Маршал вернулся к гарантиям мира и безопасности, которые обеспечивают поддержание прочного единения между [410] великими союзническими державами, несущими основное бремя войны. Советский Союз и Великобритания уже заключили в этом плане договор о союзничестве на двадцать лет. Следовало бы Советскому Союзу и Франции предусмотреть договор такого рода с тем, чтобы обезопасить себя от общей угрозы новой немецкой агрессии.

Генерал де Голль ответил, что таково было и желание его правительства. Обе наши страны, находясь в непосредственном соседстве с Германией, наиболее заинтересованы в объединении для общей обороны. В целях поддержания альянса уже были заключены договор 1892, затем пакт 1935. Этот последний мог бы служить основой для переговоров по новому договору, более соответствующему современным условиям.

Маршал Сталин и г-н Молотов напомнили вместе и с живостью, что пакт 1935 никогда не входил в силу, что Советский Союз, наученный этим горьким опытом, не планирует подписать договор без гарантии искреннего и серьезного желания соблюдать его дух и букву. Генерал де Голль заметил, что он не Пьер Лаваль и если у него есть желание заключить договор с Советским Союзом, то для того, чтобы обеспечить его применение в полной мере и установить прочный союз между Францией и Россией.

Маршал Сталин и г-н Молотов приняли эти уверения с удовлетворением. Предусматриваемый договор будет частью доброго согласия и тесного сотрудничества четырех великих союзнических держав и всех Объединенных Наций.

Генерал де Голль отбыл в 23 часа.

СЛУЖЕБНАЯ ЗАПИСКА ПО РАТИФИКАЦИИ (СОСТАВЛЕННАЯ РОЖЕ ГАРРО И МОРИСОМ ДЕЖАНОМ)

Вечером 3 декабря в Большом театре в Москве г-н Молотов, уже ознакомившийся с французским проектом договора, переданным накануне г-ну Богомолову, задал г-ну Дежану вопрос по ратификации.

Он спросил, на каких условиях может быть ратифицирован франко-советский договор в связи с тем, что французское правительство является временным. Кроме того, он задал вопрос, должна ли участвовать в этом акте Консультативная ассамблея Франции. [411]

Г-н Дежан ответил ему, что Консультативная ассамблея, на что указывает ее название, может лишь давать заключения; таким образом, она не должна вмешиваться в ратификацию.

(...)

Несколько минут спустя г-н Молотов задал тот же вопрос г-ну Бидо, который ответил в таком же смысле.

По возобновлении заседания народный комиссар по иностранным делам задал наконец вопросы по этому поводу генералу де Голлю. Последний заметил, что договор между Советским Союзом и Чехословакией, при отсутствии всякого парламента, был ратифицирован президентом Чехословацкой республики, который имеет временные полномочия и, помимо этого, находится в Лондоне. Г-н Молотов ничего на это не сказал.

ПРОТОКОЛЬНАЯ ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ГЕНЕРАЛА ДЕ ГОЛЛЯ С МАРШАЛОМ СТАЛИНЫМ В КРЕМЛЕ 6 ДЕКАБРЯ 1944 В 18 ЧАСОВ, СОСТАВЛЕННАЯ РОЖЕ ГАРРО И МОРИСОМ ДЕЖАНОМ

Присутствовали:

Генерал де Голль

г-н Бидо

г-н Гарро

г-н Дежан

маршал Сталин

г-н Молотов

г-н Богомолов

г-н Подзеров

Генерал де Голль. — Я просил у вас встречи сегодня. Мы хотели бы во время нашего пребывания в Москве решить с вами совокупность проблем сегодняшнего и завтрашнего дня. Мы хотели бы узнать ваше мнение и сообщить вам наше, если вам угодно.

Маршал Сталин. — Пожалуйста.

Генерал де Голль. — Мы передали вам проект договора, касающийся тех мер, что могли бы предпринять Франция и Советский Союз в целях общей безопасности по отношению к Германии. Мы это обсудим с вами. Но в связи с этим имеется [412] ряд вопросов, которые необходимо прояснить между нами. Я позволю себе задать несколько конкретных вопросов. То, что я скажу, будет твердо и искренне.

Существует польский вопрос.

Я вернусь в достаточно далекое прошлое.

Маршал Сталин знает, что с давних пор и по различным причинам: цивилизация, религия, политика и т.д. — Франция и Польша были связаны общими взглядами.

Маршал Сталин. — Я это знаю.

Генерал де Голль. — В течение долгого времени Франция пыталась поддержать независимость Польши среди соседних ей стран. Ей это не удалось. Польша исчезла.

По окончании последней войны Франция хотела видеть Польшу, способную противостоять Германии. Такова была цель, которую преследовала Франция в своей политике, когда она содействовала восстановлению после 1918 независимого польского государства.

Мы знаем, каковы были последствия политики, проводимой Польшей между двумя войнами. Политика Бека — и людей, подобных ему, — вызвала наше крайнее неудовольствие и поставила нас с вами под угрозу.

Мы оцениваем как крайне опасное для мира и, в частности, для Советского Союза, продолжение Польшей такой политики по отношению к побежденной Германии. Мы знаем, что Германия всегда желала использовать в своих интересах подобную политику Польшу.

Маршал Сталин. — Германия хочет поглотить Польшу. Она всегда этого хотела.

Генерал де Голль. — До того, как поглотить ее, она всегда будет стараться ее использовать. Мы, французы, заинтересованы в том, чтобы были созданы такие условия, чтобы Германия не могла больше это повторить. Я подчеркиваю это, потому что это правда.

Мы совершенно не против того, что однажды сказал маршал Сталин касательно западных границ Польши. Мы считаем, что такое решение исключит всякую возможность договора между Германией и Польшей. [413]

Маршал Сталин. — Вы правы.

Генерал де Голль. — Если одновременно расширение Польши на запад позволит найти решение в плане ее восточных границ, мы полностью согласимся с этим.

Маршал Сталин. — Восточная граница Польши была подтверждена Клемансо. Это была «линия Керзона».

Генерал де Голль. — У нас нет никаких возражений против «линии Керзона», если Польша будет компенсирована на западной границе.

Маршал Сталин. — Необходимо, чтобы она получила эти земли. Наша армия сделает для этого все, что требуется.

Генерал де Голль. — Однако мы считаем, что Польша должна остаться независимым государством, как, впрочем, это всегда подчеркивал маршал Сталин.

Маршал Сталин. — Конечно. По этому поводу нет никаких сомнений.

Генерал де Голль. — Мы знаем, что нынешняя ситуация внесла смуту в умы многих поляков. Мы не знаем точно, что польский народ будет думать после освобождения Красной армией. После определенных трудностей и волнений может возникнуть политическая ситуация, положительная с польской точки зрения и благоприятная для отношений Польши с Советским Союзом и Францией.