Чтение онлайн

— Другой дороги нету, Тургай?

— Нету, — коротко ответил монгол.

— С обозом на перевале застрять можем, — осторожно заметил пожилой полусотник.

— Прорвемся, — с небрежной улыбкой ответил есаул.

— Эх, ваши слова да в уши господу, — вздохнул пожилой полусотник.

— Напоследок еще пару станций выпотрошить можно, — подал голос второй полусотник.

Неожиданно вдалеке на дороге показался человек. Он вырос словно из-под земли и теперь стоял, раздвинув ноги, поджидая всадников.

Есаул придержал коня. На груди у матроса в тельняшке болтался большой полевой бинокль. Матрос поднес его глазам, некоторое время смотрел, потом тихо выругался:

— Комиссар, бисова душа. — Матрос снял с плеча винтовку.

— Погоди, — остановил его есаул. — Может, он не один...

Матрос снова приставил к глазам бинокль, пробормотал:

— Нема никого.

Человек продолжал неподвижно стоять на дороге. Можно было различить черную фуражку со звездочкой. Эту фуражку Шилов достал со дна реки Березянки.

Монгол и парень в меховой безрукавке спешились, нырнули с дороги в кусты. Поводья своих лошадей они передали бандитам, ехавшим сзади.

— Тихо берите, — предупредил пожилой полусотник.

— Какого черта он стоит? — проговорил Брылов.

Они медленно ехали по дороге. Палило солнце. Лошади взмахивали головами, лениво переступали с ноги на ногу, в тишине позвякивала конская сбруя.

Матрос в тельняшке снова поднес бинокль к глазам. Дорога и склоны холмов были пустынны.

— Нема никого.

— От Тургая и Гришки не уйдет, — усмехнулся пожилой полусотник.

Они остановились, ждали.

Вскоре, с поднятыми руками, пугливо оглядываясь, вышли на дорогу монгол Тургай и мордастый парень в безрукавке. Вслед за ними, держа винтовку наперевес, показался Шилов. Он что-то сказал монголу, и тот обернулся. Шилов протянул ему винтовку. Монгол помедлил неуверенно взял ее. А Шилов поднял вверх руки и пошел впереди бандитов.

— Фью-ить! — присвистнул есаул и засмеялся.

Егор остановился в нескольких метрах от всадников и опустил руки. Под глазом парня в безрукавке лиловел огромный синяк, а у монгола была заметна ссадина на скуле и из разбитой губы сочилась кровь.

— Разбаловал ты их, есаул, — сказал Шилов, через силу улыбнувшись. — Совсем мышей не ловят.

— Кто такой? — резко спросил Брылов.

— Шилов моя фамилия. Егор Шилов, станицы Благовещенской.

— Федор Шилов, сотник, не родственником доводится? — вдруг спросил пожилой полусотник.

— Родной брат, царствие ему небесное, — ответил Егор.

Пожилой полусотник подъехал к есаулу, нагнулся и что-то зашептал ему. Брылов с интересом смотрел на Шилова, спросил насмешливо:

— В чека служишь?

— Служил.

— Ко мне зачем? Только врать не стоит!

— Меня там к расстрелу приговорили.

— За что? — Есаул направил коня прямо на Шилова. Он не тронулся с места. Оскаленная конская морда моталась прямо перед его лицом.

— За дело приговорили, — ответил он. — У нас зря к расстрелу не приговаривают.

— У меня, думаешь, лучше будет? — так же зло и звонко спросил Брылов.

— Мне теперь все равно, — нахмурился Шилов.

— А на что ты мне нужен? — спросил есаул, хотя подумал, что именно такие ребята ему и нужны. Эх, ему бы сотни три таких ребят, сколько дел натворить можно было бы! И в Монголию уйти не с пустым карманом.

— Не нужен — дальше пойду, — ответил Шилов.

— Если отпущу, — сказал есаул.

— Если отпустишь, — согласился Шилов и в"друг спокойно двинулся сквозь скопление всадников, и бандиты, не, ожидавшие этого, сторонили лошадей.

Прищурившись, Брылов смотрел, как Шилов уходит, по дороге, и еще раз подумал: «Эх, сотни бы три таких казачков...»

— А ну, верни его! — приказал он, глянув на парня в меховой безрукавке.

Тот пришпорил коня и, помахивая над головой нагайкой, поскакал. Шилов продолжал спокойно идти. Вот всадник поравнялся с ним, взмахнул нагайкой, но ударить не посмел — прямо ему в грудь смотрело дуло нагана.

— Не балуй, — сказал Шилов и поманил парня пальцем: — Нагнись-ка...

— Чево? — Удивленный парень перегнулся через седло..

Шилов мгновенно схватил его за руку, резко рванул на себя, и бандит, вылетев из седла, тяжело ударился о дорогу. Шилов одним махом взлетел в седло. Есаул от удовольствия покрутил головой и вновь засмеялся.

— Я ж говорю, мышей не ловят! — весело крикнул Шилов есаулу.

Бандит поднялся, шатаясь точно пьяный, сдернул с плеча винтовку.

— Не балуй, — спокойно остановил его Шилов. Одной рукой он натягивал повод, в другой держал наган.

— Весь в брата, царствие ему небесное, — довольным голосом проговорил пожилой полусотник.

Потом Шилов и есаул ехали впереди, негромко разговаривали. Бандит в меховой безрукавке сидел на одной лошади с Тургаем.

— А если по правде, зачем ко мне пожаловал? — спрашивал есаул.

— Твои ребята шестнадцатого поезд грабанули? — в свою очередь спросил Шилов.

— Ну?

— В этом поезде вещички мои кой-какие были.

— И дорогие вещички? — В голосе Брылова послышалась усмешка.

— Дорогие...

— Что такое, не пойму? — покачал головой Брылов, но голос его был по-прежнему веселым. — Офицерик тут на днях ко мне прибился, тоже что-то рыщет, нюхает.

— Как его фамилия? — быстро спросил Шилов.

— Ротмистр Лемке. Знакомы, что ли?

— Да нет, знакомиться не пришлось, — равнодушно ответил Шилов.

— Не верю я ему. — Брылов скользнул по Шилову внимательным взглядом. — Впрочем, и тебе тоже. — Он погрозил Шилову нагайкой и пришпорил коня.

Когда они въехали в расположение банды, Шилов отстал от есаула, спрыгнул с коня, протянул повод бандиту в безрукавке.

— Держи.

Тот взял повод, злобно посмотрел на Шилова.

— И гляди, на старших не замахивайся! — улыбнувшись, предупредил его Шилов и не спеша зашагал через кустарник туда, где виднелись подводы. Шел и осматривался по сторонам. Прошел мимо спящих на еловых и кедровых лапниках бандитов, мимо коновязи, где были привязаны лошади. Вот подъехали еще четверо бандитов, спешились. За плечом у одного был заброшен объемистый мешок, и оттуда раздавалось поросячье хрюканье. У шалаша сидел казак и бруском точил шашку. Скребущие сердце звуки далеко разносились в сухом, хвойном воздухе.