Чтение онлайн

Барабанщики носили обмундирование, подобное солдатскому, но с погоном не на левом, а на правом плече, и с «крыльцами» приборного сукна на плечах, а также имели нашивки из тесьмы или галуна (такие же, как мундирные петлицы) на передней части рукавов. Музыканты имели подобное же обмундирование, но с погоном на левом плече и с обшивкой тесьмой не только на рукавах, но и по всем швам мундира и краям карманных клапанов 17. В феврале 1796 г. музыкантам установлен мундир «обратных» цветов (красный с зеленым подбоем), но уже в апреле это распоряжение было отменено, и все музыканты вновь получили зеленые мундиры 18.

Обмундирование офицеров во многом походило на солдатское, но отличалось рядом деталей. Шляпы были пуховыми, с узким (у егерей – широким, с волнистыми «городками») галуном по цвету приборного металла, в углах шляп имелись кисти золотой или серебряной канители. В гренадерских батальонах Его Высочества и Палицына с 1796 г. крепилась и верхняя канительная кисть, или султанчик. Погона на мундире не имелось. Галстуки офицеров были из белого шелка, у егерских офицеров – из черной саржи. Мундиры, камзолы и штаны изготавливались из тонкого, хорошего качества сукна. Пуговицы были позолоченные или посеребренные, выпуклые («дутые»). Подбивались мундиры стамедом (до 1795 г. – красным, позднее, по данным К. В. Татарникова, зеленым), подкладка спинки делалась из тонкого холста. Приблизительно с 1794 г. мундиры офицеров украшаются шитыми канителью и блестками петлицами. Офицерам также полагались черного шелка с золотом (с 1795 г. – с серебром) темляки на холодное оружие, золотые (с 1795 г. – серебряные) шарфы, а также офицерские знаки, носимые на шее на голубой (с 1796 г. – на черной с оранжевой каймой) ленте (егерским офицерам знаков не полагалось), перчатки с крагами и трости, подобные унтерским, но с офицерским темляком. Для ношения вне строя Павел разрешил использовать вицмундиры и сюртуки.

Особое, более скромное, чему строевых офицеров, обмундирование имели офицеры Военного департамента и нестроевые офицерских чинов 19.

На вооружении Гатчинских войск состояли образцы оружия, изготовленные специально по заказу Павла Петровича и отличающиеся от тех, что были на вооружении русской регулярной армии. Они послужили прототипом образцов, принятых на вооружение в 1798 г.20

Вооружение рядового тяжелой пехоты (гренадера и мушкетера) состояло из ружья со штыком и тесака с медным эфесом. Рядовые и унтер-офицеры егерской роты были вооружены нарезными штуцерами и кортиками. Последние обычно носились в ножнах на поясе, но в случае необходимости примыкались к штуцеру с помощью специальной защелки 21.

Снаряжение рядовых тяжелой пехоты состояло из поясной портупеи яловичной кожи, с медной пряжкой и с тесачной лопастью, кожаной патронной сумы на 60 патронов, носимой на широкой яловичной перевязи через левое плечо, ранца из телячьей кожи, шерстью наружу, манерки (фляги) и сухарного мешка («лакомки» или «сламзака») 22. Нижние чины, вооруженные штуцерами (егеря и унтер-офицеры-гренадеры), носили подсумок для патронов на животе на портупее, и потому чересплечных патронных сум им не полагалось 23.

Строевые унтер-офицеры имели на вооружении тесак и алебарду, а гренадерские унтер-офицеры с 1794 г. получили «винтовальные» (нарезные) ружья с шестью нарезами, бывшие короче и легче солдатских 24.

Все офицеры имели на вооружении шпагу, а при нахождении в строю офицерам тяжелой пехоты полагался еще и эспантон – род длинной полупики 25.

Наличие алебард и эспантонов может показаться анахронизмом, но только на первый взгляд. При линейном построении пехоты они играли очень важную роль, так как, во-первых, позволяли определить местонахождение в строю офицеров и унтер-офицеров, а во-вторых, служили для рядовых ориентиром при равнении 26.

Относительно знамен гатчинской пехоты в «Историческом описании одежды и вооружения Российских войск» приводятся следующие сведения: «Какие и в каком именно баталионе были знамена, не сохранилось никаких сведений, и в настоящее время существуют только два рода знамен, о которых известно, что они принадлежали описываемым здесь (Гатчинским. – Е. Ю. ) войскам. Одни из сих знамен – шириною 1 арш. 14 вершков, а длиною 2 арш. 2 вершка, – суть ни что иное, как… кайзер-флаг, имеющий на средине, в оранжевом овале, изображение российского двуглавого орла в зеленом венке и прибитый к белому крашеному древку с медным копьем и серебряными кистями… Другие знамена – одной ширины с первыми, а длиною 1 арш. 12 вершков, и также с белыми древками – были белого цвета, с изображением на углах золотых пылающих бомб. В верхней половине полотна, ближе к древку, изображено золотое сияние, наподобие солнца, с белым и голубым крестами внутри, на красном поле, как бывает у кайзер-флага, и с надписью на обручике: „Сим знамением победиши“. В нижней половине, ближе к наружному боковому краю полотна, представлен двуглавый орел черного цвета, с распущенными крыльями» 27. К. В. Татарников пишет только об имевшемся в 1795 г. в Лагерьгаузе знамени «малинового цвета с белым крестом, с древкою и с кожаным чехлом», впрочем, кому оно принадлежало – не известно 28.

Рассмотрим теперь обмундирование, снаряжение и вооружение кавалерии Гатчинских войск. Как выяснил К. В. Татарников, сведения по обмундированию кавалерии есть в документах только за 1795–1796 гг.

Обмундирование гатчинских кирасир, или жандармов 29, состояло из черной поярковой шляпы с железным каскетом, фуражной шапки, галстука, колета с подколетником (суконным камзолом с застежкой на крючки), кушака, ташки, замшевых штанов и перчаток, ботфорт со шпорами, рубахи и чулок, шинели. При строевой и парадной форме жандармам полагались также кирасы, а для особо торжественных случаев – супервесты.

Шляпа была без обшивки тесьмой, с левой стороны спереди крепился черный бант с оранжевой каймой, удерживаемый медной пуговицей. Кисти в углах были красные, а венчал шляпу плюмаж из белых (сверху) и черно-оранжевых (у основания) перьев.

Галстук был черный суконный. Колет изготавливался из белой или палевой кирзы – плотной шерстяной ткани, напоминающей замшу. Воротник, обшлага, погоны, чепрак, чушки (покрытия для пистолетных кобур), кушаки, ташки и подколетники были первоначально в первом эскадроне красные, во втором – голубые (светло-синие). В 1795 г. синий приборный цвет был установлен для всего полка. В начале 1796 г. воротники, обшлага и кушаки во всем полку установлены красные, с сохранением подколетников, ташек, чепраков и чушек синего цвета. Тесьма установлена краснобелая. В апреле 1796 г. кушаки было велено иметь в Лейб-эскадроне алые, во втором – синие, в третьем – желтые. Эскадронных цветов (красным или синим) был первоначально и ромбовидный рисунок тесьмы, которой обкладывались края бортов колета, ташки, чушки и карабинная перевязь. Фалды колетов обкладывались красно-белой тесьмой, как видно из вышеизложенного, применявшейся в полку чаще всего.

Вне строя нижние чины носили фуражную шапку, а рабочей одеждой были китель и штаны, сшитые из сурового (серо-белого) каламенка (шерстяной ткани сатинового плетения) 30.

Унтер-офицеры имели отличия, подобные пехотным (в том числе и трость); плюмаж на шляпе украшался черно-оранжевыми перьями не снизу, а сверху. Колеты вместо шерстяной тесьмы обкладывались красно-золотым басоном из сукна и галуна. Вне строя им полагались, кроме обычной формы, сюртуки, вероятно, темно-зеленые, с красным стамедным подбоем.

Обмундирование музыкантов богато расшивалось тесьмой.

Обмундирование офицеров отличалось от солдатского высоким качеством изготовления и рядом деталей. Шляпы были пуховые, с серебряными кистями в углах и петлицей из золотой канители, удерживавшей бант, отделка колета (воротник, обшлага, обкладка) была бархатная (сперва – эскадронных цветов, с 1796 г. – алая), края бортов обшивались золотым галуном. Галуном обкладывалась и портупея, на которой носились палаш или шпага (последняя – при вицмундире и сюртуке). Темляки и шарфы были из серебряной канители.

Вицмундир, одевавшийся вне строя, по покрою был аналогичен пехотному, но шился из тонкого белого сукна. Воротник, обшлага, лацканы и подбой были красного цвета. Сюртуки, также одеваемые вне строя, были темно-зеленые, с такого же цвета стамедной подкладкой, с голубыми воротниками.

Всем чинам полка полагались шинели темно-зеленого сукна с темно-зеленым подбоем. Воротник у нижних чинов – приборного сукна, у офицеров – темно-зеленый.

Характерным отличием гатчинских жандармов от прочей кавалерии была кираса. По традиции XVIII в. она состояла только из передней половины 31 и удерживалась перекрещенными на спине кожаными ремнями, покрытыми медной «чешуей». У нижних чинов кирасы, по данным на 1795 г., были медные посеребренные, у офицеров – серебряные с посеребренной «чешуей», с обкладкой по краям кирасы красным гарусным шнуром. В феврале 1796 г. в полк поступили медные, крашенные черной краской кирасы для всех чинов. Тогда же, по данным, приводимым К. В. Татарниковым, в полк поступили и 40 серебряных кирас, аналогичных вышеописанным. Можно с уверенностью предположить, что черные кирасы офицеры надевали при нахождении в строю, а серебряные – в дворцовом карауле. Подтверждением этой версии может служить факт пожалования в 1798 г. Лейб-Кирасирскому Ее Величества полку 219 солдатских и 11 офицерских серебряных кирас (возможно, бывших гатчинских жандармов) именно для ношения в дворцовых караулах 32.