Чтение онлайн

И тут Эгесистрат вдруг спросил меня, помню ли я, кто он такой. Я ответил, что его зовут Эгесистрат и что он прорицатель. Он спросил, могу ли я бегать так же быстро, как он; когда я заявил, что могу, он снова спросил, могу ли я бегать быстрее, чем он, и я сказал, что могу. Тогда он спросил, помню ли я кибернета и сможет ли он, Эгесистрат, обогнать его. Я ответил, что не сможет, и он спросил, почему я так думаю.

– Ты и сам должен знать, - ответил я.

– Конечно я знаю. Но хочу выяснить, знаешь ли ты.

– Да ведь ты хромой! Тебя ранили спартанцы - так, во всяком случае, ты мне говорил.

Почему-то Ио очень удивилась этим моим словам. Странно.

– А куда меня ранили?
– продолжал расспрашивать Эгесистрат.

– В бедро.

Он кивнул.

– А как тебе нравятся мои новые зимние сапоги? Как ты думаешь, в них удобно бегать? Оба ли они для этого хороши?

Я взглянул на его сапоги и заверил его, что они превосходные (так оно и было на самом деле).

– Впрочем, как и любая обувь, они больше годятся для ходьбы, чем для бега, - заметил я.
– Быстрее всего человек бегает босиком.

– Хорошо сказано, - заявил Эгесистрат.
– А теперь скажи, Латро, ты все еще видишь мальчика, с которым только что разговаривал?

Элата подмигнула мне и указала, куда нужно смотреть. Но в ее подсказке не было никакой необходимости. Я по-прежнему хорошо видел этого мальчика, о чем и сказал Эгесистрату.

– Спроси у него, как поживает Эобаз.

Не имею понятия, откуда мальчику могло быть известно о каком-то Эобазе и почему Эгесистрат считает, что ему это известно (разве что кто-то утром на рынке ему сказал?). Я окликнул мальчика:

– Эй! Подойди-ка поближе к костру! Что ты можешь сказать нам о спартанце Эобазе, изготовившем канаты для моста, построенного Великим Царем?
– Я помнил, кто такой Эобаз, потому что прорицатель говорил о нем с нашим капитаном совсем недавно, в харчевне.

– Эобаз - не спартанец, - отвечал мальчик.
– Он мидиец.

– Значит, ты его знаешь?

Он пожал плечами и повторил:

– Он мидиец. Мы мидийцам не доверяем, они не нашего племени.

– Ты должен повторять все, что скажет мальчик, - велел мне Эгесистрат. Я повторил. Эгесистрат сказал: - А теперь спроси его, где Эобаз сейчас.

Повторять его вопрос не было необходимости - мальчик прекрасно все слышал. Он на мгновение прикрыл глаза и промолвил:

– Эобаз на коне.

– Он едет верхом, - сообщил я Эгесистрату.

Прорицатель потер щеку и спросил:

– Один?

– Нет, - отвечал мальчик, обращаясь ко мне.
– С ним много людей. Высокие воины с копьями. Безволосый и очень сильный человек держит веревку, завязанную петлей у Эобаза на шее.
– Понимая, что Эгесистрат мальчика не слышит, я повторил все это.

– Руки у него связаны?

Мальчик кивнул:

– Связаны, и конец веревки привязан к подпруге его коня.

– Латро!
– раздался вдруг чей-то голос.

Удивленный, я оглянулся и увидел капитана Гиперида, который только что подошел к нам. Он помахал мне рукой, и я помахал ему в ответ. Тут мне в лицо вдруг пахнуло дымом, я закашлялся и вынужден был отойти от костра.

Эгесистрат тоже поздоровался с Гиперидом. Не знаю уж, куда при этом делся мальчик, я его больше не видел. Гиперид спросил, как прошло жертвоприношение и благоприятными ли были указания богов.

– Весьма благоприятными, - отвечал Эгесистрат.
– Но при условии, что мы последуем совету Итиса.

– Превосходно!
– воскликнул Гиперид, садясь у костра и протягивая руки к огню.
– А каково это условие?

– Тебе с экипажем предстоит обогнуть мыс Геллы и встретить нас на фракийском берегу. А мы - Итис указал на нас четверых и на твоего чернокожего раба - должны последовать за Эобазом во Фракию.

Гиперид поморщился:

– Мне не хотелось бы расставаться с вами.

Элата, улыбаясь, сказала:

– Ничего, надеюсь, наша разлука будет недолгой.

Гиперид с мрачным видом кивнул и задумался, уставившись на огонь.

– Что касается меня самого и "Европы" с ее командой, совет Итиса был вполне подходящим, это ясно. Конечно, мы не можем оставить корабль, а если Эобаз и впрямь находится во Фракии...

– Он действительно там, - сказал Эгесистрат.
– Итис подтвердил это.

– Тогда нам следует тотчас же сообщить это Ксантиппу и отправляться во Фракию как можно скорее. Однако вы пятеро здорово рискуете!
– Он глянул на Ио: - Девочке тоже надо ехать с вами?

– Если Латро поедет, - сказала Ио, - я должна ехать с ним.

Эгесистрат поддержал ее.

– Хорошо, пусть отправляется, - кивнул Гиперид.
– Они с Элатой все же не так сильно рискуют, как вы с Латро и чернокожий.
– Он вздохнул.
– Двое из вас, конечно, хорошие воины. Во всяком случае, я сам видел, как сражается чернокожий, а про Латро мне рассказывал один поэт, Пиндар его имя. Он даже собирался написать о Латро поэму. Ты-то, Эгесистрат, разумеется, воевать не можешь. И ноги у тебя нет, и культя еще не зажила...

(Только сейчас я разглядел правую ногу Эгесистрата! Раньше-то я думал, она обута в сапог, но теперь понял, что это просто деревяшка. И решил убить его при первой же возможности.)

– Культя моя быстро подживает, - возразил Эгесистрат.
– И хотя от меня мало проку в боевой фаланге или при абордаже, если меня посадить в седло, я буду ничуть не хуже любого другого всадника.

Гиперид поднялся, потирая руки.

– Лошади дорого стоят, - заметил он.
– Понадобится по крайней мере...

Но Эгесистрат только отмахнулся от него, заявив, что сам за все заплатит. А когда мы вернулись в Сест, чернокожий отвел его в сторонку и показал ему пять лошадей. Я сам видел, потому что пошел за ними, хотя они меня не заметили. Я догадался, зачем Эгесистрат отослал чернокожего чтобы тот купил лошадей, а это значит, ему было известно, что они понадобятся, задолго до того, как мы пошли в рощу Итиса! И, по-моему, мальчик, с которым я беседовал, был вовсе не Итис, а самый обыкновенный живой подросток, возможно, с какого-нибудь иноземного корабля. И вовсе он не говорил того, что Эгесистрат потом передал Гипериду!