Чтение онлайн

– Я удивлен, что кто-то остался жив. – этот же голос говорил у меня в голове. – Это ты должен нам помочь?

…

На вид Краа казался обычным дипломатом – человек ростом метра два, в строгом костюме и, почему-то, очках. Прямой взгляд смотрел спокойно, и с добром. Не верилось, что он убил главный российский город. Более всего он походил на мудрого спокойного волшебника из детской сказки.

– Не обращай внимания. – махнул Краа рукой, видя, что меня настораживает внимание Носорога – он стоял, от самого Храма встречая нас цепким взглядом двух темно-синих лампочек на голове, размером и формой похожей на ковш экскаватора. – Он делает то, что ему скажут.

– А тот, другой Краа, попросил меня не давать им имен.

– Если мое подсознание что-то говорит, с ним стоит согласиться. – кивнул инопланетянин. Подойдя вплотную к своему зеркальному отражению в корабле и внимательно вгляделся в свои глаза. – Знаешь, что это?

– Хуум?

– Рад, что ты узнал базис. – кивнул он. – Я не потрачу пару часов на разъяснение скучных мелочей…

Махнул рукой – зеркало перед ним расступилось. Я зажмурился от нестерпимо-яркого света, но Краа взял меня за руку и повел.

Когда я снова смог видеть, то увидел вокруг коридор, со стенами, полом и потолком из чистой белой пластмассы, в которой не было ни намека на щель или шов. Пройдя по коридору метров десять, Краа и я свернули в комнатку, по стене которой бежала длинная череда разноцветных огоньков – словно за слоем пластмассы кто-то спрятал длинную новогоднюю гирлянду.

В углу, слева от входа, стояла тумбочка с двумя прозрачным контейнерами для воды – более всего она походила на кулер, только в контейнерах что-то плавало – что именно, я не разглядел.

Бегло посмотрев на бег огоньков, Краа проследовал к центру комнаты и сел – вначале мне показалось, что на воздух, но потом увидел стул – белую каплю, торчащую из пола. Секунду спустя перед Краа появился точно такой же капельный стол, а по другую сторону – такой же стул. Инопланетянин пригласил меня сесть.

Первым делом он рассказал мне, почему я остался жив – благодаря тому самому слепому пятну в волне смерти, которую корабль пустил вперед, как воздушную подушку, затормозив на подлете к Земле. Рассказал, что он – учитель, сопровождает студента в его учебную командировку. Повторил то, что я уже знал: Краа – подсознательный и реальный – отвечает за системы корабля, а ученик Миляха следит за неким набором механизмов и модулей, в число них входили и тормоза – ученик просто не протестировал их перед последним полетом к Земле. Я скрипнул зубами и спросил, где этот ученик – я видел только нас двоих.

– Краа, я говорил – эта планета погрязла в предрассудках. – раздалось от двери. Я обернулся – проем был пуст.

Раздался вздох и “кулер” сдвинулся с места. Внизу его оказались колесики – на них он подъехал и остановился рядом с Краа. Я смотрел и изо всех сил старался понять, где же тот, кто со мной говорит – если, конечно, студент живой, а не очередной механизм. Потом пригляделся к сосудам на ящике – в первом плавал мозг!

– Не смотри на мой пенис! – голос кричал из динамика между колбами. – Что, антикастратов никогда не видел?

– Кого-кого? – окончательно растерялся я.

– Какие же люди темные! – воскликнул студент. Мозг дернулся и пустил воздух. Я пригляделся ко второму сосуду, справа от крупного и увидел… член. Точно так же, как в крупном сосуде плавает мозг, в маленьком – половой орган, по виду ничем не отличаясь от моего. Словно поймав мое внимание, он завертелся и оказался прямо у стеклянной стенки. – Последний раз видел таких на своей свадьбе…

– У тебя еще и жена есть? – на автомате произнес я.

– Так у вас еще и предрассудки по гендеру? – Миляха орал так, что член в растворе мелко дрожал. Я из всех сил старался отвести от него взгляд, но он притягивал внимание, словно мерзкая экзотическая сороконожка. – Какие же вы отсталые. Позор! Да у меня муж! И не смотри на мой пенис!

– Миляха, ты чересчур жесток. – строго прервал его Краа. – Даже если Тёма начнет скакать перед нами в ритуальном танце и махать копьем, моя обязанность – проявить уважение…

– О каком уважении речь? – изумленно произнес я, оторвав, наконец, взгляд от инопланетного полового органа в банке. – Погибли двенадцать миллионов человек. Как вину собираетесь искупить?

Из динамиков Миляхи донеслось неразборчивое, но, судя по интонации очень презрительное ругательство, потом он развернулся и уехал в проем двери.

– Цивилизация, которую я и Миляха представляем, давно отказалась от чувства вины – оно зря тратит ресурсы ума. – мягко ответил Краа. – Пожалуйста, прости моего студента, он чересчур максималист – но его смелые поиски себя вызывают у меня уважение. Между нами говоря, движение антикастратов и мне видится довольно радикальным…

Последнее, что мне сейчас хотелось обсудить – взгляд на жизнь и субкультуру идиота-студента, который отрезал от себя все, кроме мозга и полового органа.

– От чувства отказались, но люди вам предъявят. Я даже боюсь представить, насколько… – меня вдруг холодный пот пробил – только сейчас, в эту минуту, я вдруг разом осознал, насколько велика трагедия. Погибла вся Москва. Вся! Все двенадцать миллионов человек! От Химок и до Люберцов, все в трупах: в Метро и на улицах, в автобусах и газелях, в хрущевках и сталинках. Все от того, что один недорезанный студент не проверил тормоза!

– Я понимаю. – кивнул Краа. – Для этого, полагаю, подсознательная часть меня, объединенная с Хуум, и попросила тебя о помощи. Полагаю, он видит, что после трагедии с Москвой земляне настроены воинственно. Я и сам уверен, что дело дойдет до военного конфликта! Если он состоится, потери вырастут и улететь будет крайне сложно. Поэтому нам важно получить согласие на переговоры. Всего один разговор – любой ценой и я смогу объяснить ситуацию, предложить человечеству достойное возмещение… Осталось понять, почему Хуум попросил о помощи именно тебя… Какое у тебя дело в жизни?

– Я просто копирайтер. – буркнул я. – Ваяю на заказ статьи, письма…

– Отлично! Составь письмо новому правительству, объясни в нем все и договорись о переговорах!

По спине пробежал холодок.

– Я перебиваюсь ерундовой работой просто чтобы хватало на еду и коммуналку… Никогда не писал таких писем!

– А кто из нас писал? – грустно усмехнулся Краа. – Мы с Миляхой историки и не изучали земную культуру и историю. К тому же, и уровень земного писательства у тебя развит на порядок сильнее!

– Историки? А зачем на Землю то прилетели?

Краа замолчал на минуту, посмотрел куда-то в сторону, потом зачем-то на свои руки, потом кинул взгляд на меня – словно думая, сказать или утаить.

– У Миляхи дипломная работа по концам света, а по моим прикидкам, у вас очень скоро как раз ожидается…

– Конец света? Так Москва – это начало?

– Не переживай. – Краа смутился, будто уже жалел, что упомянул об этом. – Конец света, в девяносто восьми процентах случаев – вещь рутинная. Жизнь продолжается, меняется уклад жизни на планете. На Земле только за время существования человеческой цивилизации “концов света” было уже пять…