Чтение онлайн

Проморгавшись, воительница увидела Дарена. Его шатало, словно новичка на палубе корабля. Сир’Эйна рванулась к нему и подхватила в последний момент, не дав упасть.

Она осторожно присела и положила голову воспитанника себе на колени. Ощущение чужого присутствия ушло. Кто бы не откликнулся на её зов, он сделал своё дело…

Веки Дарена задрожали, затем его глаза открылись.

— Сирина! — неверяще сказал он. — СИРИНА! Ты пришла!

— Да, Дарен…да, — воительница почувствовала, как по её щекам покатились слёзы. — Я здесь…теперь всё будет хорошо…

— Твои волосы…они…

Сир’Эйна скосила глаза и с большим удивлением рассмотрела, что её иссиня-чёрные волосы вновь обрели цвет спелой пшеницы. Лишь одна прядь осталась чёрной.

— Потом…-прошептала она. — Всё потом. Встать сможешь?

— Конечно!

Опираясь на её плечо, Дарен встал. Пару мгновений он задумчиво смотрел на останки Третьего из Трёх, затем смущённо попросил Сир’Эйну:

— Отвернись, пожалуйста!

Воительница было нахмурилась, но затем в её глазах появилось понимание. Она отвернулось и почти сразу до неё донеслось журчание и облегчённый вздох Дарена.

Журчало довольно долго, но наконец этот звук стих.

— Как ты меня нашла? Это правда твой брат? Я слышал ваш разговор! Ты в правду…богиня? — Дарен засыпал её градом вопросов.

— Нам надо о многом поговорить, — сказала Сир’Эйна и утёрла рукавом слёзы. — Но не здесь. И не сейчас.

— Хорошо, — легко согласился с ней Дарен. — Этот…Третий захватил источник мудрости!

— Хочешь из него испить? — Сир’Эйна остро посмотрела на своего воспитанника. — Зачем?!

— Этот мир — мой родной, — тяжело вздохнул Дарен. — Здесь я родился, и здесь умерли мои родители. Если не изопью из источника, то я никогда не стану….

Он замер, пытаясь подобрать подходящее слово, и через несколько мгновений сказал:

— Не стану…целым!

Сир’Эйна почувствовала, как в сердце что-то кольнуло. Уж ей ли было не знать, каково это, жить с разделённой душой!

— Я понимаю тебя…- тихо сказала она. — Подожди немного и я отведу тебя к источнику.

Воительница присела рядом с останками сводного брата и принялась снимать с него набедренную повязку. Дарен вопросительно изогнул бровь, однако ему хватило ума не задавать лишних вопросов.

Воительница повела его по коридору, ориентируясь на сделанные недавно зарубки на стенах. Дарен шёл молча, похоже, он о чём-то крепко задумался.

Войдя в колонный зал, Сир’Эйна остановилась возле каменной чаши со светящейся водой. Дарен внимательно посмотрел на воительницу, затем на воду, после чего снова перевёл взгляд на девушку.

— Сирина! — внезапно высоким голосом сказал он. — Спасибо тебе за всё!

Воительница мягко ему улыбнулась.

— Сирина! Я тебя…-Дарен поперхнулся, словно его горло перехватил жестокий кашель. — Я…эхх!

Он покраснел и обречённо взмахнул рукой, затем наклонился к чаше, набрал в ладонь воды и сделал два мощных глотка.

Сир’Эйна вопросительно поглядела на него. Как оно? Дарен нахмурился, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Ничего. Он не чувствовал ровным счётом ничего.

— Да что за…-успел произнести он и потерял сознание.

Дарен стоял на самой верхушке Башни, а вокруг неё бушевали пожары. Гигантские языке пламени лизали её почерневшие стены и что-то не так было с воздухом. Непонятно откуда, но воин точно знал, что тот ядовит и вдыхать его категорически нельзя.

Как оказалось, на вершине Башни он стоял не один. Там были ещё двое, мужчина и женщина, одетые в странную серебристую одежду. Помимо всего прочего, на них были надеты…маски? Или это шлемы такие? Прозрачное забрало и какая-то чёрная штука слева. У Дарена даже слов не хватило, чтобы описать то, что он увидел!

Внезапно воздух загудел, и в нём раскрылась арка перехода.

— Пора, — из-под маски голос мужчины прозвучал неестественно глухо.

Они шагнули внутрь, и перед Дареном тут же разверзлась цепь миров, через которую двинулись странники. В некоторых мирах они жили по два-три года, другие же старались покинуть сразу же.

Когда женщина сняла маску, Дарен охнул. Она была похожа на его мать. Тот же овал лица и гордый взгляд!

На мгновение в глазах Дарена помутилось, а когда зрение вернулось, то он увидел мир летающих островов. Женщина была беременна, ну а мужчина, уже совсем седой, но ещё крепкий, каким-то образом сумел оседлать виверну и полетел на ней в замок, расположенный на земле далеко внизу.

Перед внутренним взором Дарена с невообразимой скоростью замелькали символы и руны, обозначающие имена его предков и названия родов. Он видел, как на островах возвысились гордые замки, изучил мастерство мечника и тонкости дворцового этикета. Родовая память вернулась целиком и полностью.

В голове что-то щёлкнуло и воин увидел двойную спираль, символ того, что он взял в Огненной Обители. Несколько мгновений она мигала красным, но затем окрасилась в нейтральный зелёный свет.

— Башня…-прошептал он. — Оттуда в этот мир пришли мои предки!

Внезапно его глаза пронзила резкая боль. Он застонал и увидел ИХ!

Прямиком в Сердце Башни кружили двое. Вооружённая длинным ножом Василиса и какая-то мерзкая, абсолютно голая белокожая тварь, даже не поймёшь, мужик или баба!

Эта сволочь как-то по-хитрому дёрнулась и Василису протащило по всей комнате, да в стену впечатало! Княгиня рухнула на пол, а из её рта толчками полилась кровь.

— Нет! — заорал Дарен — НЕТ!!!

— Хозяин…т…- из бесконечно далека до него донёсся прерывающийся каким-то треском и шипеньем голос духа-хранителя. — Слы…меня?

Сир’Эйна, которая безуспешно пыталась привести воина в чувство, отпрянула от него. Дарен взлетел на десяток локтей над чашей и широко распростёр руки, словно пытаясь обнять кого-то. Глаза его были закрыты, а по щекам катились слёзы.

— Дарен! — крикнула она, но он её не услышал.

Воин начал меняться. По его телу пробежала рябь, затем раздался громкий треск и вот перед ошарашенной Сир’Эйной под своды пещеры воспарил дракон. Весь такой из себя серебряный, от костяных рогов на спине до кончиков крыльев!

— Лесные боги…-прошептала воительница. — Свершилось!

Глаза у дракона по-прежнему были закрыты. Внезапно он заревел и выпустил струю белоснежного пламени, прямо под свод пещеры! Раздался грохот рушащихся колонн, не выдержавших напора невероятного жара.