Чтение онлайн

– Не все выбрались, княже, – тихо проговорил он, останавливаясь рядом.

Драгомир обернулся, позади встали всего два гридня.

– Может, ещё нагонят. Подождём.

– Как прикажешь, – кивнул отрок.

Но больше никто не приехал, сколько поредевший отряд ни сидел у костра. И Мах с Наясом тоже куда-то запропастились – неужели сгинули в озверевшем болоте? А может, ушли в другую сторону… Эти места они знают гораздо лучше него.

На обратном пути решили заехать в Излом, но там оказалось, что староста с сыном ещё не возвращались. Часовые у ворот начали было расспросы, только Драгомир оборвал их.

– Мы разминулись в пути. Как Наяс доберётся до дома, пусть отправит мне весть. Дожидаться его я не стану.

Стражники отступили, а дальше за стену Драгомир проезжать не стал. Кто их знает, этих древнеров – снова оказаться среди разъярённой толпы, это последнее, что ему сейчас было нужно.

Дорога до Кирията вышла совсем безрадостной. Гридни скорбели о пропавших соратниках, и оставалось только гадать, насколько страшная участь их постигла. Задохнуться в хватке болота – что ещё хуже? Драгомир не мог понять, что случилось, почему вдруг топь решила их всех уничтожить. Она наступала на деревню летами, медленно и тихо, а тут вдруг всколыхнулась, как огромная волна. Не окажись Расенд таким быстроногим, можно было и не выжить.

Ещё через два дня пути детинец встретил прибывших нехорошей тишиной, будто недавно тут схоронили кого. Но, на счастье, оказалось, все живы. Не успел Драгомир присесть в своих покоях, как к нему наведался Виген, косматый и злой. Виду он старался не подавать, но что-то сильно его тревожило.

– Отпусти из темницы Бажана, княже, – первое, что сказал он после скомканного приветствия.

– Что-то стряслось? – Драгомир растерянно оглядел стол, на котором посоха по-прежнему не было.

– А как же. Стряслось, – с неожиданной ехидностью подтвердил скрытник. – Я предупреждал, что вереги на месте не усидят спокойно? Вот так и случилось. Как ты уехал, устроили тут такую бучу – челядь до сих пор боится носы из своих углов высунуть.

– А при чём тут Бажан? – раздражённо возразил Драгомир. – Думаешь, он с ними в одиночку сладит?

– С ними – нет. А вот с кметями хоть как-то. Они тоже хороши. Те огонь запалили, а наши маслица подлили. Чуть стража не ввязалась. Я думал, полдетинца на камни разнесут.

Виген выдохся и замолк, сдвинув брови и дыша, точно разъярённый боров. Натерпелся, видно. А ведь всего-то чуть больше седмицы прошло. И правда, нельзя только лишь на нем детинец оставлять.

– Я отпущу его, – Драгомир кивнул. – К тому же мне снова надо уехать. Теперь надолго.

– Это куда ж? – ещё пуще посмурнел скрытник.

– В Новруч.

Виген непонимающе прищурился. Да нет резона ничего ему объяснять. Надо и надо – это ему знать достаточно. А вот с Бажаном стоило поговорить напоследок.

В темницы он не пошёл, приказал выпустить воеводу и привести в его светлицу вечером. Пусть отдохнет от сырости да хоть в баню сходит.

Бажан пришёл, как и было условлено. Долго он разглядывал Драгомира, словно хотел понять, что в нем изменилось. Не явился ли вместо него какой другой человек. Драгомир недолго сносил пытливое изучение и буркнул:

– Да я это, я.

Воевода слегка улыбнулся и подошёл ближе.

– Что тебе удалось узнать у Наяса?

– Мало что. Зато насмотрелся вдоволь.

Бажан наморщил лоб и провёл ладонью по бороде.

– И больше ничего?

– Мне и этого хватило, – Драгомир усмехнулся. – К тому ж древнеры устроили радушный прием. Мах всех науськал, а те и рады. За то, что сына его не уберёг. Будто я вызывался за руку его водить.

– И ты его не накажешь?

– Он, знать, уже получил своё наказание. Ездили мы в одну деревню… так вот болото там оказалось на редкость прожорливое. Сгинул Мах. И Наяс тоже. И гридни наши.

Бажан опустил взгляд в пол и немного поразмыслил над услышанным. Не слишком приятно, только выйдя из темницы, получить такие вести. Но, кажется, очередная гибель людей уже переставала ранить душу так, как поначалу. Они многих потеряли, и всё со временем притупляется.

– Что будешь делать? – проговорил воевода, не поднимая взгляда.

– В Новруч поеду, к отцу, – Драгомир вздохнул. – Кажется тот, кто зовется Корибутом, мой пращур. И мне очень любопытно, кому я обязан таким приятным родством.

Снова повисло молчание, будто между чужими людьми, которым нечего было сказать друг другу. Затаил обиду Бажан, и его можно было понять. Но Драгомир не чувствовал раскаяния – за любую выходку должна быть расплата. И воевода ещё легко отделался.

– В недобрый час ты решил уехать, – тот глянул с горечью.

– Если я не уеду, скоро станет хуже. Я не знаю, как долго продержусь, – Драгомир взял из чернильницы перо и покрутил его в пальцах. – Коли приведут Младу с Хальвданом…

– Не приведут, если сами не захотят прийти.

Драгомир бросил на Бажана угрожающий взгляд.

– Коли приведут Младу с Хальвданом, насчёт них мой приказ остается прежним. И верегов, если начнут бунтовать, больше не щадить. А кметям втолкуй, чтобы больше не поддавались гневу. Не хочу вернуться на развалины. Сегодня и завтра собираем обоз. Путь неблизкий. Через день я выезжаю.

Рогл пришёл в себя следующей ночью, когда в дозоре сидел Хальвдан. Все ждали, что из Кирията ловить беглецов может приехать и другой отряд. Но за день никого не появилось. Только из Беглицы, не иначе по поручению Медведя, пришли две женщины и принесли горячей похлёбки из недавно забитого по нужде бычка. Они с опаской косились на Зорена, а тот пытался придать своему разукрашенному лицу благостное и доброжелательное выражение. Не помогло – бабы забрали пустые миски и горшок да припустили к веси едва не бегом. А к вечеру вокруг стало так тихо, что слышно было, как тяжело и беспокойно дышит вельдчонок.

И лишь под утро раздался его испуганный крик. Всех подбросило на лежанках. Верег только тихо выругался и пробурчал:

– Эдак и поседеть можно в одночасье, – но поспешил к Роглу вместе со всеми.

Млада, на ходу выпутываясь из одеяла, подбежала к мальчишке и, схватив за плечи, прижала к себе, пытаясь успокоить. Он метался и вырывался изо всех своих скудных сил.

– Горячо! – снова, как тогда в лесу, просипел он и извернулся, словно ломала его нестерпимая боль, в бездумной попытке отстраниться.

– Пусти его, – вмешался Зорен. – Видишь, горит он, когда ты к нему прикасаешься.

Млада посмотрела на него ненавидяще, но Рогла отпустила, позволяя Ведане склониться над ним. Может, лучше помочь сумеет.

– Чего это вдруг горит? – недовольно проговорила она, выпрямляясь. – Я ничего плохого ему не делаю.

– Корибут его тёмной силой Забвения наделил, – внимательно оглядывая сына, пояснил жрец. – А у тебя светлая сила Богов. Пусть и не проявленная. Вот и плохо ему от этого. Теперь я понимаю, зачем он Хозяину был нужен. Он просто подготовил мне замену. Я предал его, а без сильного жреца Корибуту не обойтись.