Воин
Шрифт:
Он глубоко вздохнула.
— Я пришла помочь Крису с Джордан.
— Помочь им? — переспросил я, всё ещё разрываясь между шоком и гневом и облегчением, что она была невредима.
— Я посчитала, что ты не успеешь сюда добраться вовремя, — её слова были приглушёнными, из-за того, что я прижимал её к груди. — Я должна была прийти.
Я расслабил руки и посмотрел на неё.
— Как ты сюда попала?
Ответ поразил меня ещё до того, как она заговорила, и мой гнев вновь забушевал, когда я осмотрел помещение в поисках фейри.
— Я его убью.
Она вздёрнула подбородок.
— Нет, не убьёшь.
Я снова перевёл на неё взгляд.
— Чёрта с два, не убью. Он должен был обучать тебя, а не подвергать опасности.
Она отпрянула от меня, и я опустил руки по бокам. Я думал она отойдёт от меня, но она осталась в пределах моей досягаемости и непоколебимо встретилась со мной взглядом.
— Я попросила его перенести меня сюда.
— И он должен был ответить отказом. Тебя могли убить.
Я знал, что Эльдеорин был слегка чудным, но я в жизни не мог подумать, что он подвергнет её опасности подобным образом.
— Оглядись по сторонам, Николас, — её голос стал выше, и она махнула рукой на мёртвых гулаков. — Большинство лежащих на полу демонов, отправлены туда мной. Убийство в большей степени грозило команде, нежели мне.
Я взглянул на кровавую резню вокруг нас, насчитав не менее восьми больших гулаков и дрекс-демона.
— Ты сделала это?
— Да, — она скрестила руки. — И это не впервой.
— Что ты имеешь в виду?
Я уже знал о демонах в жилище Драгана. Неужели она не рассказала мне обо всём, что произошло, пока мы были порознь?
Она пригвоздила меня взглядом.
— Я имею в виду, что я убила много демонов и вампиров. По всей стране.
Я уставился на мёртвых гулаков, каждый из которых был в три раза больше её. Я перевёл взгляд на Криса, который едва заметно кивнул, губы сжаты в тонкую линию.
— Gospodi! Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь, — порывисто сказал я.
Она медленно покачала головой.
— Я бы таким шутить не стала.
— Ya ne mogu v eto poverit'! — выпалил я, в животе вспенилось, стоило лишь представить риск, которому она себя подвергла.
Всё это время, когда я считал, что она в безопасности с Эльдеорином, он выводил её и подвергал всему, отчего я пытался защитить её.
Я схватил её за руки.
— Во имя Господа, о чём ты вообще думала? Ты хоть понимаешь, что с тобой могло случиться?
— Я была не одна. Каждый раз со мной был Эльдеорин, — заспорила она.
— И это должно сделать всё нормальным? Ты только-только начала свою подготовку. Тебе нечего делать ни в одном из таких мест.
Она волком посмотрела на меня.
— У тебя не возникло никаких проблем в том, что Джордан отправилась сюда.
— Джордан готовилась со времени как смогла держать меч, и она может...
— Может что? Постоять за себя? — Её лицо вспыхнуло яростью, но в её голосе безошибочно читалась обида. — Я никогда не буду такой как Джордан или как любой другой воин, неважно как сильно я буду тренироваться, Николас. Но я сильная, гораздо сильнее, чем ты обо мне думаешь. Ты видел, что я сделала в Ванкувере. Эльдеорин был со мной, но больше половины тех убийств были моими.
Ванкувер? Но тогда это значит...
Кто ты?
Друг.
— Твою ж мать! Это была ты на заднем дворе?
Она стояла в пятнадцати футах от меня, и я не почувствовал её присутствия и не узнал её. Конечно же, Эльдеорин и его чёртовы гламуры.
— Да.
Я подумал обо всех отчётах с упоминанием мистического карателя, который, казалось, появлялся из ниоткуда и убивал оружием, которого мы раньше не видели. Фейское оружие, как выясняется.
— Всё это время. Почему ты не рассказала мне?
— От того что знала, что ты отреагируешь подобным образом. Эльдеорин сказал мне, что я должна научиться использовать свою силу как оружие, и он был прав, — она заговорила тише. — Я нуждалась в этом. Я неделями пыталась рассказать тебе правду, но я не знала как. Я едва не рассказала тебе сегодня, но ты получил звонок, чтобы приехать сюда.
Я вспомнил случай, когда она была с нами в командном центре, а мы обсуждали карателя. Она ни разу не произнесла ни слова и не намекнула, что знает кем был этот человек. После всего через что мы прошли, она должна была всё мне рассказать. Неужели она вовсе не доверяла мне?
Она медленно выдохнула.
— Всё началось как тренировка, но затем я осознала, что могу добиться реальных изменений.
Я опустил её руки, не зная, что и думать или что испытывать на этот счёт.
— Не могу в это поверить. Как ты могла утаивать это от меня?
Её голос стал мягче, он умолял.
— Я не хотела. Мне ненавистно было не делиться этим с тобой.
Я отвернулся от неё, потому что из-за её умоляющего взгляда было невозможно думать.
— Николас? — тихо произнесла она.
— Мне нужна минутка, Сара, — ответил я более резко, чем хотел.
Мне надо было побыть одному, прежде чем в порыве гнева скажу что-то, что не смогу взять обратно.
Она не последовала за мной и не окликнула меня, когда я покинул здание и захлопнул за собой тяжёлую дверь. На улице дождь и ветер усилились, прекрасное дополнение к турбулентности в моей душе. Я зашагал по улице, куда глаза глядят, мне нужно было просто пройтись. Не то чтобы я мог далеко уйти. Я был зол на неё, и мою грудь разрывало от её обмана, и всё же у меня не выходили из памяти слёзы, замерцавшие в её глазах перед моим уходом.
Сара — каратель.
Может, если я произнесу эти слова достаточно много раз, я смогу принять их. Может быть, тогда я смогу принять, что женщина, которую я люблю, женщина, с которой я прожил под одной крышей несколько месяцев, утаивала нечто столь важное от меня. Это вынудило меня поставить под сомнение всё, что касалось нас, касалось её. Она знала, как сильно я беспокоился об её безопасности. Почему она пошла на это?
"Потом что знала, что ты никогда не сочтёшь её готовой", — ничтожный голосок прошептал в моей голове.