Чтение онлайн

Вообще, не знаю, как в мире обычных людей, но у волшебников состоят на работе только хорошие специалисты, которые знают всё - древнюю магию разных стран и сотни заклинаний и зелий. В нашем же институте с самого его основания стали работать потомки великого лекаря и философа Авиценны, написавшего сотни врачебных трудов вроде "Канона врачебной науки", "Поэмы о медицине", "Трактата о пульсе" и многом другом. Я уже и не помню, откуда узнал об этом. Наверное, прочитал где-то. А, может быть, просто услышал.

– Ну, на то он и Авиценна, - рассудил Ромка. Задумчиво я кивнул головой. Когда я стал сидеть на уроках, оставив Романа отлёживаться в больнице, частенько я возвращаюсь мыслями к Марине и переливании крови. Всё-таки то, что сегодня случилось, потрясло и меня, и весь Институт. Весь день я слышу вокруг разговоры:

– Васильева сейчас в больнице, - сказала одна девица.

– Вот и прекрасно. Некому будет тут зазнаваться.

Я закатил глаза. Ну, это вообще ни в какие ворота. Значит, когда я умничаю - то все только вздыхают от умиления - "такой крутой, обаятельный и общительный мальчик ещё и знает так много!" - таковы вот мысли у девушек, а когда Марина показывает свои знания, то она - невыносимая самолюбивая зазнайка (хотя... я о ней тоже так раньше помышлял, даже называл её так вслух, на что она невозмутимо отвечала, что я - самоуверенный индюк). Да, я конечно, один из примеров того, что заносчивые парни, которых все уважают, могут и хорошо учиться, но... после случившегося с Мариной это как-то противно. И, когда меня спрашивали на Теории Заклинаний, я сказал, что не знаю ответа. Соврал. Но мне за это ничего не поставили.

Однако на "Магии атаки" я проявил себя по полной программе. Там нас учили превращать оборотня в человека. Конечно, не навсегда - к следующему полнолунию он снова бы стал самим собой, но... Умение всё равно полезное. Некоторых учеников наш учитель, Глазов, перевоплотил в оборотней - так нужно не только для нашего обучения, но и для тех, кого он превратил, ибо если они столкнутся с подобной ситуацией впредь, они хоть заранее будут представлять себе, каково это и, возможно, что к тому времени научатся контролировать разум, чтоб он оставался человечьим, а не становился волчьим. Но не то, чтоб контроль, а переход разума из одного состояния в другое - очень сложно остановить.

А задача тех, кто оставался в своём обличье, заключалась в том, чтобы использовать на бедных учениках такие заклятия, как Развоплощение, Атака и Дезориентация. Одним из лже-оборотней был друг Марины - Митя. Его я только Развоплотил, но Глазов вновь превратил его в оборотня, так как Митя пробыл им уж слишком мало. Чтобы его не трогать, я переключился на другого, который не был другом ни мне, ни Марине Васильевой - и на одну из приятельниц Дины Синицыной. Дезориентировал. Атаковал. И не только их. В общем, у меня всё прошло отлично. Я хорошо показал свои умения и то, что я смогу постоять за себя (а, может быть и не только) в случае опасности. У Костяна вышло не хуже. Он тоже довольно-таки силён в практике, хоть не отличник по части теории.

Лже-оборотнями занималась большая часть курса, некоторым же оставалось лишь только в основном сидеть и наблюдать. Например, Света и Лиза - подругам Марины. Краем глаза я видел, что кое-что они всё-таки провели, но что именно - Дезориентацию? Атаку? Я не знал, ибо в тот момент перевоплощал одного из "волков", которому уже изрядно досталось, обратно в человека.

После урока все, кто были превращены отправились в больничное крыло. Некоторые не могли этого сделать сами, и им помогли. Например, Дмитрию помогли Серёга, Света и Лиза - в него три раза попали заклятием Дезориентации, которое делает зрение мутным, и после него перестаёшь видеть перед собой. Некоторым повезло ещё меньше - у них текла кровь. Именно из тех мест, куда попадало заклинание Атаки. Я чувствую себя виноватым за нескольких из людей. Но что уж поделаешь, "Магия Атаки" - жестокий предмет, где почти каждого занятия кто-нибудь да страдает и идёт в медпункт к Авиценне.

Несмотря на своё чувство вины, я не пошёл туда. Ведь если я туда пойду - меня в любом случае потянет зайти к Марине Васильевой. А я не хочу её тревожить. Да и что я там ей скажу? Какой я молодец и как хорошо проявил себя на уроке? Это она расценит как вредность и поскорее захочет выписаться. А нужно, чтобы она вылечилась до конца.

Вечером, в конце дня, с рассказал Косте, что навещал вовсе не только Рому. Он удивился, что я не только был за Марину в её сражении с Диной, но и ещё навестил свою умирающую извечную соперницу. Но, как и Рома, он меня понял и с одобрением отнёсся к тому, что я послужил донором её крови, даже пусть и передав этим ей частички своей потомственной силы. Костя и Рома - они никогда почти не общались с Мариной, ибо они - мои друзья, однако они, как и я, не желали ей смерти и были восторженны моим поступком. Однако я им поведал о нём вовсе не ради восторга. Во мне и Марине теперь течёт единая кровь... Это волнующе...

Я вспомнил цитату из книги Киплинга "Маугли" - "Мы с тобой одной крови" - и усмехнулся. Ибо теперь у меня с Мариной общего ещё больше.

Глава 3. Магия крови.

Повествование от лица Марины

Кажется, я проспала весь день и всё следующее утро. Днём ко мне зашла Лиза. У неё, так же как и у Светы, тёмные волосы, но главное отличие этих девочек в том, что Лиза не является ветреной, и если у неё был парень - то это только потому, что он ей действительно нравился. Но сейчас она - свободная девушка, как и я. Однако я замечала, что она посматривает на друга Медведя - Костю. Мне это не нравилось, но я ничего против не говорила. Несмотря на то, что она не увлекается рыцарскими сражениями, внутри она больше схожа со мной, нежели со Светой.

Лиза сказала, что приходила ко мне вчера вечером, но я спала, и она просто сидела у моей кровати, карауля мой сон. Она просто в ужасе от того, что мне сделала Дина и в восторге от поступка Медведя - он предложил Авиценне стать моим донором. Я тоже поражена этим в положительном смысле, но ведь с другой стороны - не было времени расспрашивать весь Институт "Какая у тебя группа крови? Согласен стать донором для Марины Васильевой?" Это было бы даже нелепо - пока спрашивают, я бы могла умереть. Но Медведь вызвался добровольно. Это мне нравится. Достойный жест, который показывает, что не все соперники желают друг другу смерти.

– Весь день мы со Светой только о тебе и думали, - призналась Лиза.
– Всё обсуждали, что да и как случилось, в каком ты сейчас состоянии... Вот раньше не знала, что мы будем так благодарны Медведю.

– Я тоже, - едва шевеля губами, выговорила я.

– Нет, ты молчи, - видя моё состояние, настойчиво попросила Лиза.
– Я тебя ведь итак понимаю. Наверное, ты хочешь узнать, каким образом все обсуждали ваш поединок. Кто-то злорадствовал, что ты здесь, даже не понимая, насколько близка ты была к своей смерти, а кто-то - сочувствовал. Дина - она выставила себя полной и бесчеловечной дурой. Многие её осуждают, но кто-то жалеет. Ты-то упала один раз, а она - целых два, к тому же - ещё получила удар копытом по голове... Но она получила то, что заслужила. Думать надо о последствиях.

Я полностью солидарна с Лизой. Уж какой-какой, а дальновидно мыслящей Дина не была. Она мыслила мелко и плоско, хотя порой умеет плести интриги.

– Теперь давай о другом, - продолжает всё говорить Лиза.
– Я принесла тебе книги из библиотеки, и когда твои руки придут в норму, ты сможешь раскрыть их и прочитать. Она сняла свой висящий на спине рюкзак и достала первый фолиант. "История волшебства".

– О, не-ет...
– простонала я. По этому предмету я любому уступлю право быть первым - её слишком скучно читать.

– Я знала, что ты так отреагируешь, - заявила Лиза и всё равно положила книгу мне в тумбочку.
– Может быть, вдруг неожиданно нападёт интерес, и ты хоть немного там почитаешь. Я вложила внутрь бумажку - там написано, какие страницы читать.

"Если он нападёт, то я найду способ убить это чудище," - мысленно пошутила я, но вслух ничего не сказала. Говорить мне по-прежнему было трудно.

Следующая книга, что выложила Лиза - "Магия Атаки". О, этот предмет я люблю. Хотя его минус в том, что он никогда без жертв не обходится. Зная, что мне интересно, как он прошёл, Лиза принялась рассказывать. Наш учитель, Глазов, избрал из учеников нескольких жертв. Из моих друзей среди них оказался Митя. Естественно, я взволновалась за него, так как в него три раза попали заклинанием Дезориентации. Медведь превратил его вновь в человека, но учитель, для улучшения нашей и Митиной практики (вдруг ему ещё предстоит быть перевоплощённым в оборотня, столкнувшись с реальным врагом? Ему придётся хоть как-то привыкать к такому состоянию), вновь перевоплотил его в волка. Однако Митю успешно развоплотили обратно, и в конце урока его, как и всех, отправили в медпункт.