Чтение онлайн

Я медленно прошлась по комнате. Он поймал мою руку и приостановил. Я посмотрела на него и поняла, что он чувствует себя так же странно, как и я.

На улице разыгралась вьюга, ветер завывал так, что было не по себе, словно дикий зверь ревёт за окном, порывы ветра все норовили задуть свечи…Не отпуская мою руку, он подошёл ближе. Очень близко.

— Обычно, я всегда знаю, что сказать, — негромко, почти шепотом сказал он, — обычно, но не сейчас.

Я тоже не знала, что говорить. Зачем он пришел? Потому что скучно? Предложил бы сыграть в карты, нарды, что угодно, тогда бы не было странного напряжения…а так, все было непонятно.

— Можно, я просто сделаю то, что хочу сделать с тех пор как тебя увидел здесь? — продолжил он.

Я молча кивнула, глядя на него широко распахнутыми глазами. Он наклонился к моим чуть приоткрытым губам и поцеловал. Аккуратно, легко, словно проверяя, можно ли. Я не отвечала на поцелуй, но и не отталкивала его. Поцелуй стал глубже, напористей, его язык уже оказался у меня во рту. Нужно бы его оттолкнуть и запретить целовать меня, но сил для этого у меня не было. Моральных сил, потому что, в конце концов, нужно было признаться, я тоже хотела этого, с тех пор как встретила его снова здесь, в крепости. Одна его рука легла на мою талию, прижимая к себе, другая была на моей шее. Мои руки сначала лежали на его груди, но потом постепенно обвили его шею. Моя грудь касалась его тела, он прижимал меня крепко, я чувствовала, как бешено колотится его сердце. Губы Мейдара скользнули по моему лицу, спустились к шее, он дышал глубоко и прерывисто, вдыхая запах моего тела, словно это последний воздух вокруг. Прижал меня к стене, продолжая целовать губы, шею, грудь. Наше дыхание участилось, языки сплетались, мы так сильно прижимались друг к другу, что между нами вряд ли можно было поместить лезвие ножа. Его рука опустилась ниже талии, слегка сжимая ягодицы, переместилась к бедру, приподнимая одну ногу и закидывая ее не себя. Вторая рука сжала мою грудь, высвобождая ее из лифа. Губами он коснулся твердого соска и обвел вокруг него языком. Я чувствовала, как сильно он хочет меня. Хочу ли я его? Определенно да. Готова ли к этому? Мне казалось готова, но вот готова ли я к его холодному презрительному отношению завтрашним утром?

— Нет! — простонала я, хотя хотела твердо сказать, — не надо, Мейдар, пожалуйста, — моя просьба на фоне учащенного дыхания, и общим реакциям тела, отвечавшего на него, не имела никакого эффекта, — Мейдар, пожалуйста, нет.

Его рука скользнула ко мне в трусики, намокшие от желания.

— Ну я же чувствую, что да, — нежно прошептал он, и подхватив меня на руки, отнес на кровать. Мейдар продолжал покрывать мое тело поцелуями, скользя языком по поверхности кожи, его руки большие и сильные освободили меня от одежды, и то нежно ласкали мое тело, то грубо сжимали мою грудь, твердые соски, ягодицы… он снял и свою одежду тоже, развел руками мои бедра и сам оказался между моих ног. Через мгновение я почувствовала легкую боль, смешанную с невероятно приятым ощущением. С моих губ сорвался стон, от неожиданности, от наслаждения. Он начал двигаться внутри меня и каждое его движение отзывалось удовольствием в моем теле. Я чувствовала его в себе, и мне это нравилось. Одна его рука блуждала по моему телу, вторая скользнула вверх к моей ладони. Наши пальцы переплелись. С каждым толчком темп все нарастал, я прикусила губу, чтобы мои стоны не было слишком слышно. Наши взгляды встретились, он впился в мои губы поцелуем, ещё несколько движений и мое тело рассыпалось на тысячу кусочков, стон сорвался на крик, заглушаемый его поцелуем. Он излил семя на мой живот.

Приняв душ я вернулась в комнату, Мейдар пошел в душевую. Я расстелила постель и легла. Зарываясь лицом в подушку. Думаю больше он никогда не зайдет ко мне в комнату, где бы мы ни были. Только если того потребует служба. Надо как-то взять себя в руки и не думать об этом. Просто дальше жить. Постель была холодная, до такой степени, что хотелось заплакать. А может плакать хотелось не от холода? Свечи потухли, но зажигать их я не стала. Я услышала как открылась дверь. Как он мягкими шагами подошёл к кровати и, скользнув под одеяло, обвил меня руками, прижимаясь к спине. Вдохнул запах моих волос и тихо спросил:

— Я побуду здесь, мой маленький воин? Утром уйду перед тем, как все проснутся, хорошо?

Мне стало спокойнее, теплее и легче:

— Хорошо, — ответила я, повернувшись к нему и уткнувшись лицом в его грудь.

Часть 8

Мой путь был насыщенным и сложным в последние несколько месяцев. С тех пор как мы с Нарьей отправились к вулкану, в столице я не была. Мы выполнили задание с почвой, потом выполняли другие задания, нам их давал легион, и мы их искали сами, мы очень сдружились с Нарьей и шли по пути вместе, пока ее возлюбленный Дорн был на заставе. Пару раз она ездила повидаться с ним, и я продолжала путь одна. Потом Нарья находила меня, передавая привет от Дорна и Мейдара. Мейдара я больше не видела и считала, что это к лучшему. Иногда ходила на задания с Ройсом, пару раз мы случайно пересекались. Однажды виделись с Ниной, мы недолго пообщались втроём: я, Нина и Нарья, и разошлись. Так прошла моя осень и половина зимы.

Я уже больше трёх недель выполняю задания в одиночку, Нарья отправилась в столицу, потому что туда приезжал Дорн. Она звала меня с собой, но я предпочла делать то, что должно. В легионе меня уже воспринимали хорошо. К слову, на моей руке было уже шестнадцать насечек! Это успех, учитывая, что школу я покинула около полугода назад.

Важно сказать, что наше государство, Эрвия, на тот момент находилось в состоянии войны с соседями, государством Дарнея. Это война длилась уже восемьдесят шесть лет. Периодически происходили военные стычки. Крепости, стоящие на границе переходили от одного к другому. Требовали постоянной защиты. На заставе тоже служили воины Света, охраняя государство от вторжения диверсантов.

Иногда на территории нашей страны можно было встретить лазутчиков, с ними приходилось бороться. Такие бои сложные. Всегда умирал кто- то: либо эрвиец, либо дарнеец. Иногда кто-то из эрвийцев выполнял задания на территории Дарнеи, не все оттуда возвращались… Я в Дарнее не была, но на своем пути дарнейцев встречала не раз. Вот и теперь, чтобы выполнить задание мне нужно было пройти мимо лагеря дарнейцев. Лучше незаметно, конечно, я одна, а их много.

Я обошла лагерь ночью, под тенью отвесной скалы. Прошла спокойно и вышла к озеру. Я находилась уже метрах в пятистах от дарнейцев. Мне нужно было пополнить запасы воды, присела на берегу и стала набирать воду, когда почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Я замерла. За пол-года я заработала достаточно денег, чтобы купить хорошее обмундирование, ювелирные украшения, оружие. Мой уровень был далек от совершенства, но уже и не на самой нижней ступени. На мне была синяя накидка с белым мехом, которую подарил торговец возле Хорно. Она была зачарована и давала мне защиту. Под накидкой были белые сапоги, черные штаны, белый свитер и черный широкий пояс. На голове диадема воина Света. Она выглядела теперь иначе, в ней было вставлено много камней- амулетов. Белые перчатки скрывали мои насечки. Кольца и браслеты не для красоты, а для дополнительной защиты и усиления.

Я осторожно закрыла фляжку и неспешно выпрямилась, нельзя подавать виду, что заметила наблюдателя. Я аккуратно всматривалась в темноту, но тщетно, стала потихоньку продвигаться в нужном мне направлении, мысленно ища укрытия. И наткнулась на что-то большое и теплое. Человек.

Я медленно подняла глаза, наколдовывая неяркий свет. Передо мной стоял незнакомый мужчина. Дарнеец. Дарнейская форма говорила за него. Он был высокий, черноволосый с удивительным цветом глаз. Я впервые видела глаза цвета аквамарина. «Все всегда говорили, что у меня необычайно яркие глаза…видели бы они этого парня»- подумала я и одернула себя. О чем я думаю вообще?

— Привет, воин Света, — сказал дарнеец с лёгким акцентом.

Хочет играть в кошки-мышки?

— Нам нужно решить сейчас, кто уйдет с дороги и уступит путь другому.

— Что прости? — я не поняла.

— Даже животные не убивают на водопое, воин Света, — сказал дарнеец, — мы ведь не хуже животных, верно?

Я быстро прошарила взглядом по врагу: оружия нет, одет небрежно, как будто наспех, рубаха расстёгнута… говорил бы он так же, если бы был во всеоружии?

— Озеро осталось позади, — тихо сказала я, — и ты не пьешь. Что ты тут делаешь?

— Гуляю, — ответил он.

— Хорошо, — кивнула я, заметив дарнейку, выползающую из под куста, в этом кусте блеснуло что-то. Меч?

Я быстро прочитала заклинание и взяла обоих в воздушные оковы. Следующим шагом было заклятие онемения, чтобы умирали молча. А потом убивающее заклятие.

— …и умерли они в один день, — сказала я тихо, и перешагнув сначала его, а потом ее, пошла дальше.

Нет, я такой не стала. Меня такой воспитали. Никакой жалости я не испытывала по отношению к убитым мной, будь то животное или дарнеец, все равно. Таков мой путь — очищать мою страну от нечисти. У дарнейки мог быть и не меч. Она могла не собираться его использовать против меня, в надежде провести остаток ночи со своим мужчиной, когда я уйду. А могла быть искусной метательницей кинжалов или сюррикенов, и тогда на дороге сейчас лежала бы я. Ну или даже если бы мирно разошлись, потом могли сойтись в схватке…они могли в будущем убить не мало эрвийцев. Теперь это не важно. Больше они никому не навредят.

Я быстро расправилась со своим заданием и успешно вернулась обратно. Оставаться надолго в трактире, где, снимала комнату, я не хотела, поэтому расплатилась с хозяином и отправилась в ближайший большой город — Юстиниас. Там я пришла в штаб легиона. Дверь открыла Марва.

— Айса! — приветливо воскликнула она, — проходи. В доме из белого камня было тепло и пахло едой. Двое легионеров играли в нарды. Мы поприветствовали друг друга. И я прошла дальше, — проходи наверх, можешь расположиться в той комнате, в которой жила после борьбы с Синвулой. Ох и время было. С тех пор мы вроде и не виделись с тобой?