Чтение онлайн

Олловейн поднялся. За спиной Альфадаса раненый тролль замахнулся для удара дубинкой, стремясь раздробить герцогу ноги. Удар в плечо остановил серокожего. Взревев, тролль обернулся. Его правая рука плетью повисла вдоль тела. В лицо мастеру меча ударило зловонное дыхание. Оружие вырвали у него из рук. Раненая нога снова подкосилась.

— Тебя я заберу с собой во тьму, эльфеныш, — прошипел тролль.

Опираясь на левую кисть, от пальцев которой остались только обрубки, чудовище двигалось вперед, намереваясь раздавить Олловейна своим массивным телом.

Мастер меча попытался отползти, но путь ему преградило тело убитой лошади. Рассмеявшись, тролль бросился вперед. Олловейн хотел увернуться, но нога перестала слушаться. Поэтому он не смог уйти от врага. Тролль придавил его изувеченной рукой. Во рту у него сверкнули желтые зубы.

— Я еще не все оружие потерял, — прохрипел он.

Рука Олловейна метнулась к поясу. Огромный рот людоеда открылся. В тот же миг эльфийский кинжал устремился вперед. Скрипнули, крошась, зубы, когда серебряная сталь вошла в жуткую пасть. Клинок исчез глубоко в глотке. Умирая, великан пытался укусить Олловейна за руку.

— Какие отвратительные неприятности случаются с мечеглотателями! — проревел Ламби, выбравшийся из суматохи битвы.

Он протянул Олловейну руку и помог встать на ноги.

— Спасибо, — смущенно пробормотал мастер меча.

Затем извлек из плеча мертвого тролля свой меч.

— Ты бы поостерегся, приятель. Я не могу постоянно за тобой присматривать, а, судя по всему, ты не очень-то держишься на ногах.

Олловейн кисло усмехнулся. Он был благодарен Ламби, но никогда не сможет подружиться с ярлом из-за его варварских манер.

Человек махнул рукой воину, поймавшему жеребца, который потерял своего седока.

— Давай его сюда. Мастеру меча нужна парочка запасных ног.

— Благодарю тебя, ярл, — неловко ответил Олловейн.

Ламби отмахнулся.

— Ничего. Если действительно хочешь оказать мне услугу, то расскажи, как у тебя получается оставаться чистеньким в белой одежде. С учетом моего носа мне нужно следить за тем, чтобы все остальное было в порядке, если хочу произвести впечатление на баб.

Застонав, Олловейн сел на коня.

— Это легко, — с трудом выдавил из себя эльф. — Нужно просто избегать грязи.

Белый жеребец встал на дыбы и едва не сбросил мастера меча. Олловейн ухватился за гриву. Сверху ему хорошо было видно поле боя. Тролли отступали. Их теснили со всех сторон. Несмотря на то что они все еще оказывали сопротивление, их поражение было неминуемо. Собственно, битва была уже проиграна. То, что должно было произойти сейчас, называлось бойней.

В центре схватки находился Альфадас. У него тоже был другой конь. Олловейн спросил себя, не ищет ли его приемный сын смерти. Альфадас давным-давно перешел границу между мужеством и самоубийственной смелостью. Эльф пришпорил жеребца и погнал его в гущу сражения.

Крупный конь спотыкался. На льду вповалку лежали убитые и умирающие. Воняло кровью и экскрементами. Небо затаило дух. Ни малейшего ветерка…

Троллям еще раз удалось прорвать строй противника. Они бежали в сторону палисада. Если сейчас они забаррикадируются на перевале, люди и эльфы утратят преимущество.

Олловейн яростно погнал скакуна. Мучила глухая пульсирующая боль в ноге. Он предоставил остальным нагонять бегущих. Его целью был приземистый воин, стоявший в бреши вала. Он прижимал к себе крохотную белую фигурку. Мастер меча выругался. У них Эмерелль! Значит, палисад пал и сыны человеческие побеждены. Они опоздали!

— Я требую беспрепятственного вывода войск! — кричал тролль срывающимся голосом. — Я Думгар, герцог Мордштейна! Король Бранбарт страшно отомстит за мою смерть. — Тролль поднял правую руку. В ней он держал длинный костяной нож. — И я перережу тиранше…

Стрела выбила оружие из руки Думгара. Тролльский герцог вскрикнул. Эмерелль бросилась вперед, пытаясь отползти подальше от чудовища.

Олловейн рванул поводья на себя и выскользнул из седла. Горячая волна боли окатила его, когда он коснулся своей раненой ноги. Хромая, он поспешил навстречу королеве. Думгар попытался схватить Эмерелль. Поймал ее за длинные волосы. В левой руке он держал дубинку.

Внезапно перед Мордштейном возник стройный воин. Альфадас вонзил меч в живот троллю. Затем развернулся, пригнулся и всадил ему кинжал в подколенную впадину.

Олловейн добрался до Эмерелль. Руки королевы были связаны за спиной. Рот ей заткнули кляпом, глаза завязали кожаной повязкой. Олловейн обнял ее.

— Ты в безопасности.

Князь троллей прижимал руки к животу. Из раны валились на снег внутренности. Альфадас остановился перед Думгаром.

— Тебе знакомо это оружие, убийца? Оно принадлежало ребенку. Им я разделаю твою печень, а потом скормлю ее своей собаке. А если ты родишься снова, то, клянусь, я найду тебя и убью еще раз.

— Ты наверняка эльфийский ярл, — выдавил из себя Думгар. — Ты опоздал! — Он затрясся от кашля. Рухнул на колени, по-прежнему держась за живот обеими руками. — У тебя красивая светловолосая баба, которую ты обрюхатил, не так ли? Мои охотники нашли ее в лесу прошлой ночью. И от ее гордости не осталось и следа.

Альфадас опустил кинжал и побледнел.

Тролль убрал руки от живота. Голубоватые внутренности из его толстого тела плюхнулись в снег.

— Было очень вкусно повстречаться с ней. — Думгар закашлялся. — Она перед тобой, — с трудом дыша, прохрипел он. — Она перед тобой!

И, закашлявшись, он упал лицом в снег.

Ульрик потер голые руки. Мерз он ужасно. Гундар ошибся. Их одежда не высохла. И костер погас. Они сидели в темноте уже целую вечность. Холод разбудил мальчика. Нельзя было засыпать! Но он так устал. Он проспал и не подложил дров в огонь. От ярости он готов был завыть. Но это ничего бы не дало. Ульрик переворошил пепел в надежде найти хоть крошечную искорку. Тщетно. Нельзя было засыпать!

Хальгарда не упрекала его. Она уже давно ничего не говорила. У нее стучали зубы. Руки были ледяными.

Если бы Кровь вернулась! Интересно, жива ли она? Ульрик вслушивался в темноту. Он молился о том, чтобы услышать тихий плеск волн. Но тишина стояла мертвая.

Мертвая тишина! Ульрику вспомнились слова Хальгарды. Они лежали в могиле. Йильвина не дышала. Тролль… Иногда Ульрику казалось, что он слышит, как тот шевелится. Этот парень хитер! Может быть, он лишь притворился мертвым? Или на какое-то время потерял сознание, а теперь только и ждет возможности напасть?