Чтение онлайн

Вашингтон, аэропорт Сиэтла, C-99B "Полярный экспресс"

Главные стойки шасси с привычным тяжёлым стуком коснулись взлётной полосы. С-99 не был похож на обычный самолёт - скорее на корабль, покачивающийся в воздухе. И такой же инертный в управлении. Он почти не слушался пилота, и точно выдержать курс удавалось с трудом. Поэтому посадка начиналась издалека. Огромную машину требовалось направить идеально, прежде чем начать снижение. Не один С-99 потеряли из-за того, что пилот слишком поздно и резко повернул, и зацепил землю концом крыла. Полёт на такой громадине был искусством, требующим большой практики для совершенствования. И Дедмона настораживала необъяснимая тенденция, нарастающая в лётных отрядах. Едва экипаж набирается достаточно опыта, чтобы управлять тяжёлыми машинами в арктических условиях "Воздушного моста", он исчезает, переходя в какую-нибудь другую группу. Официальное объяснение гласило, что их переводят в инструкторы для обучения новых лётчиков и передаче им некоторых навыков о норове C-99 раньше, чем они сядут за штурвалы.

Казалось, опытных команд уже с лихвой хватит для обучения новых экипажей, необходимых здесь. Ходили слухи, что для Тихого океане формируются и перегоняются новые подразделения, для переброски припасов и войск. Боб точно знал, что время от времени появляется транспортник с грузами, изготовленными в Австралии. Оборудование, произведённое на австралийских заводах, оплаченное США в счёт русского ленд-лиза. Так что, возможно, именно туда и направлялись экипажи. Это могло иметь смысл. Ещё один воздушный мост, напрямую оттуда. Дальность полёта и полезная нагрузка С-99 оправдывала почти всё что угодно.

На стоянке уже собралась целая стая машин скорой помощи, готовых принять часть пассажиров. В значительной мере именно из-за них Дедмон так осторожно вёл самолёт. Нижняя палуба была полна раненых, почти полторы сотни, вместе с сопровождающими их врачами и медсёстрами. Обычно для перевозки пострадавших использовали более быстрые С-54, но в последнее время эвакуации проводились чаще. "Полярный экспресс" оказался свободен, и его привлекли, раз попался под руку. Ещё сто пятьдесят пассажиров расположились на верхней палубе - отпускники. Через неделю они снова отправятся на фронт.

Дедмон свернул с полосы на рулежку, следуя за оранжево-чёрным джипом-поводырём. Когда длинная асфальтированная полоса закончилась, на другом её конце как раз показался другой С-99А. Разбег перед долгим полётом в Россию. Он догадался, что солдаты на верхней палубе будут смотреть ему вслед, понимая, сами скоро вновь полетят обратно. За три года поддержку экспедиционного корпуса довели до уровня искусства. Тяжелая техника отправлялась морем, люди - по воздуху.

Джип свернул направо, на укатанную площадку, и Дедмон последовал за ним. Шины "Полярного экспресса" взвизгнули на повороте. Затем, как только двигатели под крыльями заглохли, раздался лязг открывающихся носовых створок. Раненых, доставленных на нижней палубе, торопились доставить в госпиталь. Сам факт их доставки самолётом означал, что их состояние достаточно серьезно для вывоза домой вместо лечения в России. Мысли Боба были прерваны причудливым пульсирующим рычанием, фирменным знаком С-99. Второй транспортник взлетал; его закрылки и шасси втягивались. Позади него, в конце взлетно-посадочной полосы, уже занимал свое место С-54. Его экипаж проводил последние проверки перед вылетом. Скорее всего, в Анкоридж, потом в Анадырь и далее в Хабаровск или на одну из десятков небольших полос, разбросанных по всей Сибири.

Палубная команда закончила проверку, и Дедмон подписал ведомость передачи самолёт наземной бригаде. Они примут на себя подготовку к следующему полету.

– Ничего необычного, сэр?
– задумчиво постучал по планшетке бригадир. Было время, когда каждому транспортнику придавалась своя аэродромная команда, но теперь обслуживание самолётов "Воздушного моста" проводилось на производственной базе. Если услуги специалиста не требовались на одном самолете, его направляли туда, где он нужен. Это простое изменение в четыре раза уменьшило время простоев.

– Нет. Всё в порядке. Ведёт себя прекрасно, - Дедмон подписал оставшиеся документы и вытянулся в кресле. Спина и ноги затекли. Путь из Хабаровска в Сиэтл со скоростью менее 450 километров в час требовал много времени. Штурманы просто упахивались на таких перелётах. Раньше никто даже не догадывался о проблемах, связанных со столь долгими рейсами.

В терминале экипаж начал расходиться. Многие лётчики "Воздушного моста" были в возрасте и с большим опытом, около половины из них семейные. Его второй пилот, Джимми Йорк, направился туда, где ждала его жена. Дедмон не поверил своим глазам и посмотрел ещё раз. Когда они улетали, Сьюзен Йорк была блондинкой, а теперь её волосы стали угольно-чёрными. Он слышал, что на Восточном побережье случались неприятности. Неужели это и сюда дошло?

– Боб? Можем поговорить пару минут?
– полковник Сазерленд почти бегом пересёк ангар. Ещё один дядька из довоенного состава ВВС.
– Ты же вылетаешь через два дня?

– Думаю да. Я ещё не видел новых приказов, - это было довольно точное предположение. На обслуживание огромного и сложного С-99 перед новым рейсом в Россию примерно столько времени и требовалось.

– Значит, так и будет, точно говорю. Груз покрышек для шасси. Слушай, я хочу назначить тебя новым офицером-администратором нашей группы.

Дедмон мысленно запнулся.

– А с Томми Кинкейдом всё в порядке?
– на "Воздушном мосту" было потеряно немало машин. Поэтому крылья и хвост окрашивали в ядрёный оранжево-красный цвет - так легче найти в снегах место аварии.

– О, более чем. Говорят, вчера получил новое назначение в другую группу. Почему бы не оставить нас в покое? Как я смогу управляться с транспортной авиагруппой, если мои лучшие экипажи начнут растаскивать? Так что скоро полетишь, попомни мои слова. Как бы там ни было, я хочу, чтобы ты перешёл на должность администратора.

Дедмон благодарно улыбнулся и посмотрел вслед умчавшемуся Сазерленду. В его голову пришла несколько неуместная мысль: а почему полковник сам до сих пор не получил приказ о переводе?

Где-то на Кольском полуострове, по пути на юг

– Они нас быстро нагоняют, - Бресслер был прав. Мэроси это признавал, пусть сам факт ему и не нравился. Немцы ускорились, едва преодолели глубокий снег в долине. По лесу они шли намного быстрее двух уставших американских летчиков.

– Может, пора найти подходящее укрытие, Билл?
– капитан посмотрел на деревья. Спрятаться здесь было негде, сосны глушили подлесок.
– Вон там земля вроде бы потвёрже. Глядишь, заляжем.

Бресслер вздрогнул. Сегодня их огневая мощь упала от самозарядного 75-мм орудия до пары 9-мм револьверов. Об этом оружии ходила мрачная шутка, мол, их единственное предназначение - убедиться, что немцы услышали стрельбу. Получить пулю намного менее болезненно, чем медленно удавиться в петле.

– Не лучше ли пойти дальше, Джон? По крайней мере, мы можем ускользнуть от этих пидоров. А если остановимся, точно конец.

Мэроси пытался собраться с мыслями, но мороз клонил его в сон. В конце концов он решил, что если уйти невозможно, то надо зарыться в подходящую нору. Немцы почти догнали их.

– Слишком поздно, мы даже до скал не доберёмся. Вон туда!

Оба лётчика нырнули в небольшое понижение, едва пригодное для того, чтобы спрятаться. Когда они, ушибаясь о выступы камней, докатились вниз, позади захлопали выстрелы. Действительно, укрытие так себе.

Через лес стремительно приближались немцы, десятка полтора. Джон недобрым словом помянул ВВС, закупившие слабые и бесполезные револьверы, вместо которых можно было выбрать М1911. Как будто сознательно отвергали всё, что выбирала армия. Огонь немцев ненадолго стих - они рывком сократили расстояние. Мэроси догадывался, что у них на уме. Их привлекала возможность схватить двоих ненавистных пилотов-штурмовиков, которые сначала заставили их понервничать, а потом попытались залить напалмом. Поэтому капитан не собирался сдаваться живым.