Чтение онлайн

— Сколько времени ты следила за мной?

На губах Сары таинственная улыбка, она делает глоток и сексуально облизывается.

— Ты не ответил на вопрос.

— Я согласен. В двадцать лет особо не задумываешься над такими вещами. Я поступал, как последний гад, и не горжусь этим. Мы все совершаем неправильные ходы. Но мир — не шашки. Проиграть партию не значит — проиграть жизнь. Я пробовал разные варианты. И добрые. И злые.

— М-м-м… почему так категорично? Безжалостный эгоизм — залог успеха. Ты все делал правильно.

— То, как поступает с тобой Волаглион, тоже правильно?

— Он поступает, как и всегда. Называет свои действия выражением любви и считает, что я должна быть благодарна за все, что он дал. Также ты поступал с Ини. Ты не ценил ее. И потерял. Практически сразу. Вы, мужчины, зациклены лишь на себе. Даже ваша глубокая преданность обусловлена жаждой показать себя и стать частью другого великого человека. Не знаете, что такое безвозмездная любовь. Вы на нее не способны.

— Разве в твоей жизни был хоть один достойный мужчина? Ты не можешь судить. Ты не знала другого. Любовь не зависит от пола, Сара.

Я залпом выпиваю остаток вина. Голова кружится, по телу ползет тепло, а на висках проступают капли пота, с каждым глотком что-то внутри разжигается. Хочу снять кофту. А еще — платье Сары. Не хочу видеть на ней одежду!

Поддаюсь порыву. Шаг — и сажу ведьму на стол, запускаю руку в рыжие волосы, склоняюсь, вдыхая запах лаванды и шалфея. Пальцы обхватывают тонкую талию. Я приподнимаю подол платья и прижимаюсь между ее ног. Сара допивает вино и отбрасывает железный бокал в сторону стального сундука.

Лязг.

— Разгорячился?

Я поправляю штаны.

— Хочу понять... Ты убиваешь по приказу Волаглиона? Значит, ты тоже пленница дома?

— Я не пленница. Просто у меня есть обязанности.

— Нет, милая моя, — я сдуваю прядь с ее щеки и собираю рыжие волосы в кулак. — Он обращается с тобой, как с собственностью.

— Тебя это не касается.

— Еще как касается! — от злости тяну ее за локоны. Ведьма кривится. — Мы в одной тонущей лодке, Сарочка. Давай поможем друг другу!

— Чем же ты можешь помочь?

— Пока не знаю. Начнем с основ. Почему мое тело в подвале? Я не могу не думать об этом!

— Тогда прекрати думать, — ехидничает она и ногтем проводит по ямке на моем подбородке. — Видишь, я решила твою проблему. Теперь заткнись и отпусти меня! Мне не очень хочется сидеть в раскорячку… И тебя я — не хочу. Никогда не хотела. Ясно? Ты меня... не привлекаешь.

— Мне нужны ответы! Я хочу лишь…

— Конечно, хочешь. Так устроены люди. Мы ищем ответы, даже если без них будем куда счастливей. Мы жаждем правды. По крайней мере, так устроены мы с тобой. Но в твоем случае — ответы ничего не дадут, поверь.

— Ну, раз это неважно и ничего не даст, зачем скрывать?

— Неужели ты сам еще не понял? Давай, Ре-е-екси, подключи ошметки дедукции. Волаглион демон, а что нужно демонам для существования на Земле?

— Тело?

— Ого, озарение! — наигранно удивляется Сара, строя недовольную гримасу.

— Так вот почему он рассматривал меня, будто товар на витрине…

— Твоя судьба давно решена. Я присматривала за тобой, чтобы... ты точно дожил до лет двадцати пяти.

— И чтобы затем убить меня?!

— Именно.

— Хорошо, ему нужно тело, но почему мое? Я не фотомодель. И не силач.

— Хоть в чем-то мы согласны, — усмехается ведьма. — Ты из древнего магического рода. Такой же, как я.

— Что? Бредишь?

Я резко отступаю, хватаюсь за голову.

— А как, думаешь, ты смог войти в башню? Как умудрился частично снять проклятие? Ты колдун. Не самый способный, конечно. Способности требуют тренировки, как мышцы. Если тебя не учили садиться на шпагат в детстве, если у тебя нет растяжки... черта с два кто-то посадит тебя на него в таком возрасте! Хотя шанс есть. В любом случае от природы — ты маг, Рекси. Волаглион забирает тела у представителей одного древнего рода. В мире сохранилось всего около десяти семей твоих предков. Демон выбрал — тебя.

Колдун? Я колдун?! Такой же, как Сара или Виса? Но у меня никогда не проявлялись магические способности! Господи, да я даже фокусы на картах не научился показывать!

Хмурясь, придавливаю ведьму к столу. Какой-то гвоздь впивается в ладонь, но боли не чувствую. В венах адреналин.

— Значит, ты убила меня по приказу... А других?! Олифер твоих рук дела?

— Мальчик — фамильяр Волаглиона. Он вообще не привязан к этому дому. Олифер служит демону и выполняет его поручения.

Зачем же он помогает мне?

— Разве он не призрак?

— Промежуточное звено между духом, демоном и человеком. Сама не до конца понимаю, как темные владыки создают себе фамильяров. Волаглион — не обычный демон. Он существует между двух миров. Но какая разница кого я убила, а кого нет? Или ты пытаешься найти причины простить меня? Освободиться от пожирающей ненависти? Ну же, Рекси! Подавленные эмоции не исчезают. Они продолжают буравить тебя изнутри и влиять на решения. Так, может, избавишься от них? Выплеснешь?

Я хватаю ее за горло и сдавливаю.

— Каждую ночь я сплю и вижу, как расправляюсь с тобой, глазом не дернув, убиваю тебя, снова и снова, с особой жестокостью!

Разжимаю пальцы, притягиваю Сару за ягодицы и упираюсь бедрами между ее ног. Ведьма играючи вздергивает брови, обнимает мою поясницу. Вибрация в теле заставляет взвыть каждую мышцу, но я продолжаю:

— Затем я просыпаюсь. И желаю лишь прийти к тебе в спальню, стянуть одежду… и сломать твою гребаную кровать! Я не тебя ненавижу… А себя! Ведь не имею право желать подобного, после того, что ты сделала! Ты приказала изнасиловать Ини, убила меня и издевалась все это время. Проблемы с демоном никак не умоляют твоих поступков, ты все та же сука! И ведь сделки с преисподней заключают по доброй воле. Ты сама на это пошла. Сама забила этот гвоздь в свою душу! Ради чего? Ради вечной красоты? Силы? Теперь от дыры, что ты создала, твоя душа трещит, точно сухое полено и рассыпается в щепки. Ты срываешь злость на тех, кто слабее. Забиваешь гвозди — в них. Поступаешь, как он. Ничем ты не лучше своего господина! Ты отвратительна! Однако мне не причинить тебе вред. Не могу...

— Как трогательно, — с сарказмом мурлыкает ведьма.

Я сжимаю зубы.

— Если Волаглион может занять мое тело, значит, и я могу вернуться в него?

— Если убьешь Волаглиона, — с истерическим смешком выплевывает она каждое слово.

— Убью...

— Демон неуязвим.

— Лжешь. Ты знаешь, как избавиться от него, верно?

— Знаю, — шепчет она, хитро улыбаясь, и я крепче впиваюсь в ее плечи. Почти касаясь моих губ, Сара выдыхает: — Но не скажу... Я ведь сука... А теперь убрал свои поганые культяпки, пока я их не отрезала!