Чтение онлайн

– Господин Либерт!

– Это – это не я! Мне приказал Ремарио. Я говорил ему не делать этого. Я говорил ему, что предательство принесет возмездие Господне. Я клянусь, я был против –

– Как ты прекрасно видишь, это не простая волчица. Считай ее посланцем всемогущего Господа. Иными словами, ложь тебе не поможет, - заверил Лоуренс.

Либерт захлопнул рот и безнадежно посмотрел на Хоро.

Медленно, очень медленно между зубов Хоро просачивались облачка белого дыхания.

– Я-я-я, я по-подумал, я подумал, что мы платим слишком много. И Ремарио тоже. Так мы по-потратим всю прибыль на выплату долгов, и нам ничего не останется. Ремарио сказал мне сделать что-нибудь. Мне п-пришлось. У меня не было выбора. Т-ты же понимаешь, да? Ведь мы же оба тор-

Либерт замолчал, когда Лоуренс ударил его кулаком в нос.

– Ты меня с собой не равняй.

– Ха-ха-ха-ха! – весело рассмеялась Хоро, убирая лапу с вновь потерявшего сознание Либерта.

– Вот такие дела. Гильдия Ремарио хотела убить тебя, Нора. Клянусь тебе – они предали нас.

Лицо Норы было сейчас пустым и бессмысленным, но, похоже, правда все же проникала постепенно к ней в голову.

Она медленно подняла глаза на Лоуренса.

– Но, но что тогда за волки в лесу?..

– Это было другое, - вмешалась Хоро, заставив Нору вскрикнуть от неожиданности. В конце концов, у Хоро был довольно звучный голос.

– Я Хоро, мудрая волчица из Йойтсу. А там, в лесу, был не более чем юнец, знающий лишь одно – свою территорию. Я достаточно благоразумна, чтобы не ввязываться в бесполезную драку ради такого.

Нора слышала волчицу, словно верила и не верила одновременно, затем беспомощно улыбнулась и отпустила Энека.

– Не знаю почему, госпожа Хоро, но когда ты так говоришь, я, кажется, тебе верю.

– Кстати, твой пес вовсе не влюблен в меня. Он просто разглядел мое истинное обличье. Я подумала, что тебе стоит это знать.

– Э?.. – удивленно переспросила Нора. Энек сердито гавкнул.

– Так, Нора, давай вернемся к делу, - сказал Лоуренс. Ему было жаль менять тему разговора, но дело по-прежнему оставалось незавершенным.

Золото было все еще в пути, долг Лоуренса не выплачен. Кроме того, предстояло решить, что делать с Гильдией Ремарио.

– Сейчас мы в центре бури, можно сказать. Однако милостью Господа нам удалось все же вернуть себе золото. Если верить Либерту, оно стоит шестьсот румионов. Однако если мы пронесем его в Рубинхейген и продадим посреднику, мы выручим раз в десять больше – шесть тысяч румионов.

Нора задрожала, услышав столь огромную цифру. Даже у Лоуренса эта сумма не укладывалась в голове.

– Шесть тысяч – это намного больше, чем мы сможем принять; и даже не подвергая себя опасности, мы уже имеем шестьсот. Однако...

– Од... нако?

– Однако. Это правда, конечно, что именно по вине Гильдии Ремарио сегодняшний день оказался более богат на события, чем нам всем бы хотелось; но правда и то, что без их денег нам вообще не удалось бы купить золото. И если мы возьмем золото и сбежим, они пропадут, разорятся мгновенно. Поэтому...

Хоро ткнула носом Лоуренса в скулу, и отнюдь не игриво.

– Поэтому я предлагаю вот что.

– Нет, погоди-ка... – в голосе Хоро сквозило недовольство, но Лоуренс не пошел на попятный.

– Хоро. Мы живем не в сказке. Мы не можем просто отомстить тем, кто нас предал, и сказать: «Тут и сказочке конец». Нам еще жить потом. А месть за предательство лишь повлечет за собой новую месть.

– Ну, значит...

– Не хочешь ли ты сказать, что перебьешь всю эту несчастную обреченную гильдию?

– Эм...

– Я не хочу, чтобы хлеб, который я куплю завтра, был оплачен кровью. Закончить все это можно многими путями, но если мы хотим завтра нормально жить, мы должны сделать правильный выбор.

Янтарные глаза Хоро закрылись.

Она отвернулась.

– Если бы не ты, я сейчас замерзал бы в лесу, пока не умер. Я отлично знаю, что если бы ты не пришла, все было бы потеряно, и я благодарен тебе за то, что ты вняла моей мольбе. Но...

– Хватит. Хватит, я сказала! А, какой же докучливый спутник мне достался, это просто неописуемо! – перебила Хоро и слегка ткнула Лоуренса в голову своей мордой. Ощущение было довольно болезненное, но если это помогло удовлетворить Хоро, цена была приемлемой.

– Значит, я попрошу тебя сделать вот что.

– Давай, проси! Скажу тебе так: я выполню любую задачу, какую только потребует от меня твой, несомненно, крайне утомительный план, так что можешь просить смело.

Лоуренс улыбнулся – охватившее его чувство признательности невозможно было выразить словами – и, сделав глубокий вдох, повернулся снова к Норе.

– Прости, что заставил ждать. Вот что я предлагаю сделать.

Нора, с завороженным видом слушавшая пикировку между Лоуренсом и Хоро, выпрямилась и подняла глаза на Лоуренса.

– Я хочу, чтобы тырешила, нести ли золото в Рубинхейген.

– Э?..

Недоумение Норы было вполне понятно. Без всякого риска у нее на руках уже были шестьсот румионов. Конечно, шесть тысяч были бы просто невообразимой прибылью, но ведь это значило снова рисковать жизнью.

– Однако если ты пронесешь золото в Рубинхейген, доход от его продажи спасет и нас, и Гильдию Ремарио.

Нора негромко ойкнула.

– С другой стороны, если ты решишь забрать его, все эти люди, что лежат здесь, и их семьи в Рубинхейгене, и все остальные из Гильдии увидят настоящий ад. И кого-то из них этот ад не пощадит. Но в сердцах их поселится ненависть к трем демонам – то есть ко мне, к Хоро и к тебе, Нора.

Даже для человека, который живет дорогой, ненависть со стороны столь многих людей может стать очень опасной. Торговля строится на общении людей. Рано или поздно Лоуренса, Хоро и Нору найдут и приставят мечи к горлу.

Следовало учесть и еще кое-что важное.

– Конечно, если мы сбежим в какую-нибудь далекую страну с чужим языком, то сможем там жить, словно ничего и не произошло. Но даже живя без страха перед местью, вдруг ты когда-нибудь наткнешься на раба со знакомым лицом, которого хлещут кнутом, как вьючную лошадь? Сможешь ли ты спать после этого?

Лоуренс помолчал, давая своим словам проникнуть глубже в разум Норы.

– Однако я заставлю Гильдию Ремарио как следует заплатить.

Хоро неприятно ухмыльнулась.

– Мы сейчас отправимся туда. Что касается тебя, Нора – пожалуйста, прими решение к завтрашнему утру. Если ты решишь протащить золото в Рубинхейген, мы встретимся на той же площади, где тогда все обсуждали. Я пойду в город первым, найду надежного мясника и буду ждать у восточных ворот один день. Если ты решишь не проносить золото... хм. Давай тогда встретимся в Поросоне.