Волчица
Шрифт:
Он слышал дикий, полный азарта вой красноглазого волка своего брата, который вышел на охоту за своей парой и будущей женой. В эту ночь их благословляла сама Луна.
Интересные традиции у волков, да и вообще у оборотней. В ночь, когда звери решают соединить свои судьбы, самка всегда должна убегать от своего самца, запутывая следы, сливаясь с лесом, проверяя, достоин ли её избранник, а самец должен, бежать, ориентируясь на запах, искать и найти, разрывая плоть своей добычи, оставляя след своих клыков на коже, навсегда помечая своим запахом избранницу. И тогда, разгорячённые бегом, возбуждённые до крайности полной Луной, они становились единым целым, парой, мужем и женой, соединяясь уже в человечьем обличьи (хотя им никто не мешал быть зверьми).
Желтоглазый зверь осторожно следовал за старшим братом, он старался не выдать себя ни малейшим шорохом, ни дыханием, ни мягкой поступью лап по влажной траве. Он держался чуть в отдалении, но не выпускал из поля зрения красноглазого. А тот шёл, ничего не замечая вокруг себя, его вёл столь призывный сладкий запах волчицы, которая, наконец, познала себя и свободу, и была готова познакомиться с ним, вожаком стаи.
Младший волк видел, как вожак ведёт свою избранницу, предоставляя той шанс немного развлечься – это была первая ночь волчицы Дарины Люпо, ей хотелось вдоволь набегаться и нарезвиться, но она понимала, что за ней идёт тот, кто сильнее, тот, кто уже признал её своей (волчицы всегда хорошо чувствовали такое).
Даниэль не вмешивался в эту брачную охоту. Мог, конечно же, но следовало ли? В состоянии Дамира, его зверь мог одним взмахом мощноё лапы разодрать жёлтоглазого и был бы в своём праве: пара для оборотня – святое, а уж в брачную гонку... Со зверем Дамира всегда было нелегко справиться, сейчас сложнее, чем когда бы то ни было.
Чёрный волк вздрогнул, когда брат прикусил холку белой волчицы. Тогда Даниэлю стоило понять, что он потерял Дарину навсегда, отступиться, но он был не менее упрям, чем старший брат.
Когда волчица убежала прочь, жёлтоглазый последовал за ней, убедившись, что вожак не спешит бежать за своей женой. Дамир позволил ей удаляться дальше и дальше. Он знал, что никто не посмеет сделать ей больно в эту ночь: звери более мудрые, чем их человеческая половина. Никто из стаи и не встал бы на пути жены вожака, чтобы навредить. Вот только Даниэль не собирался делать подобного и к стае он больше не относился.
На рассвете, когда волчица упала без сил на траву, обернувшись хрупкой девушкой, и уплыла в сон, Даниэль понял, что время пришло.
Уже не зверь, а мужчина подхватил хрупкую фигуру на руки и понёс прочь от поселения клана Люпо, и если волчица внутри Дарины рычала и билась, то девушка слишком устала от новых впечатлений и ярких эмоций её второй половины, вскоре и та затихла, умаявшись от бессмысленных попыток добудиться девушку.
Дарине было слишком уютно и тепло на руках своего возлюбленного, она не чувствовала опасности, исходящего от него. Для девушки он всегда был добрым и мягким, всё понимающим соседом (несмотря на то, что в самом начале их знакомства она его дико боялась).
Долгий путь для Даниэля не был сложным, даже несмотря на его ношу (зверь всё же). За время, что он шёл до своей горячо нелюбимой консервной банки, как он ласково называл свой чёрный монстрообразный автомобиль, мужчина вновь и вновь взвешивал все "за" и "против" своего поистине безумного плана, ещё раз прошёлся по слабым местам и пришёл к выводу, что всё складывается даже лучше, чем он мог ожидать.
Он никогда не сможет ответить на вопрос, что на него нашло тогда, зачем ему нужно было похищать жену брата. Да, Дамир Люпо унизил Дана, выбрав его невесту, но такое случалось множество раз в общинах волков и других кланах. К тому же зверь самого Дана в итоге не принял девчонку во время Большой охоты. Так стоило ли за неё бороться сейчас? Стоило ли мстить таким образом брату?
Когда они уже подошли к машине, девушка начала приходить в себя, и Даниэлю пришлось нажать на пару точек на девичьем теле: слишком рано, ему и так сыграло на руку, что девчонка отказала Дамиру, тем самым не завершив их соединение и связь. Закинув её на заднее сиденье, мужчина из бардачка достал аптечку, в которой лежали лишь шприцы и ампулы с одним и тем же непонятным веществом. Профессиональными ловкими движениями ему пришлось ввести прозрачную жидкость внутривенно Дарине. Луна, чего ему стоило достать это проклятое, но столь необходимое вещество!
Укрыв голое тело девчонки тёплым клетчатым пледом, он оделся сам и сел за руль. Совсем скоро машина рванула прочь: им нужно было успеть уехать как можно дальше, пока Даринку не хватились.
***
Дамир не думал, что так быстро начнёт чувствовать свою новоиспечённую жёнушку. Луна, кто бы мог подумать, что он решил соединить свою судьбу с обращённой волчицей, к тому же невестой и избранницей его брата?
А между тем его игра продолжалась. Жаль, что Даниэль немного не вписывался в роль, которую на него примерил Дамир.
Вожак чувствовал каждого из своей стаи. Их радость от ночи полнолуния, их возбуждение от бешеной гонки и азарт, их свободу и счастье. Но сильнее всего выделялась нить, соединяющая его, вожака, и совсем ещё юную волчицу.
Дамир вспоминал красивую крупную волчицу с мягким густым белоснежным мехом. Она мягко передвигалась на мощных длинных лапах, чуть шевеля треугольными пушистыми ушами на широколобой головой с вытянутой мордой. А уж глаза! Сине-зелёные колдовские глаза Дарины Люпо!
Вожак чувствовал лёгкий отголосок настроения волчицы своей жены. Она ликовала! Любопытная, она изучала всё вокруг и себя саму.
Что бы он ни думал, а всё равно раз за разом возвращался к ощущениям, что давала ему тонкая золотистая ниточка-связь с женой. Вот она уставшая и разомлевшая уже не несётся, а медленно бредёт. Вот он стал ощущать её чуть слабее – видимо, девчонка стала человеком. Через пару мгновений и вовсе Дарина ощущала себя в безопасности, ей было тепло. Но волк вожака почему-то наоборот начал нервничать, требуя Дамир немедленно пуститься на поиски пары и жены. Люпо привык прислушиваться к чутью своего зверя, вот только как искать?
Ниточка-связь оборвалась.
VIII
Что могло заставить волка перестать чувствовать свою пару? Что могло заставить внезапно оборваться только появившуюся яркую золотистую ниточку-связь?
А меж тем волк вожака выл и кричал, вгрызаясь изнутри в свою человеческую половину, готовый броситься на любого, кто встанет на его пути в поиске его новообретённой пары. Он и бросался. Точнее кидался на всех появившихся в его поле зрения Дамир, зверь которого сходил с ума (хотя и так ему было далеко от цельного сознания).