Чтение онлайн

— Но если мы потерпим поражение? — воскликнул Малыш Пьер.

— Тогда это обернется бесполезной гибелью пятисот или шестисот человек, только и всего; надо, чтобы время от времени какая-то партия терпела поражение и показывала пример не только своей стране, но и соседним народам.

— Так вы не из тех, кто отправил своих людей по домам? — спросил Малыш Пьер.

— Да нет, я из тех, кто поклялся умереть за ее королевское высочество. Впрочем, — продолжил молодой человек, — возможно, боевые действия уже начались и нам остается только проследить за их развитием.

— Как так? — спросили в один голос Малыш Пьер, Бонвиль и маркиз.

— Сегодня на ярмарке в Монтегю произошла перестрелка.

— И сейчас слышны выстрелы со стороны переправы на Булони, — произнес в дверях незнакомец.

На пороге появился новый гость.

Тот, кто появился по нашей воле на пороге комнаты или, вернее, сам вошел в гостиную маркиза де Суде, был главным комиссаром будущей армии Вандеи, сменивший известное на весь Нант имя адвоката на скромный псевдоним Паскаль.

Он был хорошо знаком с Мадам, ибо не раз выезжал за границу для переговоров с ней. Еще не прошло и двух месяцев после его возвращения из последней поездки к ее высочеству: он доставил ей последние новости из Франции и получил от нее указания, как надо действовать.

Как раз именно ему было поручено предупредить вандейцев, чтобы все было наготове.

— А! — увидев его, воскликнул маркиз де Суде и невольно шевельнул губами: это свидетельствовало о том, что он недолюбливал адвокатов. — Вот и господин Паскаль, главный комиссар…

— И как нам кажется, он сообщит нам последние новости, — произнес Малыш Пьер, явно стараясь привлечь к себе внимание вошедшего.

В самом деле, услышав этот голос, гражданский комиссар вздрогнул и повернулся к Малышу Пьеру, подававшему ему глазами и губами едва заметные знаки, что для него оказалось вполне достаточным, чтобы знать, как держаться дальше.

— Да, новости, — повторил он.

— Плохие или хорошие? — спросил Луи Рено.

— Разные… Однако начнем с хороших.

— Говорите!

— Ее королевское высочество успешно пересекла Юг и прибыла целой и невредимой в Вандею.

— Вы уверены в этом? — спросили в один голос маркиз де Суде и Луи Рено.

— Точно так же, как в том, что вижу всех вас пятерых перед собой в полном здравии, — ответил Паскаль. — А теперь поговорим о других новостях.

— Что вам известно о Монтегю? — спросил Луи Рено.

— Сегодня там прозвучали выстрелы, — ответил Паскаль. — Национальные гвардейцы несколько раз выстрелили, среди крестьян есть убитые и раненые.

— Но что вынудило их? — спросил Малыш Пьер.

— На ярмарке произошла небольшая стычка, которая переросла затем в бунт.

— Кто командует гарнизоном в Монтегю?

— Простой капитан, — ответил Паскаль. — Но сегодня по случаю ярмарки туда нагрянули супрефект и генерал, командующий военным округом.

— А вам известно имя генерала?

— Генерал Дермонкур.

— Что он собой представляет?

— А что бы вам хотелось о нем узнать? Кто он как человек, каковы его взгляды, каков его характер?

— Да, все это, вместе взятое.

— Ну, прежде всего, ему около шестидесяти-шестидесяти двух лет; он из тех военных, кто воевал всю свою жизнь, начиная от Революции и кончая Империей. Он не слезает с лошади ни днем ни ночью и не даст нам ни малейшей передышки.

— Что ж, — заметил с улыбкой Луи Рено, — придется постараться, чтобы он выбился из сил, а так как нам в среднем в два раза меньше лет, мы наверняка в этом преуспеем, если только от нас не отвернется удача или если мы не окажемся совсем никудышными вояками.

— А каковы его взгляды? — спросил Малыш Пьер.

— Мне кажется, — сказал Паскаль, — что в глубине души он республиканец.

— И это несмотря на двенадцатилетнюю службу при Империи? Хорошо же он маскировался!

— Ничего удивительного. Вы помните слова Генриха Четвертого о сторонниках Лиги: «Бочка из-под селедки всегда пахнет селедкой».

— А характер?

— Ну, он поистине человек чести! Это вам не Амадис или Галаор, а настоящий Феррагус. Если Мадам когда-нибудь, не дай Бог, попадет к нему в плен…

— О! Что вы такое говорите, господин Паскаль! — воскликнул Малыш Пьер.

— Я адвокат, сударь, — ответил гражданский комиссар, — и как адвокат я предвижу все ходы защиты на судебном процессе. Итак, я повторяю: если Мадам когда-нибудь, не дай Бог, попадет в плен к генералу Дермонкуру, она сможет получить полное представление о том, какой он обходительный человек.

— В таком случае, — произнес Малыш Пьер, — наконец перед нами враг, о котором Мадам только могла мечтать: сильный, храбрый и честный. Нам повезло, сударь… Однако вы упомянули о перестрелке на булонской переправе.

— По крайней мере, по дороге в замок мне показалось, что стреляют именно в той стороне.

— Пусть Берта выйдет и послушает, — сказал маркиз, — а затем нам скажет, что происходит.

Берта встала.

— Как! — воскликнул Малыш Пьер. — Мадемуазель?

— Ну и что? — спросил маркиз.

— Мне кажется, что это совсем не женское дело.

— Мой юный друг, — произнес старик, — в таких делах я рассчитываю прежде всего на себя, затем на Жана Уллье, а уж затем на Берту или Мари. Мне не хотелось бы оставлять вас, а мой чудак Жан Уллье куда-то пропал; так что пусть идет Берта.

Берта тут же направилась к двери, но на пороге столкнулась с сестрой и та что-то ей тихо сказала.

— Вернулась Мари, — произнесла Берта.

— А! — протянул маркиз. — Детка, ты слышала выстрелы?

— Да, отец, — ответила Мари, — идет бой.

— Где же?

— У порога Боже.

— Ты в этом уверена?

— Да, ружейные выстрелы слышатся с болота.

— Вот видите, — сказал маркиз, — теперь у нас точные сведения. А кто остался у ворот вместо тебя?

— Розина Тенги.