Чтение онлайн

– Вроде затрепалась я, у вас дел много, наши разборки неинтересны совсем. – Вика тронула кофейник. – Может, свежий заварить?

– Кофе не надо, спасибо, – ответил Гуров. – Ты большая умница, Вика, очень интересно рассказываешь. Продолжай, пожалуйста.

– Так больше вроде нечего. – Вика хмыкнула. – Да, была она с тем Тихоном вроде как на молельне. Только не в храме, а на даче. Нонка рассказывает, когда он ее повез, она подумала, обыкновенный бардак и пустят ее под трамвай. Вы, господин полковник, такой язык понимаете?

– Я его усвоил еще до твоего рождения. Слушаю.

– Ну, вроде секты какой, но все прилично. Кое-кто ширяется втихую, нюхает, но отца Тихона боятся. Он вроде проповеди говорил, она не поняла ничего, плясали до упаду. Нонка полагает, опоили ее, так как плохо помнит, чем все закончилось. Очнулась она под утро, кроме Тихона, никого, зала прибрана, у нее самой трусики на месте, ощущает, не трогали ее, но в голове гулко. Тихон у окна стоит, что-то шепчет, вроде молится. Ей интересно стало, надолго его молитвы хватит? Она свитерок сняла, лифчик сбросила, груди оглаживает. Тихон подошел, тоже груди огладил, заметил, мол, красивые, но ты одевайся. Соитие со мной, говорит, заслужить нужно. Во я слово какое запомнила. Лев Иванович. – Вика взглянула гордо и повторила: – Соитие!

– Секта, говоришь? – Гуров кивнул. – В наше время дело обычное. Никакого криминала, пусть поют, пляшут, меньше воровать будут. А наркотики? Беда, конечно, но разогнать их с той дачи, так они на чердаках и в подвалах колоться будут.

Гуров был крайне заинтересован услышанным, но вида не подал. Вику не похвалил, не хотел, чтобы она свой рассказ вспоминала, придавала ему особое значение. Вика была разочарована реакцией гостя, видела, он уходить собрался, и, чтобы сыщика задержать, сказала:

– Что интересно, Лев Иванович, Нонка с тех пор пропадать начала, а сейчас если раз в неделю заглянет, так и много, считай. Словно она из блядей в монахини переквалифицировалась.

– Вика, тебе не к лицу похабные слова, – мягко сказал Гуров.

– Какие слова? – удивилась Вика. – Блядь? Нормальное печатное слово. И по ящику говорят. Вы, извините, Лев Иванович, словно из космоса прилетели.

– Я из уголовки и все слова знаю. Но у тебя хорошее, одухотворенное лицо и речь почти нормальная, а что по телевизору говорят, повторять совершенно не обязательно. Признаюсь, Вика, история с ребятами и то, что Антона приучала колоться мадам, меня сильно задели. Однако криминала я пока не вижу. Я знаком с Верой Кузьминичной, она мне не понравилась, только этого мало, просто ничего. Рассказ твой занятный, но сплошная беллетристика. А вот Нонна меня интересует. Тоненькая ниточка, но ниточка. Но ведь ты фамилии Нонны не знаешь и, где девочка живет, не ведаешь.

– Это точно, и в казино она теперь появляется редко, – разочарованно произнесла Вика. – Хотя… Если я скажу мальчикам, что она мне баксы, простите, доллары должна, они Нонку вмиг найдут.

– А она действительно тебе должна? – спросил Гуров.

– Да пустяк, сто долларов, – ответила Вика. – Уверена, девчонка просто забыла.

– Прости, Вика, в начале разговора ты сказала, мол, подошла девочка, мы даже незнакомы. А девочка, оказывается, деньги у тебя брала. Не складывается.

Вика взглянула зло, даже стукнула кулачком по столу.

– Мент всегда мент, только и думает, что ему врут, объегорить хотят. У вас в мозгу компьютер? Я уже забыла, что говорила вначале.

– Случается, я тоже ужасно рассеянный, только не на работе, – сказал Гуров. – Так знакомая Нонна девочка или незнакомая?

– И голос у вас стал ментовский, и глаза нехорошие. – Вика явно издевалась, но сыщик на ее подначки не реагировал.

– Ты из рогатки в зверя не стреляй. Меня и оглоблей обидеть трудно. – Гуров разозлился: если рассказ Вики выдумка, то все, еще и не построенное, рушится, словно воздушный замок.

Вика почувствовала: шутки кончились, если она хочет сохранить с человеком хорошие отношения, необходимо ответить четко и ясно.

– Когда девочка подошла ко мне, мы действительно знакомы не были. Ясно? – Вика взглянула, сыщик кивнул утвердительно. – То, что она рассказывала о Тихоне, я слушала невнимательно. Ясно? – Гуров снова кивнул. – Мы сели у бара, выпили, Нонка рассказывала о секте, я врубилась, надеялась, что она ляпнет и о Ляльке. Но девка пела о своем, мне снова стало неинтересно. В конце разговора она попросила сотню взаймы. Сначала я давать не хотела. С каких дел? Потом подумала: девчонка станет встречаться с Тихоном, может услышать интересное и о Ляльке, а когда деньги станет отдавать, авось и сболтнет. И я сотню дала. Верите?

– Обязательно. Раз личная корысть была, значит, говоришь правду. Так мальчики ее найдут?

– На все сто. Колян с ней месяц крутил и дома у нее бывал. Конечно, Платиновой из-за сотни поднимать кипеж несолидно. Но я сошлюсь на принцип: соплячка берет в долг и не отдает.

– Девчонку не трогать, может, у нее теперь и денег таких нет. Нужны все ее данные: фамилия, имя, отчество, адрес. – Гуров вынул из кармана сто долларов, положил на стол. – Мальчикам.

– Обижаете, Лев Иванович.

– Теперь это мое дело, а не твое. И не спорь. – Гуров поднялся. – Будут результаты, позвони.

Гуров приехал от Вики в министерство около четырех, коротко здороваясь на ходу и не очень вежливо пресекая вопросы коллег о том, есть ли новости, прошел в кабинет.

Сыщик достал уже из кармана ключи, когда услышал за дверью разговор, шагнул через порог и, к своему удивлению, увидел Станислава, а на стуле, боком к его столу, сгорбился неизвестный, который, несмотря на лето, держал на коленях замызганную кепку. Рабочий класс редко попадал в данный кабинет. Гуров предположил, что это водопроводчик, оказавшийся на крыше правительственного дома в момент трагедии.

Увидев Гурова, Станислав вскочил, чего не делал никогда, не считая бесконечных шуточек и буффонад. Еще больше втянув голову в плечи, поднялся со стула и допрашиваемый, понял, что вошло начальство. Гуров подмигнул Станиславу, неодобрительно покачал головой, указал рукой на стул:

– Здравствуйте, продолжайте свой разговор, – и сел за свой стол.

– Гражданин начальник, это не разговор, из меня душу с раннего утра вынимают! – Голос у мужичонки оказался на удивление басовитый.

– Да, не повезло вам…

– Фокин Василий Борисович, – подсказал Станислав.

– Оказались вы в ненужный момент в ненужном месте. Извините, господин полковник, ворвался не вовремя, не мог предположить, что наши друзья так оперативно откликнутся на нашу просьбу. Разрешите нарушить вашу беседу, раз у Василия Борисовича претензии, может, я смогу чем помочь.

– С начальством не спорят, – изображая недовольство, ответил Станислав.

– Так чем вы недовольны, Василий…

– Простите, что перебиваю, господин генерал, но я привык, чтобы меня Васей звали, – сказал Фокин.