Чтение онлайн

Притом что самих уроков-то я и не помнил. Попытался за ниточку потянуть, понять — прочитал, может, или ролик обучающий просмотрел, а нет. Тупик, черный экран. Вот тебе информация, вот тебе знание, как информацию получил, а больше ничего ты не получишь.

Впрочем, так ли мне нужно вспоминать прошлое? Да не особо. Текущей ситуации оно никак не поможет, так что я выбросил попытки из головы и вновь сосредоточился на делах.

Тут и бюрократы свои выводы предоставили — представительница их вернулась вся потная, крепко сжимая в руках камешек с выводами. Никаких символов или подобного я на нем разглядеть не мог, так что и правда, видимо, феромоны. Или чародейство, чего бы нет.

— Говори же! — повелела принцесса.

Поклонившись, мураш в рубашечке заговорила:

— По тем или иным объективным причинам, план не выполняется более чем восьмидесятью процентами бригад, — торопливо сказала она, будто пытаясь проскочить неприятный кусок. — Падение производительности находится в допустимых пределах, однако некоторые бригады выходят за эти пределы на пятьдесят процентов и более. Это семнадцатая, двадцать девятая, сорок третья и сорок седьмая. Кроме того, на тридцать процентов отстают девятнадцатая и тридцать первая.

Сказала — и вытянулась по струнке, с поджатыми-то плечами. Еще и подрагивая руками да антеннами.

— Мне крайне интересно, почему об этом не было доложено ранее, — холодно и властно проговорила принцесса. — И я с этим разберусь. Позже. Когда мы расправимся с подлыми тварями, проникшими в наш дом. Приказываю! Собрать эти бригады на смотр, на поверхности! Окружите охраной, проследите, чтобы вышли все! Исполнять!

Мураш-солдатик обернулась к своему адъютанту, коснулась антенны антенной — и та стремительно выбежала из комнаты. Следом умчалась рабочая, придерживая рукой эту свою долбаную желтую, ребристую каску с козырьком.

— Это была простая часть, — сказал я. — После этих, нужно будет осмотреть солдат гарнизона. Затем пройтись по остальным. Если среди них есть внедрившийся противник, кто-то наверняка заметил, что их соратник сачкует от работы.

— К моему великому сожалению — нет, — ответила принцесса, поправляя фуражку. — Мы слишком трудолюбивый народ, и нам трудно даже допустить самой мысли о том, что кто-то в наших рядах может специально уклоняться от работы. К счастью, как будущая королева, я способна оценить всех в общем и подметить, когда что-то не так. А повышенный расход еды без весомых причин — это первейший признак инфильтрации!

Вынужден признать, она мне начинала нравиться. Ну, может, с определенными своими загонами — но о народе заботится, от меня отстала и всем объявила, чтобы не лезли, да и согласилась на сделку. Очень даже хорошая девка, в сравнении с другими встреченными.

Ну, волчицы все равно были лучше. У них задницы человеческие, и ног как положено — две.

Спустя пяток минут, рабочая вернулась и объявила о двух вещах. Первое — созванные бригады построены, отсутствующих нет. Второе — парочка бригад сейчас занимается фуражом и недоступна для проверки, так что придется подождать. Всего-то денек-другой, ага.

Ну, деваться некуда. Я, в сопровождении охраны, пошел наверх. Принцесса же осталась в штабе, ей простых рабочих разглядывать не по чину, и вообще, это небезопасно. Можно понять — она ж тут главная самка, яйца нести должна, все такое.

Может, кого себе и найдет. Но я с волчонком будут к тому моменту далеко отсюда — и, если повезет, уже ощетинившись автоматами.

Поверхность. Солнце уже перевалило через зенит, но до горизонта ему было далеко. Свежий воздух. Даже как-то и не замечал, что в тоннелях и комнатах как-то сперто, тяжеловато дышится. Вокруг все так же сновали потные от труда муравьи — стройка шла полным ходом, и все они с плотоядным интересом меня рассматривали. Некоторые даже демонстративно пот свой в мою сторону смахивали.

Видимо, в нем-то и содержался их феромон, который должен на мужчин действовать. Но мне было совершенно плевать, так что спокойно себе шел дальше, не обращая особого внимания. Ну и они тоже не лезли. Из-за приказа или охраны? Наверно, и того, и того.

Четыре бригады были выстроены, едва уместившись, на свободном пятачке земли, поблизости от главной ямы муравейника. В каждой — по десятку. На самом деле, я только сейчас понимать стал, что мурашей-то в самом деле много, как подобает насекомым. Это ведь малая часть одних только рабочих, непрерывно копошащихся вокруг.

Ну, вот они. Четыре нестройные группки. Все с теми же касками. Ну и инструментом для земляных работ — лопатами и кирками. Все негромко переговаривались, антеннами касались, на месте приплясывали, борясь с желанием вернуться к работе. Разумеется, все насквозь потные, в тоненьких повязках на грудь да прикрывающих пах отрезах ткани, на манер фартука привязанных на поясе.

На меня они внимание сразу не обратили, а я и навязывался. Неторопливо двинулся вдоль «строя», внимательно их рассматривая — благо, достаточно над сопровождающей охраной возвышался.

На первый взгляд, все они казались примерно одинаковыми. Практически на одно лицо даже. А уж отличий в жопках я бы точно не разглядел, они все для меня выглядели точь-в-точь. Черные волосы, черные глаза, одинаковое телосложение, капли пота…

Так, стоп.

Вот по поводу пятен пота — внимательнее, и еще разок взглянуть.

Двинулся на второй круг, теперь уже специально высматривая именно это. За что-то ведь глаз зацепился, отреагировал, мозг дернулся с непонятками — надо теперь найти и понять, было ли это случайностью или чем-то важным.

А тут и мураши меня заметили. Болтовня резко свернула на одну определенную колею, кто-то даже засвистел призывно — ну и, ясное дело, не одними только разговорами дело ограничилось. Скажем так, они показали мне больше, чем я хотел бы.

Отвлекали, гадины. Как тут присмотришься толком, когда они в выгодные для себя позы и ракурсы встают?

На третий круг я кое-что все-таки заметил. И насчет пота, и любопытную его корреляцию с поведением рабочих.

Их ведь что — с дела дернули, где они этот самый феромонный пот проливали. Проходившие мимо рабочие, занятые своими делами, обильно им блестели. Тут же некоторые выглядели сухо и совсем не пахли… На счет последнего, впрочем, не уверен. Но они в самом деле выделялись.

А еще сухие муравьи активнее на меня реагировали. Показывали всякое, зазывали, смеялись. И, при этом, держались порознь друг от друга, словно, не знаю, соперники. Паразиты ведь соперники друг другу, верно?

И наверняка местные паразиты, в этом-то месте, еще сильнее повернуты на сексе, чем условно обычные девки всех сортов и калибров. Вот тебе и четкий признак.

Но это догадки. Их еще подтвердить нужно. Так что я повернулся к той мурашу, которая меня встретила и сопровождала на поверхность, и спросил: