Чтение онлайн

— Так как обстрел посольства без панцерфаустов бессмысленен, я предлагаю напасть на прибывающие делегации при следовании их с аэродрома в город, — сказал Шульце.

— Что ж, это неплохая идея, — заметил Леер. — Как вы считаете, полковник?

— Мы оговаривали этот вариант, как один из запасных, еще в Берлине, — согласился Росс. Однако я сомневаюсь. Вряд ли вся «тройка» прибудет одновременно, и в город, скорее всего, они отправятся порознь. Кроме того, весь маршрут следования кортежей, будет оцеплен. Впрочем, выбирать не приходится. А поскольку вы предложили это, — взглянул Росс на Шульце, вам я и поручаю организовать нападение.

— У меня тоже имеется предложение, — сказал невозмутимо жующий терьяк [60] Майер. — Тридцатого ноября в британской миссии будет устроен торжественный прием по случаю дня рождения Черчилля. Об этом сообщил мой осведомитель. А, следовательно, на нем будут Сталин и Рузвельт. Можно попытаться проникнуть в миссию и совершить там диверсию.

— И каким образом? — поинтересовался Росс.

— Все достаточно просто, — сплюнул на пол Майер. — Вот посмотрите, — и, вытащив из-за пазухи небольшой листок, развернул его и протянул полковнику.

— Это план английского посольства. Здесь, — ткнул гестаповец пальцем в листок, — имеется водосток. Он проложен под землей от основного здания до ограды и заканчивается неглубоким арыком, сточные воды из которого сбрасываются в ложбину, неподалеку от армянского кладбища. Через водосток можно проникнуть в миссию во время приема и взорвать ее.

— Интересно — пробормотал Росс. — А размеры трубы позволяют это?

— Вполне, — заявил Майер. — Она диаметром около полуметра и заполнена едва наполовину. В стоке под стеной решетка, но ее можно перепилить.

— Что ж, этот вариант мне нравится, — одобрительно кивнул Росс. — Если прием состоится, мы обязательно им воспользуемся. А вы, Хорст, — взглянул он на Майера, позаботьтесь о подготовке всего необходимого.

— Хоп-мали, — приложил тот руку к груди. — Однако для этого нужны деньги. И желательно золото или английские фунты, это придаст рвения моим парням.

— Не сомневайтесь, Хорст, вы их получите на очередной встрече, — ответил полковник…

26 ноября на тегеранском аэродроме приземлился первый «дуглас», на котором прибыла советская делегация во главе со Сталиным. Усевшись в автомобили, она на большой скорости направилась в сторону иранской столицы. Все семь километров трассы до нее, тщательно охранялись оцеплением и подвижными группами НКВД.

Вслед за русской, приняв повышенные меры безопасности, прибыли английская и американские делегации.

В результате, двум, подготовленным Шульце диверсионным группам, не удалось даже приблизиться к кортежам, а третья, находившаяся в засаде на въезде в город, бесследно исчезла.

— Этого и следовало ожидать, — скептически констатировал Росс, — когда Леер сообщил ему о результатах. — Ну, что ж, Карл, — хмыкнул он. — Будем надеяться, людям Майера повезет больше. А может вам, как дипломату, самому посетить одну из миссий, например, русскую и пристрелить Сталина?

— ?!

— Не пугайтесь, я пошутил, — криво улыбнулся он, видя реакцию атташе. — Давайте лучше выпьем.

В течение двух следующих дней, используя все свои возможности, Леер отирался во дворце шаха и встречался со своей агентурой в городе, но безуспешно. Переговоры начались…

После встречи в мечети, Майер активно занялся подготовкой диверсии в британском посольстве. Для ее совершения он подобрал двух из своих людей — иранцев из провинции Хамадан и те, за небольшое вознаграждение, согласились подорвать кафиров [61] . Распилив решетку под стеной и проникнув в сточную трубу, диверсанты должны были добраться до водосборника, который находился в подвальной части миссии, установить там заряд и, воспламенив бикфордов шнур, вернуться назад. По расчетам Майера на все это должно было уйти не более часа, что его вполне устраивало.

О точном времени начала приема, гестаповцу сообщил все тот же информатор в английской миссии. Звали его Эльяс Базна, а по оперативным учетам «Гермес». Он служил камердинером у британского посла Хью Нэтбулла — Хьюджексона и пользовалсянеограниченным доверием хозяина.

…За час до приема, который был назначен на 18 часов, со стороны армянского кладбища, в поросшую густым кустарником ложбину, куда скатывался мутный поток, осторожно пробирались два человека. Они были одеты в поношенную одежду дехкан [62] и задний тащил на плече небольшой, но увесистый хурджин. Добравшись до ложбины, спутники внимательно огляделись и поползли вверх по склону, вдоль струящегося оттуда зловонного ручья. Оказавшись у высокой каменной стены, из-под которой он выбегал, диверсанты, а это были они, осторожно скользнули в воду и оказались перед зарешеченным отверстием, откуда она выбегала. Первый достал из рукава халата напильник и занялся решеткой, а второй, вынув из-за пазухи «люгер» [63] , тихо взвел курок и настороженно осматривался по сторонам.

Вскоре решетка подалась и, отогнув ее в сторону, иранцы поочередно исчезли в трубе, волоча за собой хурджин [64] с динамитом…

— Внимание, парни, к нам кажется гости, — шепнул капитан Максфельд, прислушиваясь к доносящимся из трубы шорохам и поднял кверху ладонь левой руки. По этому знаку, четверка «томми» [65] находящихся с ним в камере водосборника, бесшумно заняла позицию с обеих сторон от него.

Через минуту из отверстия появилась мокрая голова, а потом и туловище незнакомого человека. Вслед за этим последовал глухой удар и незнакомца быстро оттащили в сторону. Второй, выползавший из трубы диверсант, почуяв неладное, попытался вернуться назад, но застрял и тут же был извлечен из нее, как пробка из бутылки.

— Брайн, — проверьте нет ли там еще гостей, — сказал Максфельд сержанту, и тот, шагнув в воду, посветил фонариком внутрь водовода.

— Все чисто, сэр, — сказал он и выбрался обратно.

— Ну, что ж, салам алейкум, сахиб, — обернулся капитан к задержанному и приказал его обыскать…

Закрывшись в одном из кабинетов посольства, Росс и Леер хлестали джин.

— Свинья все-таки этот Майер, — прорычал полковник, наливая очередную рюмку. — А я так на него надеялся.

— Свинья, — пьяно качнул головой атташе и икнул.

— И вы, Карл, не лучше, — опорожнил рюмку Росс.

— Неправда, — поднял на него мутные глаза Леер. — В отличие от всех вас, я не только разведчик, но и дипломат. Вы хоть знаете, что это такое?! — перегнулся он через стол.

— Ладно, не будем ссориться, — потянулся за сигарой Росс. — Подумаем, что докладывать об операции адмиралу.

После того, как переговоры и банкет в британской миссии благополучно закончились, и 1 декабря все делегации убыли на родину, немецкий посол сразу же сообщил об этом Рибентроппу. А спустя несколько суток, из Германии пришла шифровка — Росс и Леер срочно отзывались в Берлин.

— Я вот вам что скажу, Гюнтер, — произнес заплетающимся языком атташе. — Все нужно валить на Майера. Группу Мерца провалили его люди, он же не обеспечил сохранность склада с оружием и бездарно спланировал акцию в британской миссии.

— М-да, — пожевал сигару Росс, — это неплохая идея, хотя в ней и мало толку. Кальтенбруннер вряд ли даст в обиду своих людей. Впрочем, стоит попробовать. Прозит, Карл…

Однако абверовцы недооценили хитрого Майера. Уже прошло два дня, как через Анкару он, отправил своему шефу в Берлин подробный отчет о провале операции. И основными виновниками там фигурировали Росс с Леером. Теперь гауптштурмфюрер думал над тем, как еще больше себя реабилитировать. Тем более, что предпосылки к этому имелись.