Чтение онлайн

— Подними нож. Быстро все в машину. — распорядился Бор. Тор поднял нож и нырнул на заднее сидение. Бор дождался, когда все сядут, сам сел за руль. Достал из бардачка пачку салфеток и кинул их Тору.

— Вытрись. И не трясись, как заяц. Ты бы видел, что с нашими парнями делали, когда в плен захватывали.

Бор завел автомашину и она плавно тронулась с места. Возле клуба автомашина остановилась.

— Так, сейчас переодеваемся и по норам. Завтра сидите по домам. Не высовывайтесь. Будьте на связи.

Бор вышел из автомашины первым и зашел в здание клуба. Остальные потянулись за ним. Переодевшись, они стояли возле выхода из клуба, поглядывая друг на друга. Как будто кровавая нить связала их одной судьбой. Закрыв кабинет, к ним подошел Бор.

— Чего стоим? Кого ждем? Я ясно сказал, что по домам и носа не высовывать. Тор, ты поедешь со мной. Сегодня у меня переночуешь.

— Викинг, Борман и Зигфрид попрощались и по улице, остывающей от дневного зноя, пошли на автобусную остановку. Бор с Алексеем сели в автомашину. Возле магазина Бор остановился и вышел. Вернулся он с литровой бутылкой водки.

— Сейчас ко мне. Тебе нужно снять стресс и выкинуть все из головы. Я знаю, что это такое, когда первый раз человека убиваешь.

Возле старенькой пятиэтажки, на окраине города, Бор остановил автомашину. С Алексеем они зашли в подъезд. На лестнице горела лишь пара лампочек. Остальные были разбиты местной дворовой шпаной. Лишь острые стеклянные края поблескивали в тусклом свете. Мусор и грязь, стены исписаны похабщиной, вонь от канализации из подвала. Все как обычно, для пролетарских районов. Где нет охраны, консьержек, жильцы бояться сделать замечание стоящим в подъезде малолеткам, опасаясь нарваться на нож. Бор всего этого убожества не замечал. Он здесь родился и вырос. Родители Бора каждую весну уезжали на дачу, где и жили безвылазно, до глубокой осени. Квартира, которую они получили от завода, проработав там всю жизнь, была хрущевкой. Кухонька, на которой можно было достать все, не вставая с табуретки, две проходные комнаты и совмещенный санузел.

— Иди в ванную, я пока стол накрою.

Пока Алексей стоял под прохладными струями воды, горячая даже зимой редко бывала, Бор зашел на кухню и заглянул в холодильник. В морозилке лежал шмат копченого сала, который ему навелила мать, когда Бор последний раз посещал их на даче. Стояла банка соленых огурцов и на полочке лежала упаковка с магазинными котлетами. Которые и котлетами назвать сложно. Когда Алексей вышел из ванной, Бор уже накрыл стол. Нарезанное сало с огурцами, а на плите жарилась картошка с котлетами. Посреди стола стояла бутылка водки и два стакана. Бор налил один до краев и протянул Алексею.

— Пей до конца.

Тот взял и выпил как воду, не замечая ни крепости, ни вкуса.

Сергей на работу пришел первым. Оперов из убойного отдела еще никого не было. Взяв у дежурного суточную сводку происшествий, он зашел в свой кабинет. Предыдущие сутки Сергей отдыхал, после суточного дежурства. Взглянув на часы, висящие на стене, он покачал головой.

— Опаздывают сволочи. Лишу всех премиальных. — решил он про себя. Дверь в кабинет открылась и зашел начальник уголовного розыска.

— Привет. Серега.

— Привет.

— Ты своих парней не теряй. Я им разрешил до обеда отоспаться. Они вчера завихрялись не по детски. Сначала, какой-то аноним позвонил, сказал, что у Черного озера два дага к дереву привязаны. Дежурный не поверил, но на всякий случай наряд отправил. Когда их нашли, они уже опухать начали. Сам знаешь, там место гиблое, только комары, да мошка. А их какие-то шутники до гола раздели. Возле ног папка лежала с чистосердечным признанием. Подняли убийство, пять квартирных разбоев и около двадцати краж. Комната в общаге, где они жили, вся барахлом забита. Вечером общагу прошерстили, четверых в федеральном розыске задержали. Набили два автобуса незаконными мигрантами. Представляешь, общага пединститута, а студенты только на первом этаже жили. Около десяти вечера, кто-то из наших сотрудников азербайджанца зарезал.

— Теперь подробнее.

— В лесопарке есть площадка, для выгула собак. Не доезжая до нее, остановилась серая девятка. Пять человек, одетых в нашу форму, выволокли азербайджанца и начали его ногами избивать. Кто-то из собаководов позвонил нам. Дежурный отправил экипаж вневедомственной охраны. Те обнаружили только труп. Вызвали отца для опознания. Кто-то из наших остолопов, проболтался, что рядом ментов видели. Отец поклялся, что не успокоится, пока нас всех не вырежет. В час ночи, недалеко от лесопарка, нашли убитого сержанта милиции. Ему как барану глотку перерезали, от уха, до уха.

— Кто такой?

— Из молодых. Года не отработал. Да ты его должен помнить. По весне на труп вместе выезжали. Таджики четырнадцатилетней девчушке дозу героина вкололи, изнасиловали, живот вспороли и горло перерезали. Установить-то мы их тогда установили, да задержать не успели. Они к себе свалили. А где ты их там в горах искать будешь. Паренек тогда обрыгался, а ты на него наорал.

— Помню.

— Мы с твоими парнями вот что подумали. Может, этот сержант, создал группу мстителей, и валят всех сподряд.

— А его кто? Думаешь отец азербайджанца завалил?

— По времени не получается. Он еще тогда у нас был. Но родственники могли. Сегодня к нам из УСБ области приезжают. Будут отрабатывать все связи сержанта.

— Иван Яковлевич, а вы не думаете, что это подстава. Есть у нас тупые менты. Но не до такой же степени. Если бы захотели завалить, то завалили так, что бы и концов не нашли. Я сам из постовых вышел и всю эту бодягу знаю. Мне кажется, что не в том направлении копаем. Нужно клуб «Один» потрясти.

— Серега, ты чего на этом клубе зациклился. Делать тебе что ли нечего. Там нормальные парни занимаются. Они нам вчера хорошо помогли. Когда общагу трясли. Без них бы мы не справились. Ты ознакомься с документами и составь план раскрытия убийств. Парни в обед подтянутся. Начинайте азербайджанцев трясти.

— Хорошо. Сделаем.

Начальник розыска вышел из кабинета. Сергей встал со стула и подошел к окну. Задумавшись постоял пару минут и вышел из УВД. Прокуратура была напротив. Секретарем у прокурора был щупленький паренек. Одна нога у которого была короче второй. У него была походка слегка подпрыгивающая. От него никто никогда не слышал грубого слова. Прокурорские так про него и говорили «Наш воробушек». Сергей подошел к нему и попросил посмотреть, кому отписаны дела по вчерашним убийствам. Воробушек покачал головой.

— Сергей Иванович, ох и хлебнете вы горя с этими делами. Наши из-за сержанта ППС закусились. Скоро и УСБ подтянется. До кучи и вы прицепом пойдете, что убийства раскрыть не можете.

— Да мне плевать с высокой колокольни. Считают, что не умею работать, пусть увольняют.

— Сергей Иванович. Да вы не горячитесь. Светлое, по расчлененке, молодому отдали. Это где дагестанцы оторвались. По азербайджанцу и сержанту, Старому отписали, вашему другу. Этот вцепится, пока не раскроет, не успокоится.