Чтение онлайн

– Знаете, Люмо, я тоже удивлён, - согласился с женой Памил, пригладив рукой короткую бороду.
– Вот-вот начнётся новый учебный год в школах.

– Ах, это!
– наконец-то догадался Люмо.

Его новых знакомых ввело в заблуждение то, что он не выглядел на свой возраст. Люмо был смешанных кровей и отцовские восточные гены придавали ему излишнюю моложавость, а невысокий рост и худое телосложение, как правило, лишь укрепляли ошибочные выводы о нём при первом знакомстве.

– Мне уже двадцать один год. Просто я выгляжу моложе своих лет, - он улыбнулся, а его спутники заметно смутились.

– Ну надо же, - Памил расхохотался.

– Простите меня, Люмо, - Анисья облечено и украдкой улыбнулась.
– Я решила, что вам не больше шестнадцати. Мне даже немного завидно.

– Но вы же прекрасно выглядите!
– горячо воскликнул парень, но тут же стушевался.
– То есть я не хотел сказать ничего дурного, - поспешно добавил он, посмотрев на Памила.

– Бросьте, Люмо, - дружелюбно ответил тот.
– Моя жена прекрасна, не так ли?!

– Дорогой!
– щёки Анисьи загорелись румянцем.

Все трое переглянулись и неловко рассмеялись.

***

К полудню следующего дня, уставшие после недолгого сна на жёстких скамьях, трое путешественников сошли на берег столицы Срединных земель - Миддана. Памил и Анисья уговорили Люмо подвезти его до парка дирижаблей в их машине. Заботливая матушка Памила побеспокоилась и прислала автомобиль с водителем аккурат к прибытию парома, а Анисья никак не могла унять излишнее волнение за впервые путешествующего Люмо, не смотря на его относительную взрослость. Машина оказалась просторной, но всё равно слишком шумела.

В такой час улицы большого города были немноголюдны, многие прибывали на своих рабочих местах или обедали, однако для деревенского паренька численность людей казалось ошеломляющей. Он никогда не видел столь оживлённого места. Горожане спешили по своим делам, громко разговаривали и не интересовались ничем вокруг. Контраст городка на берегу реки и Миданна бросался в глаза.

Анисья порывалась самолично отвести Люмо к билетной будке, проследить за покупкой билета и посадкой в пассажирский отсек дирижабля. Парню пришлось вложить в голос побольше уверенности, чтобы убедить девушку, что способен справиться сам. Люмо не очень хотелось показывать своим новым знакомым приглашение, по которому ему предстояло получать билеты на протяжении всего пути. Он не был уверен, что Памил и Анисья хорошо отнесутся к тому, куда направляется Люмо. Их отношение к нему может мгновенно измениться. К тому же, самым трудным ему представлялось не заблудиться в бесчисленных улицах столицы, и они в этом Люмо уже здорово выручили. Для него такой внезапной помощи более чем достаточно, и Люмо за это очень благодарен.

Смирившись, Анисья потребовала записать их адрес и взяв обещание написать им, когда он доберётся. От Памила Люмо досталось крепкое рукопожатие и приглашение навестить их дом на обратном пути. На том и расстались.

С билетом на дирижабль дела обстояли столь же легко. По приглашению для Люмо выписали специальный пропуск. В этот раз девушка в билетной будке даже не смотрела на парня, похоже, что в столице люди с подобными приглашениями были не редкость.

До отбытия оставалось ещё два часа. Люмо побродил внутри вокзального помещения парка, решая, где переждать лишнее время. Небольшая разведка показала, что ожидающим пассажирам предлагаются любые услуги: комнаты для сна, библиотека, столовая и даже умывальная. Люмо задумался. В пути он был почти двое суток, хорошенько умыться ему не помешает, а потом можно и пообедать. Довольный своим планом, он направился прямиком по указателю. Настроение подпортилось при виде ценника за посещение такой комнаты. Рассудив, что прибыть на место назначения, до которого добираться ещё более суток, запылённым, пропахшим дорогой и потом, с грязными волосами не очень хороший расклад, Люмо со скрипом отсчитал монеты.

Сменив одежду, пообедав и выйдя на улицу в зону ожидания, Люмо с изумлением наблюдал за подготовкой дирижабля к взлёту. Сотрудники воздушного парка бегали вокруг огромного воздушного судна, проверяя на наличие неисправностей и герметичность гондолы, наполняли баки топливом и погружали в специальный отсек различный груз. Люмо вновь заволновался. В компании Анисьи и Памила он успел позабыть про тревогу перед первым полётом, но беспокойство снова настигло. Люмо погладил себя по руке, где была татуировка, и фамильяр кольнул пальцы энергией - успокаивал.

Люмо недолюбливал сложные технические изобретения, не слишком понимал их, почти не встречал в своей жизни. Изредка в небе над деревней он замечал пролетающие дирижабли и аэропланы. Они находились так высоко, что казались лишь точкой. Вблизи же первые выглядели громоздкими, неподъёмные и неприспособленными держаться в воздухе, а вторые - слишком хрупкими.

Однако в дирижаблях было нечто притягательное и завораживающее. Люмо вспомнил детскую книжку, однажды подаренную ему отцом, после удачного заработка в одном из городов. Книжка была посвящена различным животным, с красивыми картинками, среди которых Люмо особенно любил разглядывать волков и китов. И находящийся пред ним дирижабль напоминал парню кита. Его вытянутый овалоподобный корпус сужался к хвосту, плавно переходя в подобие раздвоенного плавника, к брюху крепилась вытянутая гондола с рубкой для пилотов и отсеками под грузы и с местами для пассажиров, над гондолой по бокам из корпуса тянулись два коротких крыла, опять же ассоциировавшиеся у Люмо с китовыми плавниками. Он бы не удивился, если дирижабль внезапно пустил бы фонтан использованного воздуха вверх. Плавающий в облаках кит - это впечатляло, бросало в дрожь и захватывало все мысли!

Люмо так засмотрелся, что не заметил, как подошёл к трапу перед входом в дирижабль. Очнувшись и закрыв рот, он вдруг осознал, что лезть в это воздушное чудище ему боязно. И даже, пожалуй, больше чем просто боязно. Люмо сглотнул и осторожно сделал шаг вперед, трап слегка зашатался.

"Славно", - подумал парень и, сделав лицо посуровее, побыстрее взметнулся вверх по трапу, внутрь дирижабля, чтобы не позориться перед толпившимися за ним другим пассажирами.

Пробравшись к своему месту, Люмо сбросил рюкзак на пол перед собой и замер на своём кресле. Внутри "кит" внушал ещё меньше доверия.

"Так, спокойно, говорят, что дирижабли очень надёжны", - уговаривал он сам себя.

"Да, очень надёжная накачанная газом летающая махина", - вторгся в его мысли фамильяр. Он не говорил на человеческом языке, но Люмо прекрасно его понимал. Жаль, не мог отвесить оплеухи за подтрунивание.

"Сгинь, нечисть", - ругнулся он на волка.

Пока пассажирский отсек гондолы наполнялся людьми, Люмо покачивался на своём месте, чтобы успокоиться. Всплеск волнения пошёл на убыль, и он даже порадовался, что успел занять место у окна - сможет посмотреть на небо вблизи и на землю с высоты в несколько сотен метров. Восторг от новых впечатлений понемногу теснил испуг.

Вскоре гул голосов начал сходить на нет, близилось время взлёта. Команда заканчивала приготовления, люди рассаживались на места. Между рядами прошлись девушки в униформе и напомнили о ремнях безопасности. Люмо поспешил пристегнуться, хотя хлипкие лоскуты ткани с примитивными креплениями не вызывали у него чувства надёжности. Ему бы не составило труда разорвать их в два счёта. Колени упирались в набитый рюкзак, сидеть так было неудобно, но это меньшее, что сейчас занимало его мысли. Иногда Люмо умудрялся засыпать на ветках деревьев и несколько часов дискомфорта как-нибудь вытерпит.

В этот раз место рядом с ним занял представительный на вид пожилой мужчина, бережно держащий в руках трость и котелок. Мужчина снисходительно улыбнулся, когда Люмо от неожиданного рывка схватился за край сиденья, напрягшись всем телом. Дирижабль оторвался от земли и начал медлённо набирать высоту.

– Боитесь летать, юноша?
– улыбаясь в усы, поинтересовался сосед.

– Не знаю, я первый раз лечу, - ответная улыбка у Люмо вышла неубедительной.