Чтение онлайн

Он еще раз посмотрел карту и сравнил маршрут, не понимая, почему девка пошла в другую сторону. «Возможно, у нее есть какая-то зацепка», — решил он и дал команду выдвигаться.

Вскоре позвонил Дед. Поговорив с ним минуты три, я убрала телефон и сделала рывок, рискуя в темноте повредить ногу. Выбрав удобное место, я быстро поднялась выше по скалистому откосу. Вскоре послышались торопливые шаги.

— Sam if we miss it Arakul will remove the head from us (Сэм, если мы ее упустим, Оракул с нас головы снимет).

— We will catch up. Look under feet. He will remove the head from us if we break feet (Догоним, смотри под ноги. Он с нас головы снимет, если мы ноги переломаем).

Я пропустила их мимо. Двое. Четверо где-то сзади. Американцы. Оракул… Что-то знакомое. Где-то я уже слышала это слово. Верней еще слышал… Теперь я уже сама делила свою жизнь на две: «до» и «после». «До» — это слышал, делал. И «после» — уже слышала и делала.

Я выждала минуты две и тенью летучей мыши двинулась следом, не создавая ни единого шороха. Вскоре показался силуэт идущего сзади. Достав нож, я ускорила шаг. Он в последний момент, видимо, что-то почувствовал и попытался обернуться. Но я уже была у него за спиной. Он был выше меня на голову, и мне пришлось поднимать руку на уровень своего роста. Я одним движением вскрыла ему горло и, не останавливаясь, бросилась ко второму, пока тот ничего не заметил. Этот был чуть пониже. Удар рукояткой ножа пришелся в основание черепа, и он сразу споткнулся. Я перехватила его за ворот и смягчила падение. Прислушалась. Тихо. Вытерла об него нож и убрала его в ножны. Достала пистолет. Сняла с него АКМ, оснащенный глушителем и оптикой. Вытащила магазины.

— Ого! 7,62. Нормально.

Достав из кармана пластиковый хомут, стянула ему руки. И, запихав ему в рот его же кепку, разбудила его:

— Слушай меня сюда. Если хочешь жить, отвечай быстро и правду. Если вздумаешь закричать, пристрелю. Понял? — спросила я по-английски.

Он закивал головой. Я выдернула кляп и задала несколько вопросов. Когда узнала, что хотела, просто вырубила его и исчезла летучей мышью, не забыв подложить под труп гранату с выдернутым кольцом, которую нашла у допрашиваемого.

В итоге я разжилась тремя гранатами, АКМом с прикладами и пятью магазинами, не считая того, что был в автомате. Разгрузка сразу потяжелела. Да и автомат прибавил веса. Но зато теперь можно и повоевать.

Джон смотрел на навигатор. Точка вот уже минут десять не двигалась с места.

— Парни, что там у вас? Почему нет движения? — спросил он по портативной радиосвязи.

В ответ — тишина. Может, соблюдают молчание из-за близости объекта?

— Ждем еще пять минут, — сказал он.

Через пять минут он отправил еще двоих, узнать почему возникла задержка. И еще через пять минут услышал в наушнике:

— Сэр, срочно к нам! Они мертвы.

— Как? Что ты сказал?

— Они мертвы, сэр.

Прибыв на место, он остолбенел. Как? Кто? Он осветил все фонарем. Один лежал в огромной луже собственной крови. Джон сразу понял, что перерезано горло.

— Сэр, Алекс жив, — услышал он голос одного из парней.

Наклонился и начал переворачивать труп. Что-то звякнуло, ударившись о камни. Он увидел в луче света гранату.

— Граната! — закричал он и, отпустив труп, прыгнул в сторону.

Тело убитого приняло на себя все осколки, так как успело накрыть гранату. Остальных разбросало взрывной волной, слегка контузив и обдав останками Сэма.

— Все живы? — тряся головой, спросил Джо. Парни тоже поднимались с земли. — Никого не зацепило?

— Вроде нет.

Они привели в сознание Алекса.

— Кто это был? Сколько их было? Ты успел посчитать? — Джо завалил его вопросами.

— Это была… Мы ее даже не слышали. Я не знаю, откуда она появилась. Как-то все потухло в глазах, и все. Шея болит.

— Она тебя допрашивала?

— Да, очень хорошо говорит по-английски. Она, наверное, из Калифорнии.

— Поясни.

— У нее акцент калифорнийский. И я, кажется, узнал ее. Это… — он сказал имя.

— Видимо, она тебя хорошо стукнула, — вздохнул Джо. — Ты бредишь.

— Сэр, я с детства смотрел все фильмы…

— Парни, приведите его в чувство. И похороните Сэма.

— Сэр, я правду говорю… Я узнал ее. Правда, она какая-то молодая.

— С тобой точно все в порядке? Может, тебя к Сэму отправить?

Пока парни занимались убитым, он прикидывал варианты. Как они могли обнаружить себя? Они ведь не мальчики. Бывшие «морские котики». Как она смогла к ним подобраться, что они ничего не услышали? И куда она теперь направляется? Где ее искать?

Если бы он знал, что в данный момент она лежит в ста метрах от него и спокойно рассматривает его в зеленоватом свете оптического прицела. А свободный ход курка уже выбран. Она тоже решала вопрос, что с ними делать. По сути они диверсанты. А раз так, то должны быть уничтожены. И это ее прямая обязанность. Она сама из этой касты и прекрасно знает закон.

Еще полгода назад я бы так и сделал. Но вот сейчас я сомневалась. Во мне боролись два человека. Если я оставлю их в живых, они меня в покое не оставят. Ранить командира? Тогда я выдам свое место расположения Ахмету. А он, судя по всему, меня потерял. Да и весь план генералов тогда коту под хвост. Оторваться от них? Но у меня уже нет сил. Нужен отдых. Просушить одежду, конечно, не получится, но вот поспать — можно.

Я потихоньку отползла от края обрыва и, поднявшись на ноги, направилась на восток. До старого лагеря было километров семь. Я добралась до него, когда уже было три ночи. Вторая бессонная ночь буквально валила меня с ног. Обследовав полуразрушенное здание, видимо, бывший барак, установила на входе растяжку. Достала банку тушенки и поела, сделав несколько глотков спирта для согрева. За весь день я промокла. Сейчас, правда, дождь прекратился, и даже появились звезды. Подстелив спальный мешок, я легла на него и, закрыв глаза, моментально провалилась в сон. Если это можно назвать сном. Я слышала каждый шорох…

Проснулась я от крика птицы. Ее явно кто-то спугнул. Собравшись за две минуты, я посмотрела в проем окна в том направлении, где взлетела птица. Все пока было тихо. Но тут я услышала хруст ветки метрах в ста от меня и поняла причину птичьей тревоги:. из кустов вышел медведь. Он задрал голову и внюхался в воздух. Это был уже взрослый самец. Его просто так не напугаешь.

Я улыбнулась, вспомнив присказку. Мол, медведь не трогает обнаженных женщин, так как они похожи на медведицу, только без шерсти. И он как будто стесняется и уходит. А может попробовать? А вдруг правда? А если нет, и он примет меня за медведицу? Что тогда? Я чуть не засмеялась. Но медведь продолжал нюхать воздух, медленно приближаясь к бараку. Он явно что-то учуял, обычно это кровь или тухлятина. Крови нет, если только та, что на ноже. Но это не то. Что еще? Стоп. Курьер ранен. А если он умер, то уже должен начать пахнуть. Может, медведь его учуял?

Медведь явно шел в моем направлении. Я осмотрела помещение. Кроме меня тут никого не было. Да и понятно было, что на меня он так реагировать не будет. Так, принюхиваться. Он не считает человека своей пищей. И тут до меня вдруг дошло: он почуял именно меня, вернее, мою кровь! У меня начались месячные! Я почувствовала, как между ног все скользко. То-то у меня вчера начала болеть грудь. Я думала, это от тесноты. Вот черт! Этого мне только не хватало. Ну что, косолапый, пожалуй, я не дам тебе, ты не в моем вкусе.