Чтение онлайн

– Уж точно не испанская, – ввернул Джек. – Но эта история с девятнадцатью…

– Нассать на девятнадцать, – грубо оборвал его Роланд. – Сейчас не время для игры в числа. Он скоро вернется со своими друзьями, а до того мне есть о чем с вами поговорить.

– Ты думаешь, насчет Черного Тринадцатого он говорит правду? – спросил Джейк.

– Да, – кивнул Роланд. – Исходя из того, что произошло с тобой и Эдди в прошлую ночь, я думаю, что ответ – да. Если это правда, держать при себе этот хрустальный шар опасно, но мы должны его взять. Потому что, если его не возьмем мы, он достанется Волкам из Тандерклепа. И хватит об этом, сейчас у нас есть более насущные проблемы.

Чувствовалось, что Роланд чем-то взволнован. Он пристально смотрел на Джейка.

– Ты вздрогнул, услышав фамилию этого крупного фермера. И ты тоже, Эдди, хотя и не дал такой явной реакции.

– Извини, – потупился Джейк. – Я забыл имя…

– Ничего ты не забыл, – оборвал его Роланд. – А если и забыл, то вместе со мной. Потому что я слышал эту фамилию, и недавно. Только не могу припомнить, где и когда, – потом, с неохотой добавил. – Старею.

– Это случилось в магазине, – ответил Джейк. Подтянул к себе заплечный мешок, нервно завозился с завязками, пока не развязал их. Откинул клапан, словно хотел убедиться, что «Чарли Чу-Чу» и книга загадок по-прежнему на месте, по-прежнему их можно потрогать. – В «Манхэттенском ресторане для ума». Это так странно. Однажды это случилось со мной, а однажды я наблюдал, как это происходит со мной. И это само по себе очень хорошая загадка.

Роланд описал круг изуродованной правой рукой, предлагая поторопиться с рассказом.

– Мистер Тауэр представился мне, я ответил тем же. Сказал, что меня зовут Джейк Чеймберз. И тогда он сказал…

– Хорошее имя, дружище, – вмешался Эдди. – Вот что он сказал. А потом добавил, что Джейк Чеймберз звучит почти что как имя героя романа-вестерна.

– «Парня, который врывается в город Черные Вилы, штат Аризона, очищает его от всех бандюганов, потом скачет дальше, – на память процитировал Джейк. – Что-то, по-моему, из Уэйна Д. Оуверхолсера», – посмотрел на Сюзанну и повторил. – Уэйн Д. Оуверхолсер. Если ты скажешь мне, что и это совпадение, Сюзанна… – он вдруг ослепительно улыбнулся. – Я предложу тебе поцеловать мою белую задницу.

Сюзанна рассмеялась.

– В этом нет необходимости, сладкий мальчик. Я не верю, что это совпадение. И когда мы встретимся с этим фермером, приятелем Каллахана, я обязательно спрошу, какое у него второе имя. Если Дирк или Дейн, то есть из четырех букв… – ее рука вновь вернулась под левую грудь. – Ох уж эти газы! Боже! Я бы многое отдала за упаковку «Тамс»[16] или… – она не договорила. – Джейк, что с тобой?

Джейк держал в руках книгу «Чарли Чу-Чу» и его лицо бледнело на глазах. Глаза округлились, стали огромными. Рядом с ним начал тревожно подвывать Ыш. Роланд наклонился, чтобы взглянуть на книгу, и его брови взлетели вверх.

– Святые боги, – вырвалось у него.

Посмотрели на книгу и Эдди с Сюзанной. Название осталось прежним. Картинка осталась прежней: древний паровозик пыхтел, забираясь на гору, скребок расплывался в счастливой улыбке, огни-глаза сияли. Но надпись под картинкой, желтыми буквами: «Текст и рисунки Берил Эванз», – исчезла. И новая не появилась.

Джейк повернул книгу, посмотрел на корешок. У видел только название книги, «Чарли Чу-Чу», и издательства, «Макколи Хауз, паблишерс». Ничего больше.

К югу от них послышались голоса. Каллахан и его спутники приближались. Каллахан из Кальи. Каллахан из Лота, как он также назвал себя.

– Титульная страница, сладенький, – подала голос Сюзанна. – Открой ее, быстро.

Джейк открыл. Вновь они увидели только название книги и название издательства, на этот раз с выходными данными.

– Посмотри на страницу с копирайтом, – предложил Эдди.

Джейк перевернул страницу. Здесь, на обороте титульной страницы и перед первой страницей книге, печаталась информация о правообладателях. Да только на этой странице этой информации не было, практически не было. Они увидели:

Копирайт 1936,

Одно слово и четыре цифры, которые в сумме давали число 19.

Более ничего, на всей странице.

Глава 5

Оуверхолсер

Сюзанна смогла стать свидетелем большей части событий того длинного и интересного дня, потому что Роланд предоставил ей такую возможность, а она полностью пришла в себя после того, как прекратились приступы утренней тошноты.

Аккурат перед тем, как Каллагэн[17] и его компанию приблизилась к костру, Роланд прошептал ей: «Держись как можно ближе ко мне, и не произноси ни слова, если только я не обращусь к тебе. Если они примут тебя за мою женщину, не смей возражать».

При других обстоятельствах она могла бы сказать что-то едкое, что, мол, никак не видит себя походной женой Роланда, согревающей его старые кости холодной ночью, однако в это утро времени на шутки не было, и выражение его лица ясно говорило об этом. Опять же, роль верной и покорной второй половины приглянулась Сюзанне. По правде говоря, ее радовала любая роль. Даже ребенком ей нравилось играть других людей.

«И это наверное все, что кому-либо стоит о тебе знать, сладенькая», – подумала она.

– Сюзанна? – спросил Роланд. – Ты меня слышишь?

– Слышу тебя хорошо, – ответила она. – Обо мне не волнуйся.

Как женщина, выросшая черной в Америке середины двадцатого столетия (Одетта на просмотре фильма по роману Ралфа Эллисона[18] «Невидимка» то и дело смеялась и аплодировала, качаясь взад-вперед, словно человек, которому открывалась истина), Сюзанна точно знала, чего он от нее хотел. И намеревалась исполнить все его пожелания. Какая-то ее частица, злобная Детта Уокер, никак не желала признавать главенство Роланда, но оставшаяся, большая часть видела в Роланде того, кем он и был на самом деле: последнего из рыцарей. Может, даже героя.

Пока Роланд представлял свой ка-тет (Сюзанну – последней, после Джейка, можно сказать, с легким пренебрежением), у нее появилось время отметить, до чего же хорошо она себя чувствует после того, как ушли эти ноющие боли в левом боку. Черт, даже головная боль, которая уже с неделю досаждала ей, и та ушла. То блуждала от одного места к другому, с затылка к виску, потом к левому глазу, опять к затылку, а тут раз, и пропала. И, разумеется, исчезла и утренняя тошнота. Проснувшись, она где-то с час не могла прийти в себя. Рвать ее не рвало, но она постоянно находилась на грани.

Она прекрасно понимала, о чем могли свидетельствовать эти симптомы, да только с полной уверенностью могла сказать, что свидетельствовать им не о чем. И очень надеялась, что не раздуется, как Джессика, подруга матери, с которой такое случилось не один раз, а дважды. Две ложные беременности, и в обеих случаях женщину раздувало так, будто в животе у нее двойня. А то и тройня. Но, разумеется, у Джессики Бисли прекращались месячные, вот женщина и не сомневалась, что забеременела. Именно по этой причине Сюзанна и знала, что с ней ничего такого не произошло: она продолжала менструировать. Один раз месячные пришли, когда их четверка проснулась на Тропе Луча, в двадцати пяти или тридцати милях от Зеленого дворца. Потом пришли во второй раз. В обоих случая текла она очень сильно, ей пришлось использовать множество тряпок, чтобы утилизировать темный поток, когда как обычно из нее выливалось по чуть-чуть, иногда всего несколько капель, которые ее мать называла «женскими розами». Однако, она не жаловалась, потому что до прибытия в этот мир месячные сопровождались сильными болями, бывало, напоминавшими пытку. А вот на Тропе Луча менструации оба раза прошли совершенно безболезненно. И если бы не тряпки, которые она зарывала в землю то на одной, то на другой стороны дороги, ее самочувствие во время месячных ничем не отличалось от самочувствия в любые другие дни. Возможно, сказывалась чистота воды, которую они пили.