Чтение онлайн

— Дзинь! — ударившись оземь, монета стала на ребро и покатилась вперёд по дороге.

Я завороженно смотрела на неё несколько долгих секунд, прежде чем пошла следом. Переулок окутала невесомая туманная дымка, прячущая силуэты полуразрушенных зданий. Словно боясь выдать тайну, она покрывала всё окружающее, наполняла воздух и мягко устилала путь.

Монетка всё катилась…и катилась…и катилась…

До тех пор, пока не привела меня к приоткрытой, поскрипывающей двери. Лишь сейчас я очнулась от наваждения и с изумлением осмотрелась по сторонам. Я оказалась перед прямо перед входом в заброшенный дом, где жили ичши.

Снова подняв свою «проводницу», вошла внутрь и, миновав нежилые обветшалые комнаты, поднялась наверх. Здесь ничего не изменилось — прогнивший пол, дырявая крыша и островки плесени, в некоторых местах покрывшие стены.

В углу, на соломенном тюфяке сидела старуха, не поднимающая глаз от книги. Чуть поодаль расположилась малышка Шанта, которая играла с самодельной тряпичной куклой. А рядом с ней — смотрящая прямо на меня Рада.

— Пришла всё-таки, — она улыбнулась.

Приблизившись, я протянула ей монетку:

— Она твоя?

Всё с той же улыбкой Рада отрицательно покачала головой.

— Теперь твоя. Когда захочешь нас навестить, с её помощью отыщешь дорогу.

Здесь всё было не таким, как вне стен этого дома. Двусмысленность, скрывающаяся в каждом произнесённом слове, особая энергетика, исходящая от его обитателей. Оказавшись в этом месте, не хотелось говорить лишнего и думать о суете. Нечто расслабленное и мистическое. Простое, но тоже время трудно уловимое…

Я по-прежнему ощущала себя, ступившей за грань реальности.

Достав из сумки гостинцы, подошла к возящейся на полу малышке и положила их перед ней. Шанта покосилась на мишку, а после переключилась на булочки. Она буквально впилась в них горящими жадными глазами.

— С черносмородиновым джемом, — дружелюбно пояснила я. — Угощайся.

Девочка бросила взгляд на старую ичши, как бы спрашивая разрешения. Та молча кивнула, так и не оторвавшись от чтения, и Шанта набросилась на сладости. Она выпачкала пальцы и губы в джем, но совершенно не обратила на это внимания, с упоением наслаждаясь едой.

Рада поманила меня к себе, и когда я приблизилась, спросила:

— Что привело тебя сюда?

— Мне нужен совет. Я попала в трудную ситуацию и не знаю, как поступить. Возможно, ты мне подскажешь?

Ичши хмыкнула и, взяв лежащее рядом яблоко, откусила кусочек. Затем вытерла губы, несколько секунд помолчала и произнесла:

— Всё происходит так, как должно. Но выбор только за тобой. Знаешь, сколько дорожек в жизни? Не счесть. И мы всегда стоим на перепутье, решая, куда свернуть. А сворачивая, выбираем путь, по которому приходим в будущее. Вариантов будущего много, а истинное — что когда-нибудь наступит, всего одно. И каким путём к нему идти, решать тебе.

Это и есть совет?

— Понимай, как хочешь, — словно прочитала мои мысли ичши и загадочно улыбнулась.

В это время Шанта доела угощение и взяла плюшевого мишку. Она принялась изучать его со всех сторон и, судя по всему, игрушка ей понравилась. Наблюдая за ней, я всё больше поражалась тому, как ребёнок вообще может жить в таких условиях. Как вообще они все могут здесь жить.

— Мы уйдём, едва отцветёт сирень, — снова угадала мои мысли Рада. — Ичши кочевой народ. Зима прошла, и больше задерживаться здесь незачем.

Со стороны лестницы донёсся скрип, и в комнату вошёл Джур. За прошедшее время он тоже не изменился. По мимолётному взгляду, брошенному на Раду, стало ясно, что в их отношениях так ничего и не поменялось. На моё присутствие мужчина никак не отреагировал. Он молча подошёл к своему тюфяку, небрежно сбросил сапоги и лёг, отвернувшись лицом к стене.

В помещении раздавался лишь негромкий голосок Шанты, разговаривающей с новой игрушкой. Я вновь присела рядом с ней и ненавязчиво включилась в игру. Девочка была своеобразной и по-своему интересной. Несмотря на некоторую диковатость, в её манерах, речи и поведении в целом сквозило столько обаяния, что не очароваться этим ребёнком было невозможно.

За игрой с ней даже не заметила, как пролетело время. Находиться в этом странном доме было удивительно приятно. Спокойствие — вот, что отличало состояние, царившее в нём. Оно наполняло, убаюкивало и мягко вытесняло волнения. Казалось, все проблемы остались где-то там — далеко-далеко, по ту сторону надёжных стен.

Рада разлила по глиняным тарелкам чечевичную похлёбку и пригласила меня поужинать. Чтобы не обижать, я не отказалась, хотя совершенно не хотела есть. Вкус оказался сильным и специфичным, но довольно приятным. Кажется, в неё добавили тимьян, душистый перец и немного розмарина.

— Многое изменилось, как я погляжу, — зачерпнув похлёбку, произнесла старая ичши. — И в поисках ты сдвинулась с мёртвой точки.

Хотя она смотрела в тарелку, я поняла, что обращается ко мне.

— Вы и сейчас не расскажете, что знаете о брошке? — задавая вопрос, я даже не сомневалась в последующем ответе.

— Не расскажу, — подтвердила ичши. Впервые за всё время на меня посмотрев, она добавила: — А замуж тебе рано.

Последняя фраза заставила вздрогнуть. В очередной раз возникло ощущение, что меня видят насквозь и знают обо всех страхах, скрытых в глубинах души. Спрашивать о том, как ичши узнала о предложении мэра, не стала. Как бы то ни было, главный совет, за которым сюда и пришла, я получила.

Весборту придётся смириться с тем, что не всегда всё происходит так, как он хочет. Завтра турьер услышит ёмкое слово «нет», а дальше будь, что будет.

Несмотря ни на что, мне не верилось, что он может опуститься до осуществления своей угрозы и перевести Эрика в другой приют. Посадить меня за решётку, чтобы добиться согласия — возможно. Но, памятуя о тёплом отношении мэра к детям, сомнительно, что он причинит брату вред.

Как бы ни хотелось задержаться, дольше здесь находиться было нельзя. Я и так пробыла в гостях дольше, чем рассчитывала, и в приюте меня могли хватиться. Жаль, что невозможно решить все проблемы взмахом руки. Сняв небольшой домик, вместе с Эриком туда переехать, вернуть Белый Пион, отыскать родителей и, наконец, зажить спокойно.

Впрочем, именно через трудности познаётся ценность настоящего счастья. А если оно сразу падает в руки, то воспринимается как должное, и ты даже утрачиваешь способность ему радоваться. И дорожки, о которых говорила ичши, не всегда бывают прямыми и ровными. Счастье ещё нужно заслужить.

Попрощавшись с обитателями дома, я вышла на улицу. На этот раз Рада не стала меня провожать, а вот Шанта стояла у окна, неотрывно наблюдая за моим уходом. Стоило помахать ей рукой, как девочка улыбнулась и одними губами прошептала «аихара».