Чтение онлайн

Женщина посмотрела на что-то, что находилось за окном, прямо перед ней. — Уитмен Конуэй?

— Да.

— Он был доставлен в госпиталь вчера вечером, в сопровождении своей супруги. — Медсестра прекратила говорить, но продолжила читать.

Желудок Пен сжался.

Мелани схватила её за руку.

— Диагноз — перелом обоих надколенников…

— Что это значит? — Спросил Боди.

— Сломаны обе коленные чашечки. Также сломано правое плечо, — добавила она, уже не используя медицинских терминов. Она потёрла губы. — Помимо этого, у него тяжелая черепно-мозговая травма. Он был без сознания, когда его доставили сюда.

Рука Мелани дрогнула в ладони Пен.

— Он был помещён в больницу на операцию. Здесь у меня только данные о госпитализации, поэтому Вам лучше обратиться в главную больницу, чтобы получить информацию о его текущем состоянии.

Медсестра дала Боди направление. Он кивнул, а затем спросил: — Известно ли, как он получил эти травмы?

— Он был сбит автомобилем при переходе улицы в Беверли-Хиллз. Автомобиль скрылся с места происшествия.

Боди поблагодарил её, и направился к двери в задней части помещения. Пен и Мелани последовали за ним по коридору.

Сбит автомобилем. Пен подумала о недавнем эпизоде на улице, но в её фантазии Боди не удалось задержать её, и автомобиль сломал ей колени. А головой она влетела в лобовое стекло.

Папа.

Тяжелая травма головы.

Операция.

« По крайней мере, он не умер», — сказала она себе. « По крайней мере, не был мёртв, когда покидал отделение неотложной помощи».

Женщина в ординаторской была бы в курсе, если бы он скончался? Хотя, может и нет. Или, возможно, она знала, но предпочла, чтобы кто-то другой сообщил им эту новость.

Они вышли из коридора в вестибюль. Двойные стеклянные двери открывали вид на Пико. За информационным столом сидела женщина.

— Я постараюсь узнать, что происходит, — сказал Боди. — Присядьте пока.

Пен кивнула. Она отвела Мелани к дивану у стены, и они сели.

Боди переговорил с женщиной за столом. Она сделала телефонный звонок, что-то ему сказала, и он вернулся, присев рядом с Мелани. — Сейчас выйдет доктор и поговорит с нами.

Они ждали.

Пен вытерла о штаны вспотевшие ладони.

Мне очень жаль, мы сделали всё, что было в наших силах.

Из двери в холл вышел мужчина, и направился прямиком к ним. Он не был стар, как предполагала Пен. Молодой, на вид не более тридцати, статный, энергичный. На нём были белые теннисные туфли, серые брюки и белый расстёгнутый пиджак, под которым виднелась клетчатая рубашка и зелёный ослабленный галстук. В руках доктор держал медицинскую карточку.

Пен попыталась прочитать выражение его лица, но оно было по-деловому бесстрастным, и не выражало ничего.

Боди уже стоял.

Пен также заставила себя подняться. Мелани, поколебавшись, сделала то же самое.

— Я доктор Грей, — представился врач и обменялся рукопожатием с Боди. — Нейрохирург, который оперировал мистера Конуэя. — У него был приятный голос и привлекательная улыбка.

— Как он? — спросила Мелани сдавленным шёпотом.

— Состояние вашего отца стабильно.

Эти слова рассеяли туман в голове Пен.

С папой всё в порядке.

На глаза наворачивались слёзы. Всё в порядке, Боже мой, он не умер, он жив. — Мы можем его увидеть? — спросила она всхлипывая. « Я рыдаю. Но это уже не важно».

— Конечно. Но сначала нам необходимо поговорить. Пройдёмте, пожалуйста.

Поговорить.

Значит, не всё в порядке.

Доктор Грей проводил их в офис. Они расселись на мягких стульях, а он присел на край стола, лицом к ним.

— Ваш отец перенёс то, что мы называем субдуральная гематома. Последствия аварии привели к разрыву кровеносных сосудов в черепе. Мы прооперировали его ночью, непосредственно после госпитализации, чтобы вскрыть черепную коробку и ослабить давление от накопленной крови, а так же остановить кровотечение. Операция прошла успешно. Тем не менее, ваш отец перенёс некоторые повреждения мозга, которые были почти неизбежны, учитывая внезапность травмы. — Нахмурив брови, доктор Грей потёр щеку, будто проверяя бакенбарды. — Я видел пациентов в худшем состоянии, чем ваш отец достигавших полного выздоровления. Видел и других, не столь удачливых. Но ваш отец находится в хорошей физической форме для человека его возраста, так что мы можем быть умеренно оптимистичным. Однако, в настоящее время он находится в коме.

— В коме? — Переспросил Боди.

— Он не приходил в сознание с момента несчастного случая, однако на данный момент непосредственной опасности нет. Его жизнь, и состояние находятся под постоянным контролем. Он подаёт хорошие признаки жизнеспособности.

— Как вы думаете, когда он из неё выберется? — Допытывался Боди. — Нельзя точно ответить. Может сегодня, а может на следующей неделе…

— Или никогда, — заключила Мелани.

— Существует и такая вероятность. Но мы делаем для него всё от нас зависящее.

Боди стоял у изголовья кровати. Мелани рядом с ним, глядела на отца, а Пен взяла папу за руку.

Простыня покрывала грудь пациента. В ноздри и руки были вставлены трубки. Верхняя часть головы перебинтована.

ЭКГ-монитор показывал зелёную зубчатую линию и регулярно издавал звуки, как показывают по телевизору. Боди знал о них только из увиденного по ящику. Дыхательный аппарат издавал шипящий звук, когда качал воздух в легкие. Боди где-то, слышал термин «птица респиратор». Он предположил, что их назвали так из-за шума.

Все это очень «интересно».

Но ему не терпелось, убраться оттуда к чёртовой матери.

Доктор говорил с оптимизмом, как будто кома — сущая чепуха, но старик с завязанными глазами и торчащими со всех сторон трубками, казался экспериментом Виктора Франкенштейна в неудачный день.

— Папа, это Пенни. Врач говорит, что в ближайшее время ты поправишься. Мелани тоже здесь.

— Привет, папа, — сказала Мелани.

— Ты поправишься, — повторила Пен.