Чтение онлайн

Оказался не в материале. Нужно будет изучать, про кессонную болезнь, про разрешенные скорости погружения и подъема. Список для изучения у меня длинный, и как бы я не старался его сократить — но, в очередной раз вселенная показала, что у нее всегда найдутся для меня сюрпризы.

Я умер в мире Червя. На этот раз окончательно. Оставил наезднику шанс, может быть, ему повезет больше, чем мне. Прыгнуть за мной? Я не знаю, сильно сомневаюсь, по тому, как он волновался, что он умеет прыгать при смерти носителя в мире. Видимо, у него есть свои ограничения. Или эти ограничения есть у всех, может быть, после смерти мы уже не вполне шагаем между мирами, а происходит нечто более сложное.

И куда мне теперь? Я, почти наверняка, знал, что до поверхности я не доберусь. Да и что-то мне подсказывало, что на поверхности может оказаться и не лучше. Но пока я был в сознании, я мог представить, в какой мир я хочу. Наверное, я бы сказал, что правильней всего бы сейчас было попасть в мир лишайников и мхов, мир, девственный от природы, тот мир, где рыбы еще даже не вышли на сушу.

Но что-то мне подсказывало, что мой разум воспротивится. Слишком много там моря, и, оставив захлебнувшееся тело здесь, мое сознание будет старательно отводить меня подальше от воды, как бы бесполезна ни была эта осторожность.

Было еще кое-что. После такой теплой встречи со своим соплеменником, хотелось передохнуть. Скорее, мне нужен мир, где никто и слыхом не слыхивал ни про шагающих, ни про прыгунов. Как их не назови, суть не меняется. Хотелось чуть-чуть спокойствия и передышки. И особенно, где не было никаких охотников.

Где нет охотников? Там, где нет дичи. Маленькие, никому не нужные миры, бедные добычей.

Я бы сказал — Обитель подходит. Но у меня не было уверенности, что кто-то до сих пор не следует за мной. Когда за несколько последних прыжков тебя пытаются отследить уже дважды, сначала призрак, потом твой же соплеменник, неволей задумаешься. Святыня шагающих — последнее место, куда бы я хотел привести хвост.

Не существует гарантированного способа определить наилучший путь, самый лучший маршрут. Я просто никогда не узнаю, что мой путь был наилучшим. Всегда найдется какая-то другая тропинка, на один шаг короче, на одну минуту быстрее. Или виды на туристической тропе окажутся более притягательными.

Наверняка она где-то есть, эта наилучшая закономерность. Но также наверняка и то, что у меня нет способа ее определить.

Давление воды на меня медленно, едва заметно ослабевало, но грудь жгло все сильнее. Я держался уже на голой воле, сам по себе организм давно бы сдался и вдохнул наконец эту живительную воду.

Тихий загибающийся мир одиноких лордов подходил.

Но я выбрал мир холмов, монстров и туманов. Даже не потому, что он более спокойный — конечно нет. Но он подходил тоже, в моем маленьком мирке на моем Холме — о шагающих и слыхом не слыхивали.

А кроме того, нужно подчистить хвосты.

Я даже не уверен до конца, что в мире моей королевы я до сих пор жив.

Пора бы уже это выяснить.

Грудь сдавило так, что я даже не сразу понял, что уже не в воде. И не задыхаюсь, хотя желание сделать вдох было сильно — и теперь шло уже не от тела, а от разума, который все еще пытался бороться с хлынувшей в легкие водой прошлого мира.

А там она хлынула, и я вполне прочувствовал, что это такое — тонуть. Впрочем, я даже не уверен, что утонул и захлебнулся. Возможно, еще до этого я отравился и умер. Как только вода попала в рот, я сразу понял, что это не обычная морская водичка, а что-то сильно, сильно более мерзкое.

Наверное, это и хорошо, потому что у меня будет меньше сожалений, что я не выжил еще в одном мире. Шансов выжить, судя по всему, там у меня не существовало.

Я встряхнулся, и понял, что по-прежнему лежу именно там, где и покинул этот мир — в крохотном закутке подземного лаза, у камня, который Слепой в прошлый раз долго обкапывал, чтобы мы пробрались дальше.

Просто место, на котором меня все это время не было, подзавалило землей, и мое возникшее из условного ниоткуда тело сейчас боролось за пространство вокруг. Ничего страшного, хотя кому я вру, на самом деле это страшно.

Особенно, если ты только что захлебнулся, умер от недостатка воздуха, какой-то странной жидкости в легких и возможно, одновременно, от отравления. На предыдущем полустанке похоже, причины смерти боролись между собой за первенство.

Я лежал свернувшись калачиком, поэтому напрягся, напружинил мышцы и раздвинул осыпавшуюся землю вокруг. Стало немного легче. Стараясь, чтобы рот не забило теперь еще и землей, я выдохнул. А потом вдохнул.

Заодно проверил теорию, что я могу перетащить с собой из одного мира в другой. Выдохнул я не водой, никаких признаков. Дышалось тяжело, за время моей спячки в этом мире тут оставалось не так уж и много пригодного для дыхания воздуха. Воздух был спертым, но я дышал — и уже хорошо. Мое одежда и оружие лежали подо мной.

Надо было выбираться. Я, не раздумывая, полез наверх. Искать останки моего отряда, искать тело Слепого бессмысленно, я уверен. Монстры тумана поглотили их всех давным-давно. И до меня бы добрались, если бы мое тело не спрятали в этой щели.

Уно, Дуэ, Слепой. Все они поглощены туманом. И возвращаться теперь придется одному.

Но главное было не в этом. Главное, как всегда, было узнать, какой сейчас сезон.

Валун был на месте. Дуб — тоже. Следов Уно не оставалось, никаких. Ни оружия, ни скелета, ничего. Туман забирает все без остатка. То, что он все же не забирает, потом неторопливо подбирает время.

Я вылез, и присел на валун. Хорошо, что был день, и хорошо, что валун зарос мхом. Сидеть было удобно, солнце грело не сильно, к тому же я оказался в тени того самого дуба, под корнями которого мы и нашли лаз вниз, к опорам моста.

Задание королевы, ее поручение, мы выполнили. Все мы. Ценой собственной жизни. По большому счету, я же тоже умер там, в этом лазе, почти умер. Просто не окончательной смертью. Если бы не моя мошенническая возможность сбежать из мира на время, то туман забрал бы и меня.

Шагающий — наездник, который отправил меня в очередное путешествие… я уже во многом жалел, что не позволил ему следовать за мной. Хотя бы что-нибудь узнал. Но он практически не оставил мне выбора, действуя слишком быстро, не позволяя мне ничего обдумать. Не спрашивая разрешения. Ничем не отличаясь от охотников, от которых хотел убежать.

Не дал мне времени на раздумья и шанса осмыслить ситуацию.

Что же — теперь Великий Червь ведет его своей тропой. Может быть, он дойдет до конца этой тропы, раз не сумел дойти я.