Чтение онлайн

Жрец Нет, ты маня не поняла…

Геро

Тем лучше; Что непонятно, то и нежеланно. Уж какова я, пусть такой и буду.

Жрец

Однако время склонности меняет.

Геро

Вот говорят, что тот, кто неразумен, Всегда стоит упрямо на своем! Так почему считать людей разумных Глупей и переменчивей глупцов? Мое желанье ясно, выбор сделан, — Верней, мне не пришлось и выбирать: Я случаем приведена счастливым Сюда, и, словно утомленный путник, Который, летним вечером придя К морскому берегу, ступает в воду И, окруженный ласковой стихией, Бездумно ей свое доверив тело, Себя уж от нее не отличает, — Я растворяюсь радостно во всем, Что вкруг меня, и все душой объемлю. Лишь здесь я детские стряхнула сны, Державшие мой ум в оцепененье; Здесь, созерцая светлый лик богини, Свое я осознала бытие, И мне открылись в жизни смысл и цель. А кто же, гавани с трудом достигнув, Вновь пустится в клокочущее море? Колонны эти, статуи богов Со мной в единстве нераздельном слиты. Я обвилась вокруг них, словно плющ, Без них я тоже стану мертвым камнем.

Жрец

Однако, так свой ограничив дух, Рискуешь ты прослыть себялюбивой. Любить покой присуще человеку. Но жизнь того, кто порывает с миром

И черпает из самого себя Все содержанье духа своего, Законам естества противоречит И представляется суду людей Чудовищно нелепой, извращенной, Но также и убогой, тусклой, серой. Ты знаешь, род наш исстари отмечен Высоким правом прорицать судьбу И знамения свыше толковать. Рекли устами многих наших предков Повелевающие миром боги. Уж я не раз советовал тебе: Воспользуйся исконным нашим правом Себе во славу и на благо людям; Приди, когда сгустится ночи мрак, В святилище и, слух насторожив, Потусторонним голосам внимай.

Геро

По-разному нас одаряет небо. Мне боги не судили быть вещуньей. К тому ж для дела — день, а ночь для сна Отведены; нет счастья мне без солнца!

Жрец

Особенно сегодня было б нужно… Геро

Сегодня поднялась я до рассвета И в храм пошла; и долго там сидела Я пред моей богиней, но молчали Божественные голоса; тогда Я принялась плести венки для статуй, И радость испытала…

Жрец

А о чем

Ты думала при этом?

Геро

О венках.

Жрец

И только?

Геро

Да.

Жрец

Родителей своих Не вспоминала?

Геро Нет, ведь и они Не помнят обо мне.

Жрец

Несправедливо Ты говоришь о них.;

Геро

Нет, я права. Поверь мне, я была для них обузой, И в доме вечно были нелады. Отец меня без повода бранил, А мать терпела все, пред ним робея. Мой старший брат — единственный из смертных, Кого я поминаю не добром, — Избрал меня предметом для насмешек Лишь потому, что я его слабей! Но я сносила стойко все обиды.

Жрец Ты зла на мать и на отца?

Геро

Нисколько! Я их забыла, чтобы полюбить. К тому же здесь, в общении с богиней, Я изменилась к лучшему.

Жрец

А если б

Они пришли сюда?

Геро

Сюда? Зачем? Жрец Чтоб взять тебя домой.

Геро

Я не пошла бы. Жрец

А если б мать с собою привела Для дочки жениха?

Геро (собравшись уходить)

Ты шутишь, верно. Жрец

Постой! Не все тут шутка: вправду здесь Родители твои.

Геро

Как? Здесь? Давно ли? Жрец

Уж с вечера.

Геро И ты мне не сказал!

Жрец

Они не захотели нарушать Спокойствие и благость этой ночи, Преддверья новой жизни для тебя. Но ты сильна, и встреча не опасна. Гляди, кто там идет нетвердым шагом, Одышкой мучим.

Геро Это мой отец!

Жрец

Да, он.

Геро

Ужель отец так одряхлел? Жрец

С ним рядом женщина…

Геро

Ах, это мама!

Жрец

Ты побледнела, Геро. Отчего Ты не спешишь к ним?

Геро

Дай мне в них вглядеться. Я долго их обоих не видала.

Входят родители Геро. Отец

Дитя мое!

Геро (подбегая к матери) О матушка родная!

Отец

Мы совершили, Геро, долгий путь От дома — ах, дыханья не хватает! — Чтоб разделить с тобою торжество Вступленья твоего в высокий сан По освященному веками праву, Которое к нам вызывает зависть, Равно как и та власть, что с давних пор Принадлежит мне средь моих сограждан. Они… Ох, душит кашель, — так о чем я? Да, вот затем мы и пришли сюда. Привет тебе, мой брат!

Геро

Моя родная!

Отец

Да, и она, хоть уж слаба здоровьем,

Не пожелала оставаться дома:

Ей захотелось поглядеть самой

На дочь свою в величии и славе.

И кто ж настолько может быть бесчувствен,

Чтоб не порадоваться всей душою

Такому счастью своего дитяти?

Нет места тут сомнениям и страхам!

И вот, как видишь, радуется мать.

Геро Она молчит, однако.

Отец

Да? Вот чудо! Ведь целый день без умолку трещит, А тут ни слова. Впрочем, что за горе? Кто дельного сказать не может, тот Пусть лучше будет нем… Как, братец? Верно

Геро

Не повелишь ли брату помолчать. Любезный дядя? Я хочу услышать. Что скажет мать.

Жрец

Оставь ее, мой брат. Отец

Ну что ж! Пусть говорит! Но.

Геро

Нет, не надо Подсказывать ей. Что идет от сердца, То пусть и скажет.

Мать О мое дитя!

Геро

Ах, наконец она заговорила! О сладостные звуки, сколько лет Я не слыхала их!

Жрец

(отходит в глубину сцены, зовет служителя) Эй, раб, сюда!

Отец

Ну вот, она уж плачет? Что такое? Брат, где ты там? (Тоже отходит в глубину сцены, видит стоящего там храмового стража и кладет ему руку на плечо.)

А, здравствуй, милый друг! Случилось что-то?

Жрец Голубь тут в кустах; Он, верно, свил гнездо неподалеку. Такому быть не должно. Раб, скорей Найди гнездо и птицу извлеки.

Отец

Но почему?

Жрец Таков у нас порядок. Отец

Старуха-то…

Жрец Оставь ее!

Отец

Толкуют

Мать с дочерью.

Жрец Оставь!

Геро

Сстоя вместе с матерью на переднем плане, справа)

Не надо слез! Ты лучше чувства мне свои поведай И мысли; я послушаюсь тебя. Уж я не та строптивая девчонка, Какой меня ты помнишь: стала мягче Я здесь, в святилище моей богини, Спокойней, рассудительней.

Мать

Ох, Геро!

Геро

Что, матушка?

Мать Они сюда глядят.

Геро

Да? Ну так что ж? От века в нашем храме За женщиною признают права И не наносят страждущим обид. Ну, хочешь, заслоню тебя от взоров? Скажи лишь, верно ль угадала я, Что ты иного мненья, чем отец: Убежище, где мне дано вкушать Покой, от бурь и вихрей огражденный, Тебе не по сердцу; твоя бы воля — Ты увела бы дочь свою отсюда, Чтоб возвратить ее в постылый круг Забот и дрязг домашних. Это правда? О если б нет!