Вольный Флот
Шрифт:
– О… Вы, не особо компанейский человек, как я понял? Хотя, когда мы в тот раз говорили об искусстве…
– Что?
– Мне показалось, что вы начали раскрываться… – Марио подсел к Лиссе на диван, – И, должен заметить, вы очень хладнокровно держались, когда началась стрельба. Просто задернули шторку и продолжили читать книгу.
– Просто это у меня такой вид паники – одни начинают кричать и метаться, а я продолжаю делать то что делала, в наивной надежде, что пока ведешь себя как обычно, то все остаётся как есть.
– И тем не менее… К примеру, Обмылок вообще забился куда-то и ещё часа три потом не могли его найти.
– Нормальная человеческая реакция на опасность… – пожала плечами Лисса, – Когда попадаешь в такие ситуации, то быстро понимаешь, что читать о приключениях куда приятнее, чем в них участвовать.
– Ну не скажите… К примеру я видел, как вёл себя… – Марио быстро оглянулся по сторонам, – Как вёл себя сеньор Капитан. О мамма-миа – это было нечто! Противник идёт к нам в лоб, стреляя из пушки. Один снаряд пробивает остекление прямо рядом с ним и пролетает буквально в считанных сантиметрах. Он ухмыляется – «Холодно».
Потом второй снаряд разрывается на переплете и сшибает с него фуражку. Он ловит её на лету, надевает обратно и говорит – «Теплее…»…
И спустя несколько секунд осколочно – фугасный бьет прямо по центру. Мне рассекает лицо, сеньор Капитан закрывается рукой – ему её сечет осколками. Все в крови, я в шоке смотрю на него, а он срывает ошметки рукава, перевязывается ими и абсолютно спокойно: «Горячо…». Потом высовывается и орет на корму: «Парни – причешите этих содомитов: они мне, походу, руку должны.»…
– Да уж… – Лисса криво усмехнулась, – Вот почему я предпочитаю жизнь где самая большая опасность – это получить по голове выпавшим с полки томом Бройта.
– У вас дома лев… – напомнил Марио.
– И я живу на островах где пираты, бандиты и дикари – да-да…
– Вы иронизируете, но это действительно впечатляет! Я бы вот ещё несколько лет назад и помыслить не мог о том, чтобы отправится куда-то дальше Лумолы.
– То есть, по вашему, когда я говорю, что мне не нравятся потрясения, я вру? И в первую очередь – сама себе?
– Я думаю – вы просто чрезвычайно скромны… – дипломатично выкрутился Марио.
Лисса сняла очки, и покусывая дужку, некоторое время размышляла. Потом, кивнув в знак согласия с собственными мыслями, надела их обратно и пристально посмотрела на Марио.
– Вы мне, пожалуй, даже нравитесь. Хотите перейти на «ты»?
– О! Я был бы очень рад этому, синьорина…
– В таком случае – приглашаю к себе. Посидим, обсудим тет-а-тет позднеимперские барельефы из Сатароги… Что скажешь?
– Всенепременно! Не прямо сейчас, разумеется, после вахты.
– Разумеется после вахты…
– О! В таком случае встретимся вечером! А сейчас тысяча извинений – мне пора…
Марио, подскочив, умчался. Лисса задумчиво посмотрела ему вслед и сладко потянувшись, вернулась к чтению.
…
Ур внимательно наблюдал за тем как Сыч, умостившись на клотике, вертел головой во все стороны, изредка прерываясь на то, чтобы вернуть на место соскальзывающую лапку. В нескольких кабельтовых от «Интернационала» вынырнул левиафан. Увидев его, птица буквально рухнула с мачты, раскрыв крылья над самой палубой, издала громкий противный вопль и не прекращая орать, побежала прятаться.
Высунувшийся на эти звуки Капитан, который на мостике «дрессировал» Бьернсона, вопросительно посмотрел на Зампобоя.
– Левиафана углядел…
– И это повод так блажить?
– Ну – когда по нам палить стали, страху он натерпелся изрядно. Так что теперь на все, что похоже на корабль реагирует вот так.
– Мда… Птица не певчая… – из радиорубки, ковыряя в ухе показался Старпом, – Но, похоже, идея использовать его в качестве средства морской разведки начинает обретать свои очертания.
– Я всегда говорил что страх, голод и недостаток сна – главные педагогические инструменты, – Ур довольно оскалился, – Смотрите, как все вышло – быстро и почти само собой! Надо только слегка подшлифовать…
Левиафан, подняв хвост на высоту топмачты корабля, погрузился в пучину. Выбравшиеся из машинного и успевшие застать эту величественную картину, Михай с Багиром восхищено выдохнули, огляделись и покопавшись возле кнехта с хитрым видом подошли к Уру.
– Пан Замистник з Бойовой Пидготовки… Памьятаете ви жалилися, що у вас специальних заслиплюючих гранат мало?
– И што нэгдэ взят?
– Да… – Ур с подозрением покосился на парочку, – И чё?
– Мы сдэлали!
– Так. Сумили пивторити склад и конструкцию. Тильки не совсим до кинця. Ви б подивилися, як вона. Як треба работае, або переделати що? У нас поки тильки з електро запалом екземпляр, але зробимо якой треба.
– Серьёзно? Где?
– Отам…
Ур посмотрел в указанном Михаем направлении. Мощная вспышка и оглушительный хлопок заставили его с воем закружиться на месте. Механики успели зажмуриться, но их тоже изрядно контузило, так что некоторое время все трое как неваляшки раскачивались, шаря руками в поисках о что бы опереться.
– НУ КАК!!! ВСЭ КАК НАДА?!! – проорал Багир, когда его немного отпустило.
– Отлично… – опершись о надстройку, Ур помотал башкой, – Сейчас проморгаюсь и пизда вам обоим…
– Бижимо в майстерню… – скомандовал Михай, – У мене там ще слезогонка готова…
Оба механика рванули в машинное, преследуемые по пятам петляющим зигзагами и втыкающимся в препятствия Уром.
– Блять… Вот не долбоебы, а? – поинтересовался Капитан у довольного Старпома.
– Зато не пьют…
– Лучше б уж пили…
– Кстати об этом… – Старпом притворно задумался.
В машинном громко хлопнуло. Через несколько секунд, чихая и рыдая, оттуда вылетели Кара, Ур и Багир в обнимку с Михаем. Следом за ним бежал Механик с огромным ключом, по саргашски перечисляя все акты содомии, инцеста и скотоложества, которые привели к появлению на свет таких сказочных идиотов…
…
Доктор закапал Уру в глаза капли и приказал интенсивно моргать. Сидевшие рядом механики прижимали к набитым Амязом шишкам тампоны с свинцовой примочкой и довольно скалились. Вошедший Капитан остановился на пороге, окинул собравшихся хмурым взглядом и протянул Доктору свою ручищу.