Чтение онлайн

Лисса кашлянула делая Каре знак говорить медленнее.

– Амяс. Он расскасывал. Што Старпом-аза. Чудгаре.

Такое произношение давалось Каре с трудом. Так же ей трудно было сидеть на месте, поэтому она сновала по каюте пока не нашла вылезший из паза уплотнитель на двери и найдя себе, наконец, занятие принялась заправлять его обратно.

– А если чудгаре. Он совсем просто. Найдет.

– Хорошо-бы, а то я без него скучаю.

– Не перешивай. Все хорошо будет.

– Да я знаю. Просто хочется чтобы поскорее. – Барабашка вздохнула, – А как вы с Амязом?

– Тоше хорошо.

– А почему в разных каютах живете?

– Просто… – Кара густо покраснела.

– Ой! Я не знала что это неприлично спрашивать. Просто у нас если люди друг другу нравятся, то они начинают вместе жить.

– У саргашей большие семьи под одной крышей. Поэтому дом делят на мужскую и женскую половины, – не упустила возможности блеснуть эрудицией Лисса, – Мне это видится разумно – если жить всем вперемешку, то это будет кошмар. А так и те и другие могут спокойно заниматься своими делами и общаться безо всякой неловкости.

– Поняла! У них там общий дом, но каждый живёт на своей половинке потому что они так привыкли!

– А пачиму саргаши денех баятся? – поинтересовалась Чума.

– Не боимся, – отрицательно замотала головой Кара, – Просто не берем. Они лшивые.

– Пачиму?

– Инструмент – снаем зашем. Одешда – снаем зашем. А зашем денги – не снали. Люди пришли – дали денег. Апотомсказалиштомысвойсесмляпродали…

Кара снова начала тараторить и Лиссе опять пришлось её притормозить.

– Исвини… Они скасали. Што рас мы всяли. То наша семля – их. Мы хотели отдать. Деньги. Насад. Но они скасали што. Она дороше…

– Проще говоря, – Лисса мрачно ухмыльнулась, – Их в своё время обманули и выгнали с земли где они жили. К чести сказать – крови у захватчиков саргаши попили изрядно. Они не такие безобидные как кажутся.

– Ясс. Так и было. Тепер денги – нет. Не надо.

– Пичаль… – мотнула головой Чума, – А кагда ты сказала пра крофь… Это што?

– Я не имела в виду что они её пили в буквальном смысле, разумеется.

– А! А то йа напряглась. Ну там у нас расскасыфали пра всякае. А пра каго ище што знаишь?

– Что значит «пра каго»?

– Ну пра киттаф например?

– Сделаем проще…

Лисса подошла к шкафу и достала с полки книгу вручив её Чуме.

– Это не про пиратов но тоже интересно. Будут трудные слова – спрашивай.

Чума, кивнув, погрузилась в чтение периодически оглашая каюту возгласами: «Ахринеть!».

…

Деликатно постучав, заглянул Доктор предупредить что Капитан отдыхает и шуметь не желательно, а заодно проверить не подбила ли его племянница остальных на какую нибудь пошлость. Убедившись что все в порядке он удовлетворенно кивнул и пошёл наверх.

Там Джеминг с дядей Ши, усевшись, чинно беседовали. Ксу с почтением подливал им в маленькие чашечки свежий чай. Капитан, в благодарность за помощь, отменил запрет на нахождение возле орудия, так что все трое расположились прямо на носу наслаждаясь свежим соленым ветром.

Брава с Слободаном помогали Амязу и Багиру латать палубу на корме. Чума, дорвавшись до пулемёта, наделала в ней дыр, и теперь Слободан строгал чопики под нужный размер, Багир забивал, Амяз состругивал их заподлицо, а Брава закрашивал. Сверху за ними наблюдали китты. Ур недовольно чесал повязку на поврежденных ребрах, а Калибр бил его по рукам.

Полюбовавшись на все это Доктор поднялся на крышу надстройки и принялся доставать ленты из приборных самописцев. Раньше было не до этого, но сейчас выдалась свободная минутка так что вооружившись карандашом он принялся отмечать участки соответствующие времени появления и исчезновения необычного корабля. И чем дальше, тем шире на его лице расплывалась торжествующая улыбка.

…

Семен Николаевич ещё раз умылся и, подавив ровотный позыв, посмотрелся в зеркало. Его и умывальник тут поставили неспроста. Майор деликатно отвернулся чтобы не смотреть на старшего по званию в таком состоянии. Лейтенант, устроивший ему такое, не догадался, и просто смущённо улыбался.

– Извините… Я не специально… Просто мягче не могу.

– Понимаю. Специфика твоя… – повесив полотенце на место Семен Николаевич отдышался, – Наверняка Матренин специально тебя сюда поставил чтобы всякие, вроде меня, лишний раз подумали, прежде чем его от работы отвлекать…

Лейтенант снова смущённо улыбнулся.

– Это ничего… Был у нас, как то, один… Способности – высший уровень, но жесткий настолько, что зубы крошатся. Куда его бедолагу такого девать? Даже на твоё место не поставишь. Все-таки входить и выходить отсюда иногда надо. А его, больше раза, никто не выдерживал. Так мы нашли выход! Обернули, так сказать, недостаток в пользу! В группу захвата его определили. Там способность человека в бараний рог скрутить только приветствуется. Вот так-то брат! Так что главное уметь что-то полезное, а уж без работы по профилю не оставим. Пастухова уже доставили?

– Так точно!

– Хорошо. Матренин у себя?

– Да. Уже работает. Сказал что ждёт вас.

– Ну хорошо. Пошли – посмотрим, что там с Никифором.

Матренин оказался именно таким как Майор себе и представлял. Невысокий, с блестящей лысиной, седыми усами и бородкой клинышком, он походил на доброго ветеринара из детской книжки. Вязаная жилетка выглядывающая из под белого халата только дополняла сходство.

Склонившись над лежащим на кушетке Пастуховым, он копался в скрывающем его голову сферическом шлеме покрытом множеством клемм. Рядом стояла худенькая девочка лет двенадцати с молочно белой кожей. Её волосы и брови были неестественного ультрамаринового цвета, а глаза отливали такой бездонной синевой, что пугали.

Увидев вошедших она повернулась к ним и, неуклюже отдав воинское приветствие, представилась.

– Младший специалист Лескова Яна Павловна, код “Сирин”.

– Харченко Семен Николаевич. Госбезопасность. А это майор Коваль. Много о вас слышал. Рад наконец познакомится. Как Пастухов?

– Лучше чем мог бы быть, – Матренин отошёл от кушетки и поздоровался, – Он пока в “Изоляторе”, но мы уже кое что нашли. Пойдёмте – покажу.

Матренин подвёл всех к висящей на стене доске в которой Майор, одно время увлекавшийся фотографией, с удивлением опознал огромных размеров фотопластину. Только изображение на ней состояло из огромного количества точек и тонких мазков, некоторые из которых были обведены мелом.

– Вот… Видите?

– Сан Саныч? – добродушно укорил Матренина Семен Николаевич, – Ну вы прям нам льстите. Видеть-то мы видим, понять нашего ума не хватает. Вы уж нам, дуракам, растолкуйте поподробнее.

– Простите – варюсь в своей среде. Привычка… – нацепив пенсне Матренин взял указку, – Вот это вот – Пастухов. Точнее его личность. Довольно примечательная, должен сказать, особенно учитывая его должность. Но вот это? Это-то у нас что?

– Что?

– А это, батенька, тоже личность!