Чтение онлайн

— Да, это моя цель.

— Тогда моя цель, сделать тебя таким. Слушайся меня, Настю, отца и Бориса. Вчетвером мы сделаем из тебя великого мага и достойного главу клана. Только не зазнавайся. Побежали дальше.

— Я думал что...

— Нет, это только начало, — прижав ушки ехидно скалится лиса.

****

Едва живой, лежу на полке в бане. Настя рядом, гладит мои волосы и ворчит на Алису. Варя сидит на мне и массирует спину. Маргарита... Ну, а как же без неё? Всячески пытается привлечь моё внимание.

Все трое обнажённые. И я вот сейчас, я бы с радостью поддался искушению. Но к сожалению не могу. Алиса загоняла так, что кроме как лежать и тихо постанывать я ничено больше не могу. Но да, общество троих красоток, мне приятно. Да и Маргарита нормально так кривляется.

— Ой, мыло уронила, — отходя вздыхает Марго. Наклоняется, оглядывается...

— Оно не здесь, — закрыв мои глаза рукой вздыхает Настя. — Ваще святейшество, а вы не слишком вульгарно себя ведёте.

— Я, дочь моя, веду себя так, как положено одинокой, никем не любимой женщине нашедшей себе мужчину. Или вы завидуете?

— Чему? — натирая мою спину спрашивает Варя.

— Тому что я не стесняюсь продемонстрировать себя своему жениху, — уперев руки в бока улыбается Марго. — И Слава тоже. Когда мы в молельне вальтом лежали, он меня в бедро поцеловал. Вот сюда!

— Так вот чем вы в молельне занимаетесь, — ворчит Настя и дёргает меня за ухо. — Слава! Меня ты значит не целуешь. А Маргариту... Как ты это объяснишь?

— Никак он тебе это не объяснит, — подходит к нам Марго. — И ты не спрашивай. Вот если с кем-то посторонним, тогда да. Тогда я сама спрошу. А со мной, с без пяти минут женой, ему можно. Варя, дыру в спине протрёшь, переверни его уже.

— Ага... Сейчас.

— Не надо, — вцепляясь в полок мотаю головой. — Я... Как бы это сказать? Я слишком рад вас видеть. Поэтому у меня...

— Конский стояк? — улыбается Маргарита. — А чего стесняешься? Ты давай, переворачивайся, мы поможем. Ну...

— Слава, — шепчет мне в ухо Варя. — Лучше тебе самому перевернуться.

— Эм...

— Переворачивайся! — кричат все трое.

Кричат, собираются уже сами... Но тут вдруг успокаиваются и как будто ничего не было начинают что-то обсуждать. В парилке появляется Смерть. Подмигнув мне скидывает балахон, стягивает купальник и садится в стороне на скамейку.

— Ты меня спасла, — мысленно обращаюсь к ней.

— Это не надолго. Желания всё равно переселят. Это всего лишь вопрос времени. Они возьмут тебя в любом случае.

— Так мне ведь рано? Четырнадцать...

— Из-за ускоренного развития и быстрого взросления, можешь смело прибавлять к своим четырнадцати ещё четыре. Просто это пока незаметно. Ты очень худенький, вот тебе и кажется что слишком молодой. В конце концов посмотри на своего брата. Демьяну тринадцать, а выглядит на все двадцать. Про Мирославу вообще молчу. Старше на год, а с виду все двадцать.

— Плюс четыре? Тогда Варе не двадцать семь, а тридцать один?

— Варе не двадцать семь, а меньше, — вздыхает Смерть. — По достижении двадцати лет, процессы старения в организме почти полностью останавливаются. Как и взросления. Варе твоей, биологически и психологически, всего двадцать. Ты же это знаешь. Почему ты так заморачиваешься?

— Если бы я знал.

— Со мной также стесняться будешь? — встав и покачивая бёдрами идёт ко мне Смерть.

Немного не дойдя останавливается, крутится на месте. Поворачивается спиной...

Да, вот кто по-настоящему красивая. Такая женщина... Грудь как у Насти, только более правильной формы. Фигура — песочные часы.

— О, я вижу ты в восторге, — кивает Смерть. — Ну так чего сидишь? Бери их.

— Я немного подожду.

— Твоё право, но по секрету скажу. Елении твоё поведение не нравится. Если к вам придёт она... Ты считаешь себя ненасытным? Можешь начинать.

— А без этого...

— Без этого никак, — вздыхает Смерть. — Конечно, меня коробит от того что к тебе прикасаются другие женщины. Меня злит то, что ты взял за руку не меня, а нас двоих. Но из-за того что ты сделал так, Еления имеет на тебя столько же прав, сколько и я. Однако даже этих прав вполне достаточно чтобы заставить тебя.

— Подождать...

— Любовь надо подпитывать, — взмахом руки создавая на себе купальник, а потом и балахон улыбается Смерть. — Костёр без дров не горит. Тебя любят, чисто и искренне, но одними объятиями и поцелуями здесь не обойдёшься. Будь ты таким как раньше... Но ты же теперь другой. Играй по новым правилам.

— То есть ты хочешь сказать что они могут остыть...

— Я хочу сказать, Слава, что тебе надо думать. И то что если назвался груздем, лезь в кузовок. Я вижу только смерть, знаю когда прийти за тобой, за ними, за всеми. Любовь и то чем обернётся твоё бездействие, для меня тайна. Но как женщина... Не тупи, Слава. Не надо. Потом больно будет. Мы склонны додумывать происходящее, придумывать причины и обиды. Хрупкий баланс, сила не позволяющая этим троим сорваться — любовь к тебе. А любовь, без подпитки, имеет свойства проходить. Она не вечна, особенно у людей, особенно безответная. Не забывай, тебя не томно вздыхающие дувицы окружают, а взрослые женщины. Дальше сам думай.

Смерть исчезает. Понимая что никого из них терять не хочу, переворачиваюсь на спину. Шлёпаю по попе стоящую Маргариту.

Варя оказывается на мне. Улыбаясь щурится...

— Вячеслав Ерофеевич! — постучав в дверь кричат снаружи.

— Остап! — рычит Варя. — Исчезни!

— Я бы с радостью, но Ерофей Евгеньевич, очень желает видеть сына. Прям очень-очень.

— Ладно, — морщится Варя. — Тут ничего не поделаешь. Скажи мы сейчас будем.

Моемся, ополаскиваемся. Пройдя коридорами в нашу комнату одеваемся. Иду в кабинет отца, и как только захожу... Случаются две вещи и обе поразительные.

Первая, это присутствие в кабинете Волокушина Никиты Ивановича. Который чему-то очень рад и просто сияет весь.

Вторая... Отец говорит что сегодня я отчаливаю к Волокушиным. В гости с ночёвкой. Потому что так надо. У меня там невесты, то что я их видеть не хочу никого не смущает. И потому что здесь у них так принято. Жених, просто обязан совершать вот такие поездки. Как и невесты... Чтобы привыкли друг к другу.