Чтение онлайн

Из путеводителя он, например, узнал о том, что здесь, в Оксфорде, остались следы женского монастыря, основанного аж в VIII веке святой Фрайдсвайд, дочерью одного из саксонских королей. Или что в городе сохранилась башня того норманского замка, где королева Матильда зимой 1142 года скрывалась от своего злобного брата Стефана. А еще — здесь родился знаменитый (из романа Вальтера Скотта «Айвенго») король Ричард Львиное Сердце. А также его брат, будущий король Иоанн Безземельный, подписавший в 1215 году Великую хартию вольностей, до сих пор действующую в Англии. Не говоря уж о том, что здесь, в Оксфорде, во время Гражданской войны находился штаб короля Карла I. (До того, как в 1649 году его победил Оливер Кромвель и отрубил ему голову.)

Однако, несмотря на все эти познания, Блейк не стал бы утверждать, что чувствует себя здесь, в Англии, совершенно легко и свободно. Хотя говорил он на том же английском, но все-таки по-американски, и порою сам себе казался иностранцем. Впрочем, это ощущение постепенно проходило. Оставалось другое — будто он окунулся в старину, в прошлое: особенно когда видел на территории колледжей людей, словно сошедших с развешенных там портретов — в напудренных париках, черных мантиях, шелковых чулках…

Его мать, шедшая впереди, внезапно остановилась перед небольшой книжной лавкой и, попросив Блейка приглядеть за сестрой, зашла внутрь. Он и Дак остались на улице, где было много пешеходов, Машин, голубей, красных двухэтажных автобусов и часов на бесчисленных башнях, показывающих разное время.

И тут он увидел его.

Того, кто сидел неподалеку от книжного магазинчика и у кого в руках была книга. По виду старая и потрепанная. И сам он производил впечатление такое же. И его длинная раздвоенная борода тоже.

На нем была коричневая кожаная куртка, а на голове — немыслимого фасона шляпа с меховой оторочкой. Это в сентябре, когда лето еще не совсем окончилось! Похоже, одна из многочисленных старинных статуй сошла с пьедестала или отлепилась от стены какого-то здания и присела тут на улице. Может, он бездомный? Нищий?

Большинство прохожих не обращали на него никакого внимания, но кое-кто, не останавливаясь, бросал к его ногам одну-две монеты.

За все время, что Блейк наблюдал за ним, старик не пошевелился, чтобы поднять их, или чтобы перевернуть страницу: он продолжал сосредоточенно глядеть в книгу.

Курчавая серая собака с торчащими ушами, лежащая рядом с ним на потрепанном одеяле, тоже не двигалась.

Дак, не задумываясь, подошла к этим двум неподвижным фигурам.

— Мне нравится ваша собачка, — сказала она, наклоняясь, чтобы погладить ее, и та ответила легким движением хвоста.

Мужчина не шелохнулся, не отвел глаз от книги. Скрюченные пальцы, похожие на корни дерева, не дрогнули.

— Дак! — прошипел Блейк.

Зачем она лезет к собаке? Ведь укусить может, и потом у нее, наверняка, блохи.

— Дак! — повторил Блейк.

Она распрямилась и, улыбаясь, вновь обратилась к мужчине.

— А как ее зовут?

Но тот не ответил.

Блейк взял сестру за руку и отвел от собаки. И тут мужчина внезапно поднял голову. Было такое впечатление, что он наконец дочитал до конца абзац или страницу и теперь хочет обдумать прочитанное или поговорить о нем. Он смотрел на Блейка, и взгляд его не был ни дружеским, ни враждебным. Скорее — изучающим и немного удивленным: что нужно этому мальчишке, тень от которого падает на книгу?

Человек вроде бы проснулся после глубокого сна.

Блейку стало не по себе, и он отошел, увлекая за собой Дак. А тут и мать вышла из дверей книжного магазина, неодобрительно посмотрела на человека с собакой и увела детей дальше по улице.

— Что он от вас хотел? — спросила она обеспокоенно.

Блейк не ответил — что тут скажешь? — но перед тем, как они перешли на другую сторону, оглянулся и с тревогой отметил, что этот человек смотрит им вслед.

Глава 4

Блейк хорошо знал, в каких случаях у его сестры бывает такой вид, как сейчас. Когда ей безумно хочется рассказать ему что-то, чего он не знает и не может, по ее мнению, знать, однако она ждет, чтобы он сам попросил об этом. Секрет так и рвется у нее с языка, но она изо всех сил сдерживается, чтобы не заговорить, и ждет… Как паук, ждущий в паутине свою муху.

Однако Блейк не торопился доставить сестре такое удовольствие и спросил у матери, какую книжку она хотела купить и почему не сделала этого.

— Я увидела ее на витрине, — ответила миссис Уинтерс. — Книга о бабочках. Я читала ее и смотрела картинки, когда была еще совсем маленькой. Как ты сейчас, Дак. Если не меньше. А когда взяла сейчас в руки…

— Ну, и что? — спросил Блейк, потому что мать замолчала.

— Не знаю, — не сразу прозвучал ответ. — Я вдруг поняла, что не нужно предаваться этим воспоминаниям. Не до них сейчас.

— Ну и зря, — сказал Блейк. — Подумаешь, на несколько часов вернулась бы в детство. Разве так уж плохо?

— Пожалуй, ты прав. — Она внимательно поглядела на него, словно не вполне узнавая, но Блейк уже перенес свое внимание на сестру.

— Ладно, — проговорил он, поравнявшись с ней. — Давай выкладывай. Что там у тебя на кончике языка?

Она схватила его за рукав.

— А то! Ты видел этого человека?

— Конечно. И это все, что ты хотела сказать, дуреха?

— Не смей ругаться! Ты разглядел, что он читал?

— Я же стоял рядом с тобой. Значит, разглядел. Ну и что? Какая-то старая книжка. Наверное, интересная, потому что он ничего не видел и не слышал вокруг.

— А ты сам видел?

— Что? — разозлился Блейк. — Да говори толком!

— Я толком… А вот ты ничего не заметил!

— Чего?

— Ничего! Он ничего не читал!

— Оставь эти шутки! Говори или вообще молчи!

— А ты попроси как следует.

— Знаешь… — Блейк отвернулся от нее.

— Я-то знаю, а вот ты нет… У него в книжке ничего не было. Ни единого словечка! Он глядел на пустые страницы. Как в той книге, которую ты держал сегодня в библиотеке.

Она с торжеством посмотрела на Блейка. Тот молчал.