Чтение онлайн

И тут я вспомнил, что у меня осталось еще одно напоминание об истории с Драконом, а значит, и обо всем, что связано с этим, — осталась частица драконьей шкуры, кусок пергамента, в который тоже вложена неведомая волшебная сила — записная книжица с чудесным образом появившимся моим именем на переплете. И это говорит о том, что она по праву принадлежит мне. И еще о том, что моя история отнюдь не окончена: свиток пергамента еще связывает меня и с прошлым, и с неизвестным будущим. И это не просто листки бумаги — это мой голос… Которого у меня нет…

Дружеская рука коснулась моего плеча; ставшее уже близким и почти родным лицо Теодорика расцвело в улыбке. Я коснулся пальцами футляра у себя на поясе и последовал за монахом через Северные ворота в обитель Святого Иеремии.

Глава 25

Его разбудил поцелуй.

Блейк открыл глаза, Перед этим ему снилась снежная пустыня, и был он там совсем один, а сейчас рядом с ним отец. Как он попал в эту пустыню? Блейк зажмурился, снова раскрыл глаза. Отец никуда не исчезал. Как он плохо выглядит: похудел, круги под глазами. Но все равно от него веет знакомым ароматом табака, привычными теплыми запахами родного дома.

От всего этого к Блейку тоже пришло ощущение тепла. И безопасности. Он повернулся на постели, улегся на бок, улыбнулся… И снова уснул.

Несколько часов спустя он, вздрогнув, проснулся и сразу вспомнил то, что произошло. Во сне или наяву? Он по кусочкам собирал воспоминания… Темные коридоры, круглая комната в башне, страшная женщина в перчатках, желтый плащ Дак… Страх за нее, за себя… Скользкая покатая крыша… Тревожные звуки сирен… Все это сон или правда?.. А отец? Тоже был в сновидении?..

Блейк огляделся. Белые стены, несколько застеленных узких кроватей, и он лежит на такой же — на жесткой простыне, с жесткой подушкой под головой. Рядом стойка с каким-то чавкающим аппаратом, но к Блейку он, кажется, сейчас не подключен.

Значит, он в больнице. Но почему здесь столько народа: мама, папа, Дак, мужчина в белом халате. Он что-то говорит. Блейк прислушался.

— …Ничего страшного, мы сделали полное обследование, перевязали царапины и ссадины… поставили капельницу… — Это Блейк чувствовал по своему запястью. — Сильный удар, — продолжал врач, — пришелся на затылочную часть головы. Но серьезных последствий нет и не будет. Можете не волноваться… Скоро отпустим его домой…

Веки у Блейка отяжелели, но все же он достаточно ясно видел всех членов своей семьи, находившихся у постели: отца, он положил одну руку на плечо Дак, а другой обнимал мать Блейка, которая — он не сразу поверил в это — плакала.

Ему захотелось сказать ей, что не надо плакать, захотелось спросить отца, когда же тот приехал, и спросить у Дак, нашла ли она свой любимый желтый плащ, который он безжалостно скинул с крыши… И много чего еще захотелось ему сказать и спросить, но глаза сами собой закрылись, и он опять уснул.

Еще раз он проснулся от прикосновения ко лбу чьей-то прохладной руки.

— Дак! — услышал он строгий голос матери. — Не беспокой его.

— Дай ему поспать, — сказал отец. — Сон лечит.

Но Дак, видимо, считала иначе.

— Он проснулся! — воскликнула она. — Ему надоело спать! Я хочу ему сообщить, что…

— Дак! — прервала мать. — Не надоедай ему!

— Еще успеешь это сделать дома, — сказал отец.

Дак хотела это сделать раньше.

— Хочу тебе сообщить, — торопясь, пока ее опять не прервали, выпалила она, — что миссис Диана Бентли арестована!

— Дак! — в один голос воскликнули мать и отец.

Блейк шевельнул головой, которая болезненно отозвалась на его движение, и попытался приподняться в постели, но опустился обратно.

— Как? — пробормотал он. — Как это было?.. А как Дак? Кто ее спас?

— Ты! — крикнула сестра. — Ты меня спасал все время! Я слышала из-за двери, как ты…

— Он нам все расскажет сам, — сказала мать. — Когда ему станет немного лучше.

Но остановить Дак было невозможно.

— А еще собака! — воскликнула она. — Нам помогла собака. Ее зовут Алиса. Она лаяла и лаяла все время и собирала людей.

— Да, собака тоже, — согласилась мать. — Собака просто бросалась на ворота библиотеки, а ее хозяин… очень странный человек… указывал на крышу и бормотал что-то непонятное. Но тоже привлек внимание прохожих. И сирена, долгое время работала сирена, и тогда…

— И тогда прибыла полиция, — продолжала Дак. — Они полезли на крышу и сняли оттуда Блейка…

— И освободили тебя, Дак. Но был момент… — У матери дрогнул голос. — Был момент, когда я думала, что эта женщина скинет Блейка с крыши.

— Она хотела это сделать, — припомнил Блейк, и ему снова сделалось страшно. Он взглянул на отца. — А как ты оказался здесь?

— Я собрался ехать к вам, — ответил тот, — еще до того, как все это случилось. Соскучился… мне вас всех не хватало. — Он погладил Дак по голове, с улыбкой взглянул на жену. — И еще я подумал, что, если тут появился наш давний приятель Проспер Маршан, вашей маме нужна серьезная защита. Он слишком много говорит и всегда полон довольно опасными идеями…

— Не говори глупостей при детях, — сказала миссис Уинтерс, улыбаясь.

— Если хотите немного отдохнуть от разговоров, леди и джентльмены, — послышался голос от двери, — то разрешите мне сменить вас.

В дверях стоял высокий седоволосый человек — профессор Джолион Фолл.

— Рад видеть вас снова, мистер Фолл, — сказал отец Блейка.

— И я, мой дружок, и я тоже, — отвечал тот.

— Освобождаем вам место, профессор, — сказала миссис Уинтерс, и родители Блейка ушли, уводя с собой слабо упирающуюся Дак.

— Знаю, о чем ты хотел спросить меня, — проговорил Джолион после нескольких вопросов по поводу самочувствия Блейка. — И отвечу сразу… Да, я тоже был среди охотников за этой редкостной Книгой. И так же, как Диана Бентли, горел желанием заполучить ее в свои руки.

— Она говорила… — припомнил Блейк, — что вы сломали застежку Книги.

— Да, — выдохнул профессор и невольно взглянул на большой палец своей правой руки. — Это правда. И вот…

— Уходи отсюда! — крикнул вдруг Блейк и сам удивился, откуда у него взялись силы для такого громкого возгласа, который был обращен отнюдь не к профессору, а к появившейся в дверях Дак.