Чтение онлайн

А потом оглядываюсь на Деймена и пугаюсь. Мало того, что в руке у него по-прежнему ничего нет, еще и капелька пота сползает по щеке — уже второй раз за два дня.

Вроде бы, ничего странного, если не знать, что Деймен вообще не потеет.

И не болеет, и никогда у него не бывает плохих дней. Ну не вырабатывается у него пот, и все тут. Как бы жарко ни было на улице, какой бы тяжелой работой он ни занимался, Деймен всегда остается спокойным, невозмутимым и всегда способен справиться с поставленной задачей.

Так было до вчерашнего дня, когда у него не получилось открыть портал.

И вот сейчас — он не может материализовать простенький букет цветов для Майлза.

Я спрашиваю, все ли у него в порядке, дотрагиваюсь до его руки — и вместо обычной горячей волны ощущаю слабенькое тепло.

— Конечно, я в полном порядке.

Он приподнимает ресницы ровно настолько, чтобы бросить на меня быстрый взгляд, и тут же снова зажмуривается. И даже в этот краткий миг я успеваю заметить в его глазах такое, что у меня слабеют ноги и пробирает озноб.

Это не тот любящий взгляд, к которому я привыкла. Глаза у него холодные, отстраненные — так уже было несколько дней назад. Он хмурит брови, собираясь с силами, на верхней губе блестят капельки пота. Он весь полон решимости разделаться с проблемой и перейти к следующему пункту программы — нашей идеальной ночи. Я боюсь, что дело затянется, да еще вдруг у Деймена опять ничего не выйдет, как тогда с порталом, поэтому встаю рядом с ним и тоже закрываю глаза. Вижу в его руке прекрасный букет — две дюжины роз. Вдыхаю их густой аромат, ощущаю нежную бархатистость лепестков над длинными стеблями в острых шипах…

— Ай! — Деймен подносит палец к губам, хоть ранка уже затянулась. — Вазу создать забыл!

Он явно уверен, что сам провел материализацию — что ж, я его разубеждать не собираюсь.

— Давай я! Ты совершенно прав, мне нужно больше упражняться.

Зажмурившись, представляю себе вазу, которая стоит у нас дома, в столовой. Такую, довольно вычурную, со сложным переплетением сверкающих граней.

— Уотерфордский хрусталь? — усмехается Деймен. — Майлз подумает, что мы угрохали на эту штуку чудовищные деньги!

Я тоже смеюсь — от облегчения, что странности закончились и он снова шутит. Деймен вручает мне вазу.

— Держи! Преподнесешь Майлзу, а я пока подгоню машину.

— Ты уверен? — Я замечаю, что у Деймена кожа вокруг глаз побледнела и лоб влажный. — Может, зайдем вместе, поздравим его и побежим дальше? Это ведь недолго.

— Если не ждать в длиннющей очереди машин, будет еще быстрее, — улыбается он. — Тебе вроде хотелось поскорее удрать отсюда?

Хотелось, и сейчас хочется — так же, как и ему. И в то же время я встревожена. Меня обеспокоило, что он не смог провести материализацию, и напугал мгновенный холод в его глазах. Затаив дыхание, я смотрю, как он отпивает ярко-красную жидкость из бутылки, и напоминаю себе, как быстро исцелился порез у него на пальце — все-таки это хороший знак.

Знаю, что от моих страхов ему будет только тяжелее, и потому, прокашлявшись, говорю:

— Ладно, выводи машину и приходи за мной.

Я целую Деймена в щеку и невольно обращаю внимание на то, какая она холодная.

Когда я добираюсь до гримерки, вокруг Майлза толпятся родные и друзья. На нем все еще костюм из последней сцены мюзикла — белые сапоги в стиле семидесятых и мини-платьице.

— Браво! Ты был бесподобен! — объявляю я, протягивая ему цветы вместо объятий, потому что не могу рисковать, контактируя с чужой энергией: я сейчас так нервничаю, что и со своей-то едва справляюсь. — Нет, серьезно, я и не знала, что ты умеешь так петь!

— Знала-знала! — Он отводит в сторону длинные кудри парика и окунает нос в душистые лепестки. — Ты же сто раз слышала, как я пою караоке в машине.

— Это совсем не то! — Я улыбаюсь, хоть и говорю серьезно. Он правда здорово сыграл. Я бы даже сходила посмотреть спектакль еще раз, в более спокойный вечер. — А где Холт? — Я уже знаю ответ, просто нужно о чем-то говорить, пока не вернулся Деймен. — Вы, наверное, уже помирились?

Майлз хмурится, кивком указывая на своего папу, и я, охнув, одними губами выговариваю: «Прости!» Совсем забыла — он открылся нам, друзьям, а дома все еще скрывает свою ориентацию.

— Не волнуйся, все хорошо, — шепчет мне Майлз, хлопая накладными ресницами и перебирая длинные белокурые локоны. — У меня был небольшой нервный срыв, но теперь все прощено и забыто. Кстати, насчет Прекрасного принца…

Я оборачиваюсь к двери в уверенности, что сейчас увижу Деймена. Сердце пускается вскачь при одной мысли о нем — чудесной, восхитительной мысли о нем. И я даже не стараюсь скрыть разочарование, поняв, что речь шла о Хейвен и Джоше.

— Что думаешь? — спрашивает Майлз, мотнув головой в их сторону. — Сложится у них или не сложится?

Джош обнимает Хейвен за талию и тянет ближе к себе. Увы, старается он без толку — хотя они идеально подходят друг к другу, Хейвен глаз не может отвести от Романа. Копирует все его жесты — как он стоит, как запрокидывает голову, когда смеется, как держит руки… Ее энергия вся целиком устремляется к Роману, словно Джоша вообще не существует. Похоже, ее чувство безответно, да вот беда — такие, как Роман, готовы пользоваться тем, что само идет в руки.

Скова обернувшись к Майлзу, заставляю себя равнодушно пожать плечами.

А он говорит:

— Хизер устраивает вечеринку для труппы. Мы как раз собирались ехать. Вы с нами?

Я растерянно смотрю на него. Понятия не имею, что это за Хизер.

— Она играла Пенни Пинглтон.

Кто это, я тоже не знаю, но признаваться не собираюсь, поэтому киваю, как будто мне все ясно.

— Слушай, неужели вы настолько прилипли друг к; другу, что вообще на сцену не смотрели?

Видно, что он только наполовину шутит.

— Не говори ерунду! Я все видела! — оправдываюсь я, чувствуя, что лицо идет всеми оттенками красного и что Майлз никогда в жизни мне не поверит, хоть это и правда — более или менее.

На самом деле, пусть мы вели себя вполне прилично, зато руки наши и правда почти прилипли друг к другу: потому что Деймен переплел свои пальцы с моими, и мысли наши тоже друг к другу прилипли — мы все время обменивались телепатическими посланиями. Глазами я смотрела на сцену, а думала совсем о другом. Я мысленно была уже в гостинице, в нашем номере.

— Так поедете вы с нами или нет? — Майлз правильно угадал: не поедем. И это его не так уж сильно огорчает. — А куда вы собрались? Что может быть увлекательнее, чем вечеринка с театральной труппой?