Волшебница для короля
Шрифт:
– А причем здесь я? Ну же, не томи, – похлопала я глазами с видом заправской сплетницы.
Брешка замялась, а затем, наклонившись к моему уху, зашептала:
– Пару недель назад король что-то не поделил с Советом. Я не знаю, что, но крику было – в подземельях услышишь! – кивнув своим словам, она продолжила: – А потом король вылетел из комнаты совещаний, Кроу за ним. Кричали, едва не подрались. Ну король и сказал, что возьмет в жены женщину, которую приведет во дворец, и Кроу не сможет ему помешать, кем бы она ни была. А потом появились вы. Я не подслушивала, правда! Просто мимо шла. Нужно было послание от Этена передать, ну и вот…
– Я тебе верю, – успокоила я девушку и нахмурилась, пытаясь уложить в голове все, что узнала. Потянулась к лежащей передо мной монете с грифоном.
– Мы сразу поняли, что это вы. Ну и потому что вы такая… – Брешка замялась. – Раскованная. Как король и грозился. В смысле – грезил! Грезил, конечно.
– Ты хочешь сказать, что король объявил, что у ворот рано или поздно появится девица, похожая на меня?
По взгляду Брешки я поняла, что сморозила несусветную глупость. Она смотрела на меня с такой тревогой и недоумением, как будто я спросила, точно ли небо синее, а земля находится внизу.
– Леди Просто-Мария, да вы, наверное, утомились, – обеспокоенно проговорила она.
– Зови меня Мария, я уже говорила, – снова попросила я, мгновенно перестраиваясь. – Брешка, дело, получается, только в монете? Может, расскажешь про нее подробнее? Тебя так интересно слушать!
Брешка просияла, покраснела и начала рассказывать, не забывая водить щеткой по моим волосам. Оказывается, монета, которую бросил мне в лесу его величество – совсем не простая. Таких монет в королевстве всего штук десять, отчеканил их почти тысячу лет назад настоящий придворный волшебник – тогда эта должность еще существовала. Подделать эти монеты невозможно, украсть тоже. А тот, кому король жалует такую монету, считается взятым под его защиту.
Значит, и правда что-то вроде наших «корочек». Только – чеканные. Я задумчиво вертела золотой кругляш в руках. Зачем король отдал ее мне? Вряд ли, раз она настолько ценная, мог перепутать с завалявшейся в кармане мелочью. Во вспыхнувшую неземную любовь я, конечно же, не верила.
– И все-таки это все ужасно романтично! – припечатала Брешка, заканчивая заплетать мне косу на ночь.
– Что романтично?
– Любовь с первого взгляда конечно! Короля и… – Брешка замялась. – Девушки, попавшей в беду. Я бы хотела, чтобы когда-нибудь со мной произошло что-то похожее.
Я едва сдержалась, чтобы не съязвить и не испортить романтичной девушке настроение. Потому что, следуя логике Брешки, чтобы обрести настоящую любовь, ей придется сначала попасть в беду – ту самую, в которой здесь все и каждый подозревают меня.
А все Илар! Грифон его укуси.
Лежа в огромной постели, которая навевала мысли исключительно о неприличных способах времяпрепровождения, я никак не могла уснуть, несмотря на усталость. Вопросы копились, ответов на них не было. Почему король дал мне эту монету? Что за игру затеял? Но, главное, – что делать мне? Как себя вести? И как попасть домой?
Измученная, я наконец уснула, решив первым делом, как представится возможность, поговорить с понтифом Серго о магии и волшебстве.
Глава 4
Утром меня разбудила Брешка и, едва дав возможность перекусить, привела портних. Мне пришлось несколько часов кружиться на невысоком постаменте, уворачиваться от мерных лент и от швейных иголок, отвечать на бесконечное количество вопросов. Золотая ткань или розовая? Прямой рукав или фонариком? Вырез поглубже или поскромнее? Какую высоту каблука я предпочитаю? Я решила заказать самых разных платьев, чтобы, в случае чего, не попасть впросак: в здешней моде я по-прежнему не разбиралась.
В конце концов примерка осталась позади, и я смогла выйти из покоев. Брешка сказала, что понтиф Серго обычно проводит время в библиотеке, там я и планировала его застать. Но не успела я завернуть за угол, как нос к носу столкнулась с Этеном. Увидев меня, парень расплылся в улыбке.
– Леди Мария! Как вам спалось? Надеюсь, Кроу с его величеством и Брешка с ее энтузиазмом еще не успели выпить у вас всю кровь, мне что-нибудь оставили?
Против воли я засмеялась.
– Вот как раз иду пополнять запасы крови в библиотеку.
– Какое совпадение! – обрадовался Этен. – Я тоже направляюсь туда. По правде говоря, – перешел на шепот он, – я должен ввести вас в курс дела, ознакомить с семейным древом королей Аренции и – не сочтите за дерзость – сводом правил этикета. Но, я уверен, тут мы справимся быстро. Кто из нас не нервничал в присутствии венценосной особы, верно?
Этен обезоруживающе улыбнулся.
Я вспомнила о бумаге, которую мне выдал стоящий на воротах старец, и по спине пробежал холодок. Там я не смогла прочитать ни буквы, и вряд ли за ночь что-то изменилось. Судя по тому, что такие бумаги выдавались всем, а о том, обучена ли я грамоте, никто меня не спрашивал (хоть и принимали неизвестно за кого), читать и писать здесь умеют все от мала до велика. Вздумай Этен рассказывать мне о семейном древе королевской семьи, пробел в образовании вскроется в один момент, я ведь даже имен не смогу распознать. Если кто-то поймет, что я по местным меркам неграмотная, это привлечет ко мне ненужное внимание.
– Леди Мария? – Этен обеспокоенно заглянул мне в глаза. – Вам нехорошо? Давайте присядем. – Он утянул меня к окну с широким каменным подоконником и опустился рядом. – Не беспокойтесь, я понимаю, столько нового и все в один день.
– Да знали бы вы, – невольно фыркнула я.
– О, поверьте, я знаю! – Этен рассмеялся. – Я и сам появился во дворце только лет в семнадцать, его величество нашел меня. Поверьте, вы еще хорошо справляетесь! Я с трудом сдерживался, так хотелось натворить что-нибудь этакое, высморкаться в портьеру, например, чтобы слегка разрядить обстановку. Особенно при виде Кроу, которому как будто скормили кол, да так он с тех пор прямой и ходит. Сам не расслабляется и другим не дает.
Я засмеялась в ответ.
– Кажется, вы его не слишком-то любите.
– Проще сказать, кто его любит, – отмахнулся Этен. – Признавайтесь, он уже пытался вас запугать?
– Откуда вы знаете? – притворно изумилась я.
– Наговорил гадостей?
Кивнув, я постаралась припомнить слова Кроу как можно точнее.
– Сказал, чтобы я уносила ноги, потому что король жестоко расправляется с игрушками, которые ему надоедают.
Смеющееся лицо Этена неожиданно стало серьезным. Он повернулся к окну, за которым расстилался сад, а затем снова посмотрел на меня.
– Боюсь, что это не совсем шутка. Его величество может быть великодушным и милостивым, но чаще всего… вам действительно стоит быть осторожной, боюсь, здесь я солидарен с Кроу. Король готов на все ради Аренции, но он терпеть не может тех, кто водит его за нос.
Я поежилась, продолжая прямо смотреть в глаза Этену.
– Я учту.
Этен выгнул бровь.
– Раз так, то, надеюсь, вам уже лучше? Вы готовы продолжить путь? – Этен встал и галантно подал мне руку. Я поднялась и неохотно пошла рядом с ним по коридору.