Чтение онлайн

Из вежливости она отказалась. Александр Иванович осторожно взял птицу в руки, поднялся из-за стола и посадил ее в клетку. Попугай радостно зачирикал, уселся на жердочку и, вывернув голову, с тупым любопытством уставился на Катю.

Полковник Обухов подробно расспрашивал ее о родителях, об университете. Катя старалась отвечать максимально кратко, по существу. Постепенно вопросы перешли к ее личной жизни.

– Замужем, дети есть?
– впрямую спросил Александр Иванович.

– Пока нет, детей тоже нет, - честно ответила Катя.

– Это у вас быстро происходит, через полгода свадьба, дети, декрет, и прощай служба.
– Была у меня одна такая, худющая, не кожи не рожи, а глядь, через два года замуж вышла, да за такого видного парня, в ЭКЦ служит. Так вот, сперва один ребенок, потом второй, третий. Втянулась девка в это дело. Девять лет ее на службе никто не видел. Пришла лейтенантом, а из декрета вышла майором. А потом свалила от нас в другое место. Вот так бывает.

Катя торжественно поклялась, что замуж она не выйдет, по крайней мере, до тридцати лет. Обухов только безнадежно махнул рукой.

– Знаю я вас.
– Ладно, есть у меня одна вакансия аттестованная, как раз по твоей специальности. Два года уже висит, не дай бог заберут.

– Со здоровьем у тебя как?

– Не жалуюсь, - коротко ответила она.

Обухов снял трубку телефона и набрал номер управления кадров.

– Здравия желаю, Сергей Иванович, как жизнь?
– сказал в трубку Обухов, обращаясь к невидимому собеседнику.

– Тоже не хвораю, пока.

– На мероприятие пойдешь сегодня?

– Значит в шесть встречаемся.

– Договорились, как обычно.

– Я чего звоню, подойдет к тебе барышня, симпатичная такая, по фамилии Кузнецова, выдай ей направление на комиссию.

– Да, на инженера идет.

– Ну, давай, увидимся.

Дальнейшие события Катя помнила весьма смутно: врачебная комиссия, бесконечные очереди. Особых проблем со здоровьем у нее не было, к тому же она шла на должность, где требования к кандидатам были менее строгие, по сравнению со строевыми подразделениями. Но, как известно, с точки зрения традиционной медицины здоровых людей в принципе не бывает - есть недообследованные. Так, что побегать, собирая различные справки, все-таки пришлось, причём в темпе взбесившийся лошади.

С медицинским обследованием у нее получилась история, оставившая не очень приятный осадок.

Врач-хирург из ведомственной поликлиники, где Катя проходила военно-врачебную комиссию, заподозрив какую-то болячку, послал ее на консультацию в Областную больницу. Отстояв приличную очередь, она, наконец, попала в заветный кабинет. Врачом оказался красивый загорелый мужчина на вид лет сорока пяти. Катя зашла в кабинет, вкратце рассказала цель визита. Он мельком заглянул в карточку и, пристально глядя на нее, сказал: "раздевайтесь". У него был какой-то завораживающий, магнетический взгляд. Катя сняла куртку, положила ее на кушетку, и вопросительно посмотрела на доктора.

– Свитер снимать?
– спросила она.

– И свитер, и все остальное тоже, - ответил он. - Все снимаем.

К такому повороту событий Катя была не готова. Конечно, ей приходилось раздеваться на приеме у гинеколога, но там, как говориться, сам Бог велел. Остальные врачи просили максимум задрать кофточку, чтобы послушать сердце.

– Зачем, - глупо спросила она.

– Так положено, - пожал он плечами.
– Я должен выполнять свою работу.

– Но.. может, только верх?

Врач нахмурился, - Девушка, я же сказал - полностью. У меня ещё на сегодня десять пациентов. Не задерживайте очередь, или раздевайтесь, или....

Катя поняла, что если сейчас не разденется, то странный доктор просто выставит ее отсюда. В другой ситуации она бы психанула и пошла бы жаловаться главврачу, но от этого лекаря зависела ее дальнейшая судьба. Поэтому, наплевав на гордость, она быстро стянула свитер, затем, туфли и брюки. Отвернувшись, она расстегнула бюстгальтер, бретельки легко соскользнули с плеч. Раздеваться перед незнакомым мужчиной было мучительно стыдно, но она все-таки сняла с себя последнюю деталь одежды.

Доктор легко поднялся на ноги, подойдя Кате, точными умелыми движениями провел вдоль позвоночника, затем велел наклониться и достать кончиками пальцев пола. Она покорно выполнила все его приказы. Потом был осмотр груди.

– "Ведь знает, скотина, что я никуда не денусь" - думала про себя Катя.
– Если напишет что не нужно, я его в порошок сотру.

Но врач, словно прочитав ее мысли, сказал: "ничего страшного я не вижу, небольшой сколиоз, по четвертой группе пройдешь".
– Можешь одеваться, - добавил он.

Катя так и не поняла, что это было: может быть, он действительно выполнял свои врачебные обязанности, а может, самым наглым образом воспользовался ее беспомощностью.

Потом было психологическое тестирование и, в финале - экзамен по физподготовке. Последний дался ей легко, Катя была девушкой спортивной, много лет занималась легкой атлетикой. За это нужно было сказать спасибо Катиной маме, которая, несмотря на все протесты и подростковые капризы регулярно водила ее на секцию. Отца Катя помнила плохо, он ушел из семьи, когда Кате было шесть лет. Мать тяжело переживала расставание, много плакала. В итоге, так больше и не вышла замуж, посвятив себя воспитанию единственной дочери.

Так Катя, неожиданно для себя, попала на службу. Если бы кто-нибудь ещё два месяца назад сказал ей, что она будет работать в милиции - Катя ни за что бы не поверила. Ее должность называлась "инженер-электроник", что ее тогда очень рассмешило, Катя принадлежала еще к поколению советских детей, которые ничего не знали о грозном "Терминаторе", но зато с удовольствием смотрели отечественный блокбастер "Приключения Электроника".

Официально подразделение, в которое она устроилась, именовалось - Отдел связи и автоматизации, а позднее было переименовано в Центр информационных технологий, связи и защиты информации (сокращенно - ЦИТСиЗИ), но все называли его более привычно - отдел связи. Вообще аббревиатурам в МВД придается большое значение. Например Департамент уголовного розыска сокращенно именовался ДепУР, а не ДУР, как подумали бы некоторые несознательные граждане. А уж сплетни про ПИДРов , ПУППСов и службу в ЖОПе , которые активно подхватывала желтая пресса, и вовсе являются гнусной инсинуацией, людей, не имеющих ни малейшего отношения к службе.

Через два месяца пришел приказ о присвоении ей первого звания - лейтенант внутренней службы. Не успела она отметить сие архиважное событие, как оказалась в учебном центре. Группа, в которую попала Катя, была сборной: Гайцы , ОВОшники , ЭКЦшники и представители прочих, более экзотических милицейских профессий. При всем этом, учили почему-то на участковых. В начале такие парадоксы системы ее очень удивляли.

За три месяца учёбы она неплохо научилась обращаться с пистолетом Макарова, сносно собирала и разбирала АКС-74У . В голову курсантам усиленно вдалбливали Закон "О милиции" и еще некоторые специфические дисциплины, напрягали строевой подготовкой. От природы, обладая аналитическим умом, Катя постаралась разложить по полочкам непростые отношения, свойственные, наверное, только для российских органов внутренних дел. Несмотря на кажущуюся однородность - были свои подводные течения, свои группы влияния. В органы внутренних дел вело два пути: первый - учеба в МВДшном ВУЗе; второй - придти с "гражданки". Соответственно выпускники ведомственных учебных заведений смотрели на "гражданских", зачастую, свысока. "Гражданские", платили той же монетой, считая их если не дебилами, то, по крайней мере, людьми ограниченными, из которых Система выбила способность к творческому мышлению. Нельзя сказать, что это разделение было явным, среди тех и других были, как способные люди, отличающиеся нестандартным образом мыслей, понимающие, что не "корочка" человека красит, так и тупицы, бездумно выполнявшие самые идиотские приказы, но порой, что называется "проскакивало". Вторая невидимая линия проходила между аттестованными сотрудниками и вольнонаемными - не носившими погон. Вольнонаемные в душе завидовали сотрудникам, у которых и жалование было выше, и льготы определенные имелись. Самое интересное, что многие сотрудники после ухода на пенсию продолжали работать в органах на вольнонаемных должностях. Так, в одном из подразделений работала легендарная уборщица - полковник милиции в отставке. Глядя на скромную бабушку, целыми днями возившуюся с ведрами и тряпками, у посторонних людей и мысли не возникало, что перед ними - гроза преступного мира, начинавшая службу еще при Сталине. Третья невидимая линия фронта разделяла тех, кто служил "на земле", то есть в районных подразделениях и сотрудников, служивших "в аппарате" - непосредственно в Управлении.

Кате достался пыльный кабинетик, напоминавший пенал - узкий, так что между рабочим столом и шкафом едва можно было протиснуться, но достаточно длинный. Кабинет она делила с коллегой - Мишей Гофманом. Первоначально ее встретили настороженно. По крайней мере, ей так показалось. Она буквально кожей чувствовала настороженные и одновременно усмешливые взгляды новых коллег. Под этими взглядами Кате было очень неуютно. Отдел связи был относительно небольшим подразделением. В нем работали всего пятнадцать человек, из них всего семь - сотрудники в погонах, остальные - вольнонаемные. Ее почему-то считали "протеже", попавшей на блатную должность благодаря связям. Но постепенно лед во взаимоотношениях растаял, Кате стали доверять сложную технику. В те годы информатизация представлялась панацеей от всех бед которой, была больна система. Внедрялись новые информационные системы, работы было по самое то, о чем в приличном обществе говорить не принято.