Чтение онлайн

Народу на тракте заметно прибавилось — видимо, все торопились в город. Ворота открылись два часа назад; путешественницы проехали через них одними из первых. Линн отерла тыльной стороной ладони вспотевший лоб. Бессонная ночь и пережитые волнения давали о себе знать. Если они не отдохнут хоть немного, то просто вывалятся из седел. Она приблизилась к колдунье, мысленно составляя фразу, с которой обратится к ней.

— Миле… — Проклятье! Ну что же, шесть лет жизни и въевшуюся в сознание почтительность не выбить одним только усилием воли. Но надо с этим срочно кончать, иначе им и дня не продержаться. Попробуем еще раз…

— Лорисса! — Уф, кажется, получилось.

Колдунья обратила к ней усталое лицо с блестящими глазами.

— Вы что-то хотели, мистрис Гвендолин?

Нет, ну как же она смотрит… Таким взглядом можно остановить армию или даже сошедшую с гор лавину. Не говоря уже о том, чтобы отбить дар речи у бедолаги служанки, которая вздумала притвориться госпожой. Линн чуть заметно вздрогнула и непослушными губами произнесла:

— Я опасаюсь, как бы мы не… проехали поворот.

Лорисса равнодушно повернула голову. И как это придорожный кустик дрока не полыхнул от искр, мерцавших в разноцветных глазах…

— Если бы вы не были такой рассеянной, моя госпожа, а еще соблаговолили обратить свое сиятельное внимание на карту, когда я ее рассматривала, то знали бы, что нам до нужного поворота еще ехать и ехать. И выпрямись наконец, Линн. Выпрямись и перестань делать вид, что на тебе всю ночь воду возили.

— Я устала… — несчастным голосом призналась девушка.

— А я, по-твоему, нет? — громче, чем следовало, огрызнулась колдунья. — Боги, когда ты была служанкой, ты, по крайней мере, меньше жаловалась! Так вот, учти, в этом отношении ничего не изменилось. Нытья я не потерплю.

— Но я вовсе не…

— Молчи. Если не можешь сказать ничего дельного — молчи. Это правило следовало бы взять на заметку всем глупым юным девицам, независимо от происхождения, ясно, девочка?

Линн испуганно замолчала, потому что в этот момент мимо них прогарцевала группка хорошо одетых и отменно вооруженных молодых людей. Один из них послал Линн воздушный поцелуй. Наемники, скорее всего, отметила девушка, краснея и отворачиваясь. Лорисса поспешно согнала с лица разгневанное выражение и, скрипнув зубами, сказала:

— Моя госпожа, если мы немного поторопимся, то вскоре достигнем места, где сможем отдохнуть и поспа… переждать жару. Не волнуйтесь, я подскажу вам, где свернуть. — И она сделала резкий, не сочетающийся с ее вынужденно-почтительным тоном жест, намекая Линн на то, что ей не следует тащиться хвостом за «служанкой». Девушка стиснула зубы и вонзила каблуки в бока лошади. Оставленную позади Лориссу она ощущала всей кожей, как будто в руке у колдуньи был кнут, готовый в любой момент опуститься на ее поникшие плечи, обтянутые белой рубашкой. Собственная коса вдруг показалась Линн невероятно тяжелой, пригибающей к земле.

Несколько миль они снова проехали в полном молчании. Линн не подавала признаков жизни, и у Лориссы создалось впечатление, что бредущая впереди лошадь несет на себе привязанное к спине пугало. Дорога взобралась на пологий холмик и нырнула в поля. Солнце поднималось, листва поредевших деревьев была уже не в силах смягчить источаемый его лучами жар. Колдунья порылась в складках платья в поисках платка, не нашла его, досадливо фыркнула и поравнялась со своей спутницей.

— Ты ничего не видишь? — поинтересовалась она достаточно резко, чтобы погруженная в дремоту девушка встрепенулась.

— Ой… простите, миледи, а это наш поворот?

— Мне что, написать свое имя на лбу, чтобы ты его наконец запомнила? — раздраженно отозвалась колдунья. — Да, это наш поворот. Шевелись!

— Но как же… — Перед глазами Линн некстати встал лист плотной, обтрепавшейся по краям серой бумаги с начерченной на ней картой центральных графств. — Я хочу сказать, а где лес? На карте же был лес!

Мимо них проехала легкая двуколка, в которой сидела молодая дама со свернувшимся на ее коленях мальчиком лет четырех. Лорисса удержала рвущуюся с языка колкость и как могла спокойно разъяснила:

— Моя госпожа, карта довольно старая. Думаю, что местные землепашцы давным-давно превратили лес в поле.

— Ох, наверное, это так… Я не подумала. — Линн дернула поводья, направляя лошадь на ответвляющуюся от основного тракта дорогу, и, помедлив, сказала: — Лорисса, я думаю, будет лучше, если вы… ты скажешь мне, как мы поедем дальше.

— Наконец-то слышу от тебя разумную мысль, — хмыкнула колдунья. — Значит, так. Кажется, у меня появилась идея, как сделать наш путь чуть более безопасным. Думаю, мы покинем Иверн уже послезавтра, если не будем слишком задерживаться. Потом Ривеллин. Перебраться бы через реку по бродам, иначе придется ехать через главный мост… Ох уж мне эти проселочные дороги! Придется петлять по ним не меньше десяти дней, а за это время нам жизненно необходимо привыкнуть быть теми, кем мы хотим казаться.

— Необходимо, — эхом отозвалась Линн, отвлекшаяся, чтобы отогнать назойливого слепня. — Значит, мы будем перебираться через Рейтринд-эвон?

— Ты что, пропустила мои слова мимо ушей? — вздохнула Лорисса. — Конечно, будем. Аридан находится по ту сторону реки. Ты хоть примерно представляешь себе, что такое Аридан?

Ответом ей был жалобный взгляд.

— Ох, ладно, землеописанием займешься как-нибудь потом, а пока слушай меня.

— Конечно, ми… То есть я имею в виду, я благодарна тебе за помощь, Лорисса.

Впервые за последнее время колдунья одобрительно наклонила голову:

— Так-то лучше.

Они пересекли кажущееся бесконечным поле, заросшее уже начинающей желтеть пшеницей. В ушах уставших путешественниц звенело от неимоверно громкого стрекота цикад по обеим сторонам дороги — обостренный от недостатка сна слух любые звуки резали, будто зазубренное лезвие. Наконец впереди стеной встали старые дубы, обозначая границу леса. Лорисса приподнялась в седле, выискивая подходившее для ее целей место. Через некоторое время ее зоркие глаза углядели среди серо-коричневых стволов прогалину.

— Туда, Линн! — скомандовала она.

Поляна оказалась большой, светлой и очень уютной. Широкий ручей, ворча, выбирался из-под толстой поваленной березы, качали желтоглазыми головками крупные ромашки, пахло влажной травой и земляникой. Лорисса спешилась, набросила поводья своей лошади на ветку, старательно обошла высверкнувшие краснеющими ягодами островки, затем, подобрав подол, миновала муравейник и наконец остановилась. Линн подошла к ней, держа в руках плащ.

— Думаю, здесь мы можем поспать, пока жара не спадет. Но недолго! — Девушка обрадованно принялась расстилать плащ на траве, но тут колдунья ехидно добавила: — Хотя на твоем месте я бы сначала умылась. — И, надо отдать ей должное, незамедлительно последовала собственному совету. — Где твой платок, девочка?