Чтение онлайн

— А откуда вы-то знаете такие подробности?

— Так торванугримцы к нам после этого выяснять отношения пришли. Фицияльной делегацией. Ну, наш командир знать ничего не знает, но, как водится, пообещал разобраться, а то международный скандал выйдет. Торванугримцы — они ребята такие… Услышав обещание, они успокоились и вернулись к себе. Командир начал разбираться. Долго разбирался. Но обещание выполнил. Оказалось, что хорька науськивал один не в меру ретивый сопляк. Ему, конечно, влетело, но вместо выговора командир объявил ему благодарность за находчивость и умение деморализовать предполагаемого противника. С тех пор того сопляка (Хорек надулся, но возражать не стал) и прозвали Хорьком…

— А как насчет Канделябра?

— Ну, эту историю он сам нам с удовольствием и расскажет.

— Угу, — сказал Канделябр, отрываясь от кружки. — Тут все просто было. Играл я как-то в карты с одним… э-э-э… чинушей. Объявил я шесть листов, ну и начал козыри потихоньку выбивать. Играем в закрытую. На туза пошли девять с виконтом, на графа десятка с мелочью, дамой отбираю последний и передаю ход. Две взятки отдал, потом перебил, захожу с туза сердец, и тут эта… каналья с мерзкой ухмылочкой швыряет на стол семерку листов!

— Так за это ж канделябром надо! — возмутилась Линн. Лорисса подозрительно на нее покосилась.

— Ну, леди… я так и сделал.

Колдунья, скорчив гримаску, наклонилась вперед и свистяще прошептала:

— А знаете, господа, кому, по торванугримским поверьям, в аду самая большая и горячая сковородка достанется? Тем, кто рассказывает старые анекдоты! Причем плохо и занудно!

— Да в том-то и соль, леди, что все это чистая правда, — встал на защиту приятеля Гленн. — Чинуша тот оказался большой шишкой, и за нашим Канделябром еще месяц гонялась половина городской стражи. Но кличка к нему приклеилась прочно.

Отсмеявшись, Джейд спросил:

— Здесь все понятно, но Корсет-то откуда взялся?

— Ну взялся и взялся, — буркнул Корсет. — Ничего интересного.

— Э, нет, дружок, — осклабился Хорек. — И про тебя сейчас тоже всю подноготную выложим.

— У Корсета нашего дама была. Замужняя, — начал Канделябр. — Ну и пришел он к ней… э-э-э… побеседовать.

— В общем… беседуют они, — встрял Гленн. — И тут ее муж в ворота въезжает. Времени у нашего Корсета только на то, чтоб одеться… Простите, леди.

— Ну, дама его, не будь дура, простите, леди…

— Заткнись, Хорек!!!

— …решает выдать его за свою подружку и напяливает на него платье. Он ведь у нас тощий и длинноволосый, и со спины — ну баба бабой… Простите, леди.

Корсет издал сдавленный звук, но сдержался.

— Но в корсет его затянуть-таки пришлось. Только они уселись и сделали вид, что вышивают…

— …заходит ейный муж! Ну, она к нему на шею, незаметно бросив Корсету веер — рожу прикрыть. Тот веером завесился и пискляво поздоровался. Муж успокоился — ну, сидит жена с приятельницей — и ушел. А Корсету пришлось в казарму топать в таком вот волшебном виде, потому как из дома по-другому было не выйти.

— Его сначала впускать не хотели! — радостно припомнил Канделябр. — Мол, мотай отсюда, красотка, чего ты тут забыла. А не хошь — иди сюда, согреем… простите, леди. Он веер-то от лица отнял — тут его и признали.

— Да, смеху было… А как с него корсет снимать стали — так вся казарма сбежалась. Сняли, а он и говорит: мать вашу… простите, леди… как они в этом дышат?! А корсет тот памятный потом над его койкой прибили. Трофей как-никак.

Джейд представил себе ситуацию в красках и тихо привалился к плечу Рейнарда. Тот и сам чуть не рыдал от смеха. Корсет, героически состроив невозмутимую мину, проникновенно глянул на Лориссу и Линн и изрек:

— Вы же понимаете, леди, все это — бесстыдная ложь.

— Мы все понимаем, — с умилением сказала колдунья.

В этот момент появился трактирщик со скрипкой и осведомился:

— Не желают ли господа потанцевать?

— О, надо подсобить доброму человеку народ развлекать, — сказал Канделябр, непонятно откуда выуживая флейту.

Хорек встал, тяжело вздохнул и сказал:

— Ну, я пошел. Заметьте, не по своей воле, а по злостному принуждению.

Корсет галантно подал руку Линн, Рейнард подхватил под локоток Лориссу. К ним присоединилась семейная пара. Джейд понял, что вечер ему придется коротать в одиночестве. Гленн украдкой бросил взгляд на юную аристократку с лютней, но подойти не осмелился. Лорисса мимоходом обратила внимание на то, что студенты уводят под руки покачивающегося профессора, не перестающего разглагольствовать на очередную заумную тему. Они почти сразу вернулись и включились в общее веселье, пригласив на танец один — жену трактирщика, а другой — его дочь. Даже Хорек присоединился к танцующим, непонятно как уговорив пожилую гувернантку.

Ночь выдалась теплая и звездная. Костер разводить не стали, света из открытых дверей дома и от стоявших на столе свечей вполне хватало. Все веселились как могли. Наконец Линн, подустав, подскочила к столу, схватила кружку с водой, в два глотка опустошила ее и с блаженным выражением на лице плюхнулась на лавку. До нее донесся ехидный голос Лориссы:

— Я смотрю, подвернутая нога тебе совсем покою не дает…

Линн нахально улыбнулась, не сочтя нужным отвечать. Повернувшись и встряхивая прилипшие к спине волосы, она обратила внимание на Джейда, сидевшего на противоположном конце стола. Его взгляд был совершенно отсутствующим. Девушка сгребла еще одну кружку и передвинулась к магу поближе, забравшись на лавку с ногами. Джейд поднял голову.

— Устали, мистрис Гвендолин?

— Немного. Все-таки лодыжка дает о себе знать. Кстати, называйте меня просто Линн. Мне так привычнее. Полным именем меня зовет только Камилла, и только если я чем-то вызову ее негодование.

— С удовольствием, — улыбнулся Джейд, понемногу оживляясь. «А симпатичная, между прочим, девушка. Рыженькая», — подумал он. Между ними быстро завязалась милая беседа. Джейд с интересом слушал историю о том, как путешественницы повстречались с настоящей троллиной, когда вдруг по его ушам ударил хриплый протяжный звук. Это наемники затянули песню.

— …тут Ирма говорит: «Ох, Ло, слышала бы ты, с какими воплями он потом с этой елки сползал…» — Линн спохватилась и чуть не зажала себе рот ладонью, но вовремя сообразила, что делать этого не стоит. Джейд как раз отвлекся и, скорее всего, просто не заметил ее оговорки.

К ним подлетела Лорисса и выдохнула:

— Я этих… э-э-э… наемников за их рулады…

Джейд машинально повернул голову и встретился взглядом с колдуньей. На него уставились два гневных глаза — один светло-карий, другой почти черный.

«Эта разноглазая ведьма посмела перейти мне дорогу!»

Лорисса схватила Линн за руку и уволокла со словами:

— Простите, я ее у вас украду… Линн, пошли, будешь их отвлекать.

Джейд потер виски, пытаясь упорядочить роившиеся мысли, но шум не позволял сосредоточиться. Он резко встал и пошел в дом. Оказавшись в тишине комнаты, маг устало опустился на кровать. Женщин с разноцветными глазами, конечно, немного, но, с другой стороны, особенность эта не уникальная. У горничной матери, помнится, один глаз был голубым, а второй — светло-карим, как и у Камиллы. «Ох, Ло, слышала бы ты…» Интересное, однако, сокращение от имени Камилла…