Волшебные истории. Трилогия
Шрифт:
Но этого не происходило. Только звёзды перемигивались между собой, будто они были живыми и что-то знали…
– Всё, я закончила, – поднимаясь с колен, пробурчала демоница, перетягивая порез на руке какой-то тряпицей.
– И что? – боязливо поинтересовалась Сания, решившаяся вмешаться в разговор.
– И теперь мы все встанем на неё, – пояснила Тия, голосом: "я сама не верю, что говорю такое". – И отправимся… вниз.
– Но это же получается, что мы…
– Нет, не умрём! – рыкнула женщина, оборачиваясь почему-то ко мне. – Да, я понимаю, что шансы выбраться оттуда невероятно малы, но останься мы тут и они исчезнут окончательно. Умерев, души лишаются всякой возможности выбраться оттуда. Но отправься мы туда живыми – и правила того мира над нами не властны! Мне самой не нравится эта идея, но выбора просто нет!
– Хорошо, – внезапно легко согласилась единорог, первой пересекая черту из крови. Она верила демонице, которая ей была, по очереди, сначала матерью, затем сестрой и в итоге лучшей подругой. – Раз ты говоришь, что иного пути нет.
За Санией туда вползла Атрама, всё так же несущая Хину. Слизень вообще не отличалась повышенной подозрительностью. А потом и Тия шагнула в круг.
Остался один я. Демоница протянула руку, приглашая войти, но меня парализовал страх. "Они рехнулись!" – твердил разум. – "Она предлагает по собственному желанию отправиться в вотчину тёмных братьев! Как такое вообще может быть решением!?"– Эрик, давай, сделай шаг, – манящим голосом сказала суккуба. – Без тебя мы никуда не уйдём. Хочешь стать причиной нашей смерти? Валяй, трусь дальше!
– Но я…
– Ещё скажи, что тебе не страшно! – язвительно ответила женщина. – И вот что я тебе ещё скажу. Мне тоже страшно. Посмотри внимательно, у меня дрожат колени. Как и Сании. Думаю, если бы Хина была в сознании, даже ей было бы не по себе. Но мы сделали этот шаг. Выбор за тобой.
– Я… я… – мне показалось, что меня сейчас стошнит.
Земля задрожала под ногами, через середину площади пробежала трещина, а небо заплакало багровыми звёздами, похожими на искры от пылающего костра.
– Ах, проклятье! – рыкнула Тия, выходя из круга и подходя ко мне вплотную. Её рука схватила запястье, но я не дал ей сдвинуть себя с места. Да и она, видимо, не хотела применять силу. – Хорошо… – вздохнула демоница и наклонилась к моему уху. – Я – беременна…
После этих слов мир для меня померк. * * * Тали в недоумении стояла на палубе корабля, вглядываясь в безмятежные морские просторы.– Вы уверены, что мы на месте!? – со злостью спросила ведьма у проходящего мимо капитана. Все на судне вели себя странно, будто увидели приведение.
– Да, госпожа. Салапия уже должна была показаться на горизонте! – ответил ей моряк, в десятый раз доставая подзорную трубу и разглядывая недостижимые дали. – Вон, там что-то есть!
Через час они причалили к небольшому островку, земля которого оказалась выжжена дочерна и завалена пеплом. На береге валялась куча дохлой рыбы и того, что когда-то было водорослями. Они разделились на небольшие отряды и обыскали странный клочок суши. Все нашли черепки разбитой посуды, уничтоженные до самого основания дома и том подобные следы цивилизации.
Тали всё это время вглядывалась в морские пучины. А затем подошла к краю воды и сделала несколько пассов. Воды расступились для неё, давая возможность спокойно идти по дну. За ней шёл и весь экипаж небольшого корабля.– Госпожа? – после пары минут, спросил капитан, когда девушка остановилась у первого из череды чёрных сооружений, похожих на пальцы.
Магичка подошла к нему, поскребла ногтем, отколола кусочек, под которым оказалось нечто белое. И в ужасе ахнула.
– Что-то не так?
– Да простят нас Всеединые, – вырвалось у Тали, и она стремглав помчалась назад. Моряки еле поспевали за ней, так как вода возвращалась на своё законное место, когда колдунья уходила подальше. Девушка ещё раз оглядела остров и, схватившись за голову, села прямо на землю.
– Прошу вас, можете объяснить? Мы заблудились? Сколько нам ещё до Салапии.
– Нет, – обречённо простонала она, оборачиваясь. В зелёных глазах ведьмы плескался океан ужаса. – Мы на месте. Это – то, что осталось от Салапии.
Примерно в то же время из границ Фаранда, как из потревоженного муравейника, хлынул поток демонов, устремившихся прямиком к Нерарету и оставлявших ничего живого на своём пути.
Мир оказался затянут в войну, к которой совершенно не был готов.Демон
Интерлюдия
Я редко вижу сны. А ещё реже запоминаю происходящее в них. Наверно, это – способ самозащиты моего разума, ведь если бы кошмары, которые мне приходится видеть наяву, преследовали меня и в мире грёз, то уютная палата в отделении для душевно больных не заставила бы себя ждать. Поэтому, стоит моим векам сомкнуться, как весь мир проваливается в чернильную мглу, которую развевает либо утреннее солнце, либо мелодичный голос Сании, сообщающий, что завтрак готов.
Но сейчас судьба решила подбросить мне необычайно яркое сновидение. При этом я совершенно отчётливо понимал, где нахожусь, но внутреннее ощущение подсказывало, что реальность куда паршивее.
Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как брести вперёд по полутёмной аллее центрального парка Трестона. Хотя, может быть, это была и не она. Сложно делать какие-то выводы из крохотного пятачка света, который вырывал у тьмы мой верный кристалл, а так же редкие масляные фонари, стоящие в трёх дюжинах шагов друг от друга. Последние ещё и гасли с тихим "фшшш", стоило мне пройти мимо них. Из чернильной мглы то и дело доносились крики ночных птиц, а так же шелестение листьев, но ни деревьев, ни кусток, ни даже паршивой травы видно не было. Будто какой-то мерзкий шутник украл с неба звёзды, луну и вообще всё, что могло бы послужить хоть маломальским источником света. А ещё я отчётливо чувствовал чей-то взгляд, прожигающий мою спину.
Но, как бы смешно это не звучало, я ни капли не боялся. В моей душе царило ледяное спокойствие и некая отстранённость от происходящего. Ноги шли сами по себе, а мысли витали где-то далеко-далеко, в тысячный раз прокручивая произошедшее. Моё собственное сознание терзало меня, заставляя находить всё новые и новые ошибки, всё новые и новые поводы винить себя за случившее. Все эти "а если бы", "а вот как надо было", "а стоило ли?" не давали покоя.
Поэтому когда впереди показался не один огонёк, а два, я был несказанно рад. Это дало повод вернуться к "реальности" и поразмышлять над текущей ситуацией. Передо мной стоял вполне знакомый мне дом. Изба из чёрных брёвен, в которой когда-то жили Сания и Тия, сожженная ими же во время нашего ухода оттуда. По бокам от двери внутрь, к слову, заколоченной досками, висели два фонаря. Думаю, не нужно говорить, что оба выглядели, как тот, что служил вместилищем души Фламмы. Тот что слева был целым, а второй пострадал от когтей покойной Риппи, но всё равно горел ровно и ярко, в точности как его собрат.
Я остановился в кругу их света на крыльце, тупо глядя на закрытый проход.
Ничего не происходило и мне это довольно быстро надоело.– Ну, выходи, сколько можно прятаться? – развернувшись, громко сказал я тьме.
В ней, локтях в десяти от меня, немедленно зажглись два зелёных огонька. Они плавно поплыли в мою сторону. Наконец, существо, следовавшее за мной всё это время, вышло на свет.
Это оказалась та старая дриада, жившая по соседству с Калиной в царстве Трак-Сайри. Из трещин-морщин в её коже-коре росли молодые побеги деревьев, а мох волос весь усыпан белыми цветочками, будто снегом. Но лицо у неё было молодое. Лицо Малисиерры.