Чтение онлайн

— Ну, давай, лань золотая, нагрузи меня работой полностью, — вместо приветствия оскалился мужчина, цепко отслеживая мое приближение взглядом.

— И вам добрый день, Кирилл Кириллович, — я уложила перед ним на стол стопку бумаг и встала прямо, сверяясь с записями в ежедневнике. — У вас встреча с заказчиком в десять, вызов в главный офис к пятнадцати ноль-ноль, и принятие решений по трем проектам, которые вы взялись курировать. Соломон Валерьевич перенес вашу встречу на завтра на двенадцать двадцать. Вы достаточно загружены для параметра «полностью»?

— Вот за что я тебя люблю, Милена, так это за то, насколько ты ядовитая змея за медовым тоном, — хмыкнул мужчина, проставляя свои карлючки по документам.

Ой какая любовь, какая любовь, я прямо сейчас рухну в обморок. Хотя, по правде говоря, именно его поведение и стало причиной, по которой я осталась здесь работать. Мужчина он конечно безалаберный в некоторых вопросах, но зато хоть не нужно вздрагивать из-за каждого случайного слова. И на начальскую фамильярность можно было всегда словестно отбрыкаться, а не чувствовать себя… игрушкой в руках богатенького идиота?

— В офис со мной поедешь, — постановил он, сдавая мне все выданные ему бумажки. — Заберешь в юридическом ящик коньяка, а то мне там показываться нельзя без рабочей причины, а Малевский на улицу не выносит, собака, говорит — выиграл, приди и забери.

Вот драма у человека — ящик коньяка не несут. Куда уж там мне со всякими древними ведьмами в подкорке.

— Как скажете, Кирилл Кириллович.

— Вот и умница, — он широко улыбнулся и полез в телефон, то ли звонить кому собрался, то ли писать, то ли в игрушки поиграться.

А я вернулась на свое рабочее место и тут же получила целую речь на тему коварства оборотней, моей рядом с ними осторожности и вероятных способов получения необходимой «шерсти». Да ради всего святого, с такими темпами я и вправду пойду падать перед боссом на колени в мольбе отрезать прядочку, лишь бы это внутреннее радио заткнулось, и я снова смогла вздохнуть спокойно.

— Помолчи, а? Мне вообще-то работать надо, — буркнула я, пытаясь всмотреться в нужные файлы и осознать их под недовольный голос.

«Вот в наше время…» затянула ведьма, и пришлось уже достаточно громко гаркнуть:

— А-ну цыц!

Внезапно сработало.

Ведьма, кажется, наблюдала. Мне даже стало интересно, были ли у нее носители до меня, или же прогресс пятиста лет, которые ее тело пролежало в пещере, совершенно прошел мимо? Насколько странно ей видеть сейчас компьютер и мир вокруг? Но спрашивать я, конечно же, не стала. Возможно дома, если к тому времени мне не захочется просто орать на нее благим матом, чтоб заткнулась. Потому что жить, когда в твоей голове кто-то говорит о чем-то своем — не так уж и легко вообще-то.

Ладно, это все конечно хорошо, но надо сосредоточиться на рабо…

И тут дверь в приемную открылась и в нее просунулась голова. Просунулась она буквально в полуметре от пола, пошевелила выразительно бровями и громким шепотом заявила:

— Милена. Пс-с, Милена. А пойдем на свидание, а?

— Прямо сейчас? — бросив на него косой взгляд, я снова вернула внимание к монитору.

Голова просунулась дальше, обзавелась шеей, плечами и телом заодно, и Шушер пополз к моему столу на корточках, после чего уложил подбородок на край столешницы и посмотрел лисицей, поющей у курятника:

— Вечером. Пошли, м?

— Максим Геннадиевич, вернитесь на свое рабочее место, — все так же глядя в монитор, с официальной вежливостью попросила я.

— Ну, Милен, ну пошли, — он склонил голову набок, умилительно улыбаясь.

— Шушер, — я развернулась к нему вместе со стулом. — Я тебя очень люблю, но иди, найди себе девушку и упо… успокойся с миром, а?

— Неть, я умру девственником, если ты не пойдешь со мной на свидание, — он улыбнулся еще шире, с долей умилительного коварства.

Ох уж это его «неть». Годы идут, а он все неть да неть. Я хмыкнула:

— Десяток твоих бывших опровергнут это заявление.

— Ну, ты же свечку не держала, — он уселся прямо на пол, сложив ноги по-турецки.

Вот так и определяется, когда в дизайнерском нет большой загрузки по работе — Шушер приходит развлекаться за мой счет. Четыре года я работаю здесь — четыре года у него есть любимая забава в виде попыток затащить меня на свидание. При этом у меня было стойкое ощущение, что он получает отдельное удовольствие от каждого отказа.

От условно остроумного ответа меня отвлек рабочий телефон. Я сделала Шушеру знак затихнуть и подняла трубку, приобретая очень рабочий вид — такое не редко помогало соблюдать официальную вежливость.

— Скажи Шушерову что, во-первых, я его вижу, даже если он сидит под твоей стойкой, а во-вторых, пусть зайдет ко мне, есть разговор, — абсолютно серьезным тоном заявил голос начальника в трубке и тут же пошли гудки.

Я оглянулась на его офис через стекло, милейше улыбнулась и развернулась к Шушеру:

— Тебя босс вызывает, будешь выползать из приемной, и заходить как нормальный человек, или как?

— Шушеров, ко мне! — раздалось по громкой связи, и парень невольно высунул голову над столом сильнее, глядя на шефа большими невинными глазами.

После чего встал до уровня корточек и вот так же, на корточках, пополз в кабинет начальника.

«Твой мир безумен, — вынесла вердикт старая ведьма, помолчала и добавила: — Мне нравится».

Ой, вот какое счастье, ей нравится. А мне нравилось, когда в моей голове были только мои мысли.

Я украдкой посмотрела в сторону стола начальника.

Судя по всему, КириллКирилыч властью своей словестной пытался заставить Шушера встать прямо, как взрослый адекватный человек. Ха, забавное он себе дело придумал, забавное.

Этот коллектив в целом выглядел и вел себя так, что я, в минуты свободы и расслабленности, нередко задавалась вопросом, как тут вообще все до сих пор работает, и не развалилось к старым ведьмам. Зато они… веселые. Атмосфера-то важный критерий, так все психологи поведенческие говорят. На это я каждый день и ведусь. Было вот в этих людях что-то такое, что притягивало к ним, одновременно с тем пробуждало что-то внутри, что-то детское, что ли, безбашенное.