Чтение онлайн

Выслушала Акулина отца, но от слова своего не отказалась. Собрала узелок, переоделась в простое платье и тайком в путь-дорогу отправилась.

Долго ли, коротко ли шла царевна Акулина, про то неведомо. Много дорог она исходила, много добрых людей на своем пути встретила. Но где бы она ни была, у кого бы ни спросила, никто не ведал о Чёрном Смерче. Наконец, привела дорога Акулину к лесу. Идет царевна по узкой тропинке, любуется. Солнышко сквозь ветви деревьев проглядывает, соловушка заливается песней переливчатой. Села она у старого дуба отдохнуть да перекусить. И только развернула узелок с едой, как, откуда ни возьмись, появилась перед ней белочка. Прыгнула она к царевне на колени, смотрит ей в глаза, словно просит чего-то.

– Видно, не мне одной есть хочется. Что ж, разделю с белочкой свой обед.

Насыпала царевна ей орешков. Схватила его рыжая попрыгунья и ускакала. А следом за ней из кустов медвежонок вышел, да рядом с девушкой уселся. Не испугалась Акулина, погладила малыша по голове, угостила медком липовым да за ушком почесала. Медвежонок лизнул её в щеку и в лес ушёл. А девица доела хлебушек, запила его родниковой водой и прилегла отдохнуть. Только глаза закрыла, вдруг слышит, будто плачет кто. Пошла она на тот плач и видит: сидит на земле возле дерева птичка-синичка и слёзы льёт.

– О чем ты так горько плачешь? – спросила девица.

– Как же мне не плакать? На этом дереве гнездо с нашими птенчиками. Злая куница, того и гляди, до них доберется. А я ничем своим деткам помочь не могу: крылышко повредила.

Подняла Акулина голову, смотрит – и впрямь, куница по дереву к гнезду пробирается, а вторая синичка её отгоняет, крыльями машет. Взяла девица палку и прогнала куницу. Обрадовались птички-невелички, принесли в благодарность гроздь черноплодной рябины. Поблагодарила их царевна и вернулась на то место, где отдыхала, а там уж старушка сидит: сама сухонькая да маленькая – девушке чуть до плеча достает.

– Здравствуйте, бабушка, – поздоровалась девица.

– Здравствуй, Акулинушка.

Удивилась царевна, что старушка знает, как её зовут, и спрашивает:

– Откуда вы имя моё знаете?

– Как не знать? Весь лес о тебе шумит. Да ты сама послушай.

Прислушалась Акулина к шуму лесному.

– А, и впрямь, шумит, – рассмеялась она. – Неужели обо мне?

– О ком же ещё? О тебе, милая. О доброте и ласке твоей, а ещё о смелости.

Засмущалась царевна и говорит:

– О чём вы, бабушка?

– Как о чём? О том, что белочку накормила, медвежонка не испугалась да пташкам лесным помогла. Вот об этом и гудит лес. Как же забрела ты в глушь лесную? Ведь местный люд давно дорогу сюда забыл.

– Правда ваша, бабушка: издалека я пришла. А зовут меня, и впрямь, Акулиной. Да вы и так всё знаете.

– Что знаю, а что и не знаю. Ступай за мной, девица. День уж к вечеру клонится: негоже тебе, на ночь глядя, в лесу время коротать. Переночуешь у меня в избушке да поведаешь, с чем пожаловала. Глядишь, может, и помогу чем. Я ведь не простая старушка, народ ведуньей меня кличет. Всякие премудрости мне ведомы.

Согласилась Акулина и пошла вслед за ней. Привела её ведунья в самую чащу леса к маленькой избушке. С первого взгляда её и не заметишь: спрятана она под пушистыми лапами старой ели. Подошла старушка к той ели, хлопнула три раза в ладоши – раздвинула ель свои ветви. И увидела царевна жилище ведуньи. Дверь приветливо отворилась, и гостья, нагнувшись, вошла.

Истопили они баньку, намылись, напарились. А потом уселись со старушкой–ведуньей за стол, стали ароматный чай с травами лесными пить с пирогами капустными, да разговоры разговаривать. Рассказала ей Акулина всё как на духу: и о том, как дружно жили они с отцом и сёстрами; и о том, как злой Чёрный Смерч унёс Василису и Любаву, и о том, как ищет она своих сестёр по всему белому свету. Всплакнула царевна, а старушка ей и говорит:

– Ты поплачь, внучка да послушай, что я тебе скажу. Дело ты доброе делаешь, сестёр из беды выручить надобно. Только без моей помощи тебе не справиться, так и будешь бродить по дорогам нехоженым, а сестёр своих не отыщешь. Но за то, что не сдаёшься и надежду не потеряла, помогу тебе.

Сказала так старушка–ведунья и достала с полки клубочек ниток.

– Некогда мне, бабушка, сейчас шить да вязать – в дорогу пора.

– Э, милая, не простой это клубочек, а волшебный. Выйдешь завтра из дому, бросишь его на дорогу – он и приведет тебя куда надобно. А теперь почивать ложись. Утро вечера мудренее.

Послушалась Акулина и спать легла. А рано поутру, лишь птицы защебетали, проводила старушка царевну до края леса, дала ей клубочек в одну руку, платочек в другую и говорит:

– Про клубок я тебе уж сказывала. А платочек этот подальше спрячь до поры до времени, он тебе ещё пригодится. Достанешь его, когда надо будет от лихого человека спрятаться. Махнешь платочком влево – невидимой станешь, махнешь вправо – прежний вид примешь.

Поблагодарила Акулина старушку-ведунью, спрятала платочек в кармашек, бросила клубок на землю и пошла вслед за ним. Мал клубочек, а катится быстро. Акулина едва поспевает.

Много ли, мало ли прошло времени с тех пор, как расстались они со старушкой – привела её дорога к высокой горе. Тут клубочек и остановился. Призадумалась царевна, да решила идти дальше. Стала она подниматься в гору по узкой, еле заметной тропинке. Долго взбиралась: день уж к вечеру стал клониться. Наконец, дошла она до пещеры, вошла с опаской под высокие своды и увидала огромного Орла. Испугалась царевна Акулина, убежать хотела, а Орел и молвил голосом человеческим:

– Не пугайся, красна девица. Вижу сердце у тебя доброе. Принеси мне, милая, водицы ключевой, да освободи от оков.

Пригляделась Акулина, а у Орла-то и впрямь лапы хитроумными оковами скованы. Крылья его на земле лежат, голова на грудь свесилась, гордый взор померк. Хоть и страшно к нему подходить, да сердце не выдержало. Пожалела она его, напоила водой ключевой, накормила хлебушком, что старушка-ведунья в дорогу дала. А потом освободила от оков, да и спрашивает:

– Что же с тобой приключилось? Кто приковал тебя в этой пещере?

Стал тут Орёл рассказывать:

– Семь лет уж сижу я в этой пещере без пищи и воды. Думал, сгину. Да, видно, сжалился Господь надо мной – тебя прислал. Как же звать-величать тебя, спасительница?

– Акулиной, – скромно ответила царевна.

– Послушай, Акулинушка, мою историю. Зовут меня Иваном. Был я когда-то царевичем, жил в далеком царстве-государстве с батюшкой да матушкой. И все-то у нас было хорошо, только стал на наши земли Чёрный Смерч налетать. Едва пшеница созреет, колос золотом нальется – налетит он, все колосья побьёт, а зерна по ветру развеет. Или, растет в деревушке девушка-краса. Холят её родители, лелеют. А только выйдет она за околицу, пойдет за ягодой или хворостом – Смерч уж тут как тут: налетит, да и заберет в своё царство. И так люд от него стенал, что повелел царь-батюшка отправляться на битву со Смерчем-лиходеем. Долго я скитался в поисках Чёрного Смерча. Слыхать-то про него, может, кто и слыхивал; а вот как найти – никто сказать не мог.