Чтение онлайн

Хотя, меня начало успокаивать то, что этому в своих мыслях я стал уделять больше времени, чем нашим идущим под откос отношениям, нашей, уже попахивающей мертвечиной, совместной жизни. Я даже начал потихоньку мечтать. Иногда. Стыдливо, будто опасаясь, что мои мысли могут прочитать. Мечтать о том, как меня будут везде ждать, узнавать на улицах и, самое главное, крутить мои песни в автомобилях, наушниках и праздничных колонках. Меня будут любить. Порой эти мечты даже затмевали реальность. Они придают мне сил.

В одной из квартир что-то грохнулось на пол и я испугался. Сдвинулся с места и подошел к нашей двери. Не дай бог сейчас кто-то выйдет, а я стою, задрав голову, неподвижно, и рассматриваю тусклый коридорный плафон. Примут за наркомана. Я и так их достал со своей гитарой, брынча и доводя до ума песни по несколько часов подряд.

Повернул ключ и услышал щелчок, к которому я так привык. Привык так же, как и к тому, что нужно толкнуть дверь для того, чтобы засов окончательно выскочил из запорной планки. Навалился, еще один глухой щелчок и я распахнул дверь. В квартире темно. Наверное, она уже спит или смотрит сериал в спальне. Аккуратно закрыл дверь, чтобы не шуметь. Пока носками ног стягивал ботинки, глаза уже начали привыкать к темноте. Аккуратно положил гитару на диван в гостиной и на носочках вернулся в туалет, который был рядом с входной дверью.

Все как обычно. Справил малую нужду, поленившись поднять сидение, выругался на себя же, вытер пару капель туалетной бумагой, выбросил в унитаз, подошел к раковине и включил воду погорячее. Хотелось, беспокоясь о чистоте, заодно согреть руки и лицо.

Умылся, взглянул на себя в зеркало и отправил волосы за уши, чтобы не падали на глаза. Показалось, что немного постарел… На самом деле я устал… Именно в тот момент я твердо решил, что нужно уезжать. Время, как его не умоляй, не растянешь и не остановишь. Только я сам смогу выиграть себе шанс. Только я должен и могу принять решение. Я могу достичь большего, осталось только действовать. Самотеком судьба будет разве что медленно сводить в гроб, который оставшиеся близкие опустят в землю, роняя слезы, размазывая их по красным щекам. В трех километрах от города, рядом с ароматным хвойным лесом.

Я вышел из ванной и вздрогнул. Она стояла посреди гостиной. Свет из приоткрытой двери спальни проливал немного ясности.

– Ты еще не спишь? Прости, если разбудил. Я немного задержался. Заехал в бар, обсудить кое-что, – почему-то, я занервничал и начал тараторить.

– Я так и поняла…

Она даже не обняла меня. Прошла рядом и пропала за дверью ванной комнаты. Словно я – уже надоевшее приведение. Захотелось ей нагрубить, но успокоился и сказал лишь:

– Ну ладно.

Я не стал раздеваться и просто сел на высокий стул. Справа от входной двери была кухня и стойка, которая заменяла обеденный стол. Грубо говоря, я сидел еще в прихожей, прямо напротив двери, за которой пропала моя девушка. Звук стремительно спускающейся воды. Она сейчас выйдет. Я знал, что не дотерплю до утра. Не хочу думать и жрать себя изнутри. Хочу поговорить сейчас, раз она не спит. Дверь открылась, она уставилась на меня равнодушным взглядом.

– Ты чего не раздеваешься?

– Сейчас. Подожди. Нам надо поговорить, – я поманил ее, своими пальцами приглашая подойти ко мне и взяться за руки, но она подошла и просто встала рядом. Я посмотрел на свои руки, которые были готовы к ее теплым ладоням и опустил. – Ладно. Х*р с ним.

– О чем ты хочешь поговорить? Может завтра? Я спать хочу.

– Нет, не завтра. Я тоже хочу, пять минут погоды не сделают, – подумал, как намекнуть ей о переезде и выяснить, что она думает по этому поводу, но мысленно пнул себя под зад, сжал свои мысленные яйца в мысленный кулак и сказал так, как посчитал наиболее правильным. – Мы переезжаем. Деньги у меня есть. Все будет хорошо.

– В смысле? – наверное, она сильно устала сегодня. Хотя, ничего трудного она не делала. Я был уверен. Но, ее лицо было лишено каких-либо эмоций.

– В прямом. Я не могу больше находиться в этом городе. Я уже бьюсь головой в потолок. Мы поедем в Волшебный Город. Там я поднимусь гораздо выше. Тем более, здесь мостов практически не осталось. Джерри оказался на редкость хитрым ублюдком.

– Джерри? Вроде неплохой парень. Кстати, он заходил часа полтора назад. Искал тебя, хотел поговорить.

– Нет. – Мое лицо на минуту стало злым. – Он мудак, каких свет не видел. Знала бы ты то, что узнал я, то сразу прогнала бы его и еще кинула утюгом вдогонку. Прямо в затылок. Мне прилично заплатили. Плюс отложенные деньги. Можем без проблем сразу снять жилье на первое время. Едем? – Я посмотрел на нее одновременно любящим и умоляющим взглядом. Она одна из немногих, с чьим мнением я еще считался.

– На твоей развалюхе? Мы не доедем.

Даже интонация ее голоса была монотонной, будто бы мою девушку подменили пришельцы. Меня это начало раздражать.

– Так, с моей машиной все в порядке. То, что она старая, не значит, что с ней что-то не так. Она еще нас переживет. Или ты теперь авто-эксперт?

– Да нет. Дай мне закурить.

Я достал две сигареты, закурил вместе и дал одну ей. Пододвинул пепельницу с дальнего края стойки.

– Ну? В чем проблема? Работу ты там найдешь без проблем. Не вижу преград. Или ты что-то мне недоговариваешь? В последнее время ты какая-то странная. Я уже поднимал эту тему. Раньше всегда предлагала поговорить, чаще смеялась, а теперь, когда я хочу поговорить, как ты меня и приучила, то ты увиливаешь и говоришь, что все нормально, устала, надо делать какие-то в хер не упершиеся дела. Я устал. В чем дело? – начал потихоньку вскипать.

Тишина. Только сигаретный дым копится над нами серой смолистой тучей. Мои руки дрожали. Я не выдержал:

– Господи. Да не молчи ты! Просто ответь мне. Я не задаю вопросов по высшей математике! Просто скажи мне – в чем дело?

– Ни в чем. Все нормально. Просто… я тоже устала. Я сама не знаю в чем дело. Скорее всего, во мне… Я никуда не поеду. Прости.

Она потушила половину сигареты, развернулась и ушла в спальню. Свет погас. Я остался сидеть в темноте. Мне стало очень херово. Старался держаться, сидел неподвижно, но сердце стучало, а мысли наседали одна на другую, играя, борясь за звание «царя горы».

Одной затяжкой докурил остаток сигареты, раздавил окурок и щелкнул по выключателю. В гостиной загорелся свет. Я направился в спальню. Не включая свет, не обращая внимания на ее тело, укрытое одеялом, достал из шкафа свою старую дорожную сумку и сгреб в нее с полки небольшое количество своих вещей. В основном это были футболки и трусы. Закинул с вешалки две рубашки и приправил ворох вещей джинсами, которые висели на изножье кровати. Застегнул сумку, схватил с пола рюкзак, в котором жили основные мои вещи, вроде тетрадки с набросками песен и смешными рисунками, бумажника, зарядки, пары упаковок струн (с моим стилем игры они рвутся чаще, чем положено). Вернулся на кухню и взял с полки подаренную мне на одном из выступлений бутылку виски.

Пока я собирался, мне было очень… нет, очень-очень плохо. Мозг искал малейшую зацепку, хотел завести с ней диалог, обнять, сказать, что все будет хорошо. Уснуть вместе с ней или продолжить ругаться, а после заняться сексом, в конце концов. Мозг очень хотел остаться, о чем напоминал горящей грудью и искусанными губами. Но, все уже решено. Подходить к ней было опасно для жизни. Шанс снова потратить время впустую слишком высок, а нас, видимо, уже не спасти.

Я закинул гитару на одно плечо, свой багаж на другое и открыл дверь. Передо мной знакомый коридор. Я хотел сказать ей хоть что-нибудь… Крикнуть что-то вроде: «пока!», «закрой за мной дверь!», «я скоро вернусь!». Но, увы. Я покинул ее дом и аккуратно захлопнул за собой дверь. Быстро спустился вниз, чувствуя и опасаясь, что сердце все сильнее хочет вернуть меня назад. Чем дальше, тем настойчивее. Надо бежать. Я на это не куплюсь. Я не сдамся. Все уже решено. Борьба оказалась настолько жесткой, что по пути в машину я до крови прикусил верхнюю губу. Но, где-то глубоко внутри, словно петарда во время праздничного салюта, почти незаметно, взрывалось чувство облегчения.