Чтение онлайн

– Через час мы будем на месте. Просыпайтесь.

Девушка открыла глаза, встала, умылась, привела себя в порядок и стала готовиться к встрече. Поезд остановился, и в окно она увидела Николая с букетом цветом, а рядом маму с папой.

– Как я рада вас видеть, мои дорогие, – произнесла Елена и заключила всех в объятья.

– И мы тебя! – улыбнувшись, отозвался Николай.

– Я буду без тебя скучать! Два года тебя не увижу.

– Сестренка, я буду писать тебе письма каждую неделю и рассказывать все, что со мной происходит. А пока у нас с тобой еще целых три счастливых дня, – сказал Николай, обнял Елену как можно крепче, поднял на руки и закружил, затем взял ее чемодан.

– Что ты делаешь, прекрати дурачиться! – хохотала девушка. – Мама, папа, скажите же ему, что я тяжелая.

– Если ты тяжелая, тогда я вообще слон, – шутил Николай.

Все смеялись. Так и добрались до дома. День прошел незаметно. Елена занималась уборкой, помогала по хозяйству. Вечером девушка, когда все уже легли спать, решила протереть пол в кухне. Вдруг ей стало плохо. Она не могла пошевелиться и сделать шаг. Так и осталась сидеть в скрюченном состоянии на стуле. Николаю не спалось и жутко хотелось пить. Он вышел из своей комнаты, прошел на кухню и увидел, как у сестры изо рта идет кровь.

– Лена, что с тобой? Что случилось? – с дрожью в голосе спросил брат и прикоснулся к сестре. Девушка не издавала никаких звуков. Он вбежал в спальню к родителям и закричал: – Мама, папа, скорее вставайте, нужно врача, «скорую помощь», Лене очень плохо, только не пугайтесь.

Родители вскочили и побежали на кухню. Вызвали «скорую помощь», и девушку доставили в больницу. В то время заведующий поликлиникой разговаривал с хирургом. Увидев девушку, он спросил привезших ее родителей:

– Откуда она?

– Из Омска.

– Вызывайте вертолет и в Омск ее везите. Мне трупы здесь не нужны. Она уже не жилец.

– Ты что такое говоришь? Какой Омск? Ее туда не довезут, – сказал хирург.

– Мне проблемы не нужны. Она не из нашего города.

– Мы не можем оставить человека умирать, – кричал хирург.

– Это не наш пациент, – твердо стоял заведующий на своем.

– Срочно в операционную ее, – скомандовал хирург, обращаясь к медперсоналу.

– Что ты делаешь? Как смеешь мне перечить?! Она умрет, а ты пойдешь в тюрьму. Я тебя засажу. Ты меня слышишь?

– Я тебя слышу, но я не могу оставить человека умирать. Я давал клятву.

– Тебе ее не спасти, тюрьма по тебе плачет. Пиши расписку. Вся вина будет на тебе.

– Я не оставлю человека умирать. Мне некогда с тобой разговаривать. Делай со мной что хочешь, а сейчас извини, мне пора спасать человека, – произнес хирург и побежал в операционную.

– В тюрьму пойдешь, в тюрьму, – услышал он вслед.

Хирург не обращал на него внимания. Он понимал, что дело слишком ответственное и рискованное. Девушка исходила кровью, и на ее спасение шансов не было никаких, но где-то глубоко внутри он верил, что все делает правильно. Когда ее разрезали, то врач увидел, что у нее лопнул аппендикс и гной стал распространяться по организму. Операция была сложная, продолжалась несколько часов. Хирург из последних сил боролся за жизнь своей пациентки.

– Крепись, все будет хорошо, вот увидишь, все будет хорошо, – приговаривал он, вытирая пот со лба, – я сделаю все, что в моих силах.

Елена летала по комнате и наблюдала со стороны. Ей было так хорошо. Она видела свое тело, оно ей жутко не понравилось, видела людей в белых халатах, много крови.

– Мы теряем ее, мы теряем, – кричал хирург. – Всем собраться. Мы должны спасти ее, мы должны.

В этот момент девушка увидела свет. Ей так захотелось прикоснуться к нему, но вдруг она почувствовала, как падает вниз и оказывается на операционном столе.

– Слава богу, мы ее вернули, – дрожащим голосом произнес хирург.

Операция была закончена. Елену подключили к различным аппаратам, в том числе к искусственному дыханию. Девушка не приходила в себя долгое время. Евгений Петрович, хирург, постоянно находился рядом, контролировал каждое изменение, которое происходило в ее организме. Через полтора месяца девушку поместили в общую палату с тремя мужчинами. Она открыла глаза и стала постепенно приходить в себя. Повернув голову, она увидела, что находится под капельницей, а рядом стоит какой-то мужчина.

– Слава богу, ты живая! – улыбнувшись и сдерживая слезы, произнес Евгений Петрович.

– Где я? Что со мной произошло? – шепотом спросила Елена.

– Ты в больнице. У тебя была сложная операция. Тебе сейчас нужно соблюдать полный покой.

Тут в памяти девушки стали всплывать обрывки фраз и картин происходившего. Она посмотрела на доктора и тихим голосом произнесла:

– Спасибо, – и как могла, улыбнулась.

– Теперь отдыхай, не делай никаких резких движений. Все самое страшное уже позади. Родные за тебя очень переживают.

– Где мама?

– Мама скоро придет. Отдохни немного. Запомни, никаких резких движений.

– Хорошо.

Елена заново училась жить. Она лежала на кровати и не делала никаких резких движений. Шло время. Ее поили куриным бульоном, как-то она попросила медсестру дать ей маленький кусочек черного хлеба.

– Тебе нельзя, – сказала пожилая медсестра.

– Прошу вас, я умираю, так хочу ломтик хлеба.

– Хорошо, хорошо, сейчас принесу.

Женщина куда-то ушла, потом принесла маленький-маленький кусочек хлеба, казалось, он просвечивал насквозь, и дала его Елене. Та жадно впилась в него зубами, закрыла глаза и стала рассасывать. В этот момент она была самая счастливая на свете. Медсестра смотрела на нее и плакала.

Однажды Елена открыла глаза, прислушалась и поняла, что один мужчина не дышит. Она вскочила на ноги и что было сил закричала: «Врача!» В этот момент все кругом посыпалось, у нее закружилась голова, и она упала в обморок.

– Что ты наделала? – встревоженно говорил Евгений Петрович, приводя ее в чувство.

– Он перестал дышать, он умер, – придя в себя, прошептала девушка.

– Зачем же ты вскочила с кровати? Я же говорил, что тебе нужен полный покой.

– Простите меня, он умер, – твердила девушка вновь и вновь.

– Ее нужно срочно перевести в отдельную палату.

– Но у нас нет отдельных палат.

– Кто лежит в 43-й?

– Молодой парень, знакомый нашего заведующего.

– Значит так, его переводим сюда, а девушку в сорок третью, и чтоб полный контроль был за ней.

– Евгений Петрович, когда Геннадий Васильевич это узнает, ему не понравится, будет скандал, – оторопев, сказала медсестра.

– Я все беру на себя.

– Хорошо. Сейчас все сделаю.

Утром, когда на работу пришел заведующий, он был вне себя от ярости.