Чтение онлайн

– Гротт, извини, но я все не могу понять, почему мы на лошадях? Если Шеб волшебник, можно же хоп, – я щелкнул пальцами, – и мы на месте. Или хотя бы наколдовать теплую куртку, – мне все сильнее не давал покоя тот факт, что я должен был терпеть кучу бессмысленных напрягов, в то время, как у нас под боком волшебник, способный в одно мгновение их решить.

– Нельзя, – покрутил головой тролль.

Сначала мне показалось, что он продолжит говорить и расскажет, почему нельзя переместиться сразу в пункт назначения при помощи нашего волшебника. Почему нельзя было взять нормальную карету, чтобы все ехали под крышей. Почему нельзя организовать нормальный ночлег. Какая такая необходимость спать на земле.

Но Гротт молча, смотрел на дорогу, управляя лошадьми.

– Почему нельзя? – снова спросил я.

– Это привлекает внимание.

– Так ведь никого нет на многие километры!

– Волшебная стража вмиг почует.

– Что за волшебная стража?

– Они следят за тем, чтобы никто не применял магию… э… ну, не по целевому назначению.

– Перемещение из точки А в точку Б, чем не назначение-то? – удивился я.

– Слушай, малой, чего ты ко мне прицепился?! – психанул тролль. – Почем я знаю, отчего на Вройсе установили те или иные правила? Сказано, надо ехать в карете, значит, едем в карете!

– Но почему?

– А!!! – взревел Гротт. – Вечером на привале приставай со своими расспросами к Шебу, а от меня отвали!

Его реакция, мягко говоря, удивляла. Вроде бы ничего криминального я не спрашивал. Что такого в том, что я хочу знать, почему Шеб не применяет магию?

Вечером, перед сном, когда я рассказал волшебнику о неадекватном поведении тролля, он улыбнулся и сказал:

– Не обижайся на него.

– Ды я как бы и не о том. Просто, хотелось бы знать причину.

– Видишь ли в чем дело, тролли, народ раздражительный. Гротт, кстати, еще спокойно себя ведет, будь на его месте другой верзила, ты давно бы лишился руки или головы.

– Очень мило, – поежился я.

– Привыкай, ты, больше не у себя дома. Многие наши обычаи будут казаться тебе странными или вовсе пугать.

– Так почему ты не применяешь сейчас магию?

– Стоит мне применить любое заклинание, я тут же попаду в поле зрения волшебной стражи. А оно нам надо?

– Не надо, – кивнул я.

– Вот и я о том же, – улыбнулся Шеб. – Идем, жевнем чего-нибудь. Не знаю как ты, а я зверски голоден.

Уже у костра, жуя солонину и попивая разбавленное вино, я спросил:

– Скажи, Шеб, а вот если человек не расположен к волшебству, есть ли штуки, которые могут это изменить?

– Есть. А тебе зачем?

– Ды так.

– Хочешь вернуться домой и захватить мир? – улыбнулся волшебник.

– Ну, не то чтобы весь мир… – смутился я. – Как ты узнал? Мысли читаешь?

– Все вы, недоразвитые мыслите однообразно и прямолинейно, – проворчал гном Гек, – так что тут даже мысли читать не нужно.

– Чой-то я недоразвитый? – меня уже начинали раздражать постоянные издевательства со стороны тролля и гнома.

– Вот те раз! – всплеснул руками Гек. – Я только что тебе все объяснил, а ты не понял…

– Так, успокоились оба! – воскликнул Шеб. – Извини Женя, но твой мир не связан с Альянсом, так что там нельзя применять магию или предметы, приобретенные за его пределами.

– Фигово, – вздохнул я. – А, что за Альянс?

– Скоты, из-за которых все пошло кувырком, – процедил сквозь зубы Гек и презрительно сплюнул.

– Альянс, это союз миров, между которыми налажена торговля и разрешено перемещение, – пояснил Шеб.

– Понятно, – кивнул я, сам думал о том, что эта троица появилась в моем мире, не смотря на то, что он не связан с их Альянсом. Значит, есть способы обойти запреты, и я обязательно придумаю, как вернуться домой с крутой волшебной штукой.

Чуть позже, когда гном и тролль уснули, я поделился с волшебником своими мыслями насчет того, что Гек и Гротт меня явно недолюбливали.

– Это пройдет, – как обычно улыбнувшись, ответил он, – нужно просто притереться. Две-три общих делюги, они поймут, что ты свой и все будет хорошо.

Несколько минут мы молчали, я все не решался задать еще один вопрос.

– Шеб.

– Ну, что еще?

– Почему они такие озлобленные?

– Так уж вышло. Жизнь несправедлива и, зачастую, жестока. Жизнь троллей еще хуже, бедолагам не повезло ни с интеллектом, ни с волшебными способностями.

– Зато сильные, – подметил я.

– Да, сила, это не плохо, пока не нарвешься на того кто сильнее. На Вройсе магия победила кулаки, клыки и мечи. Великое восстание троллей было разбито почти шестьсот лет назад. С тех пор они разобщены, лишены лидера и единой цели. В Южных горах есть небольшое племя, но это капля в море.

– А, гномы?

– У гномов было все иначе: свой мир, фабрики – на которых работали сотни тысяч собратьев Проныры. Гениальные и трудолюбивые творцы, что бы они ни делали, получалось великолепно! И каждый в Альянсе знал, если тебе нужна хорошая техника, тебе на Дорвер. Гномов сгубила жадность, – вздохнул Шеб. – Мировой финансовый кризис, который возник из-за оптимизации…

– Что за оптимизация? – уточнил я.

– Для увеличения производительности и снижения затрат, правящие кланы стали заменять гномов-рабочих на механизмы. Не удел оказались тысячи таких как Гек. Ни работы, ни денег, чтобы прокормить себя или свою семью. Как итог, массовые протесты, бунт и гражданская война. Простые гномы бились за улучшение жизни, а правящие верхушки за власть. Но когда магия переплетенная с техникой применяется во зло, это приводит только к одному, Дорвер теперь бесплодная пустошь, на которой поколениями никто не сможет жить.

– Зато наши изобретения стали на вес золота, – раздался за спиной голос гнома. – А мастера, – он широко улыбнулся, – которые их делают, вовсе бесценны.

– Что есть, то есть, дружище, – улыбнулся в ответ Шеб.

Вечером третьего дня, вместо привычного «привал», Гротт, останавливая лошадей, пробасил:

– Тр-р-р, стой! Приехали!

Дальше, в нескольких километрах от нас, на холме, мрачной громадиной возвышался замок Эйвильстинн. В живую он оказался невероятно огромным, намного больше, чем я себе представлял.