Чтение онлайн

– Чем я могу помочь?
– устало прикрыл глаза он.
– Я же уже мертв...

– И не надейся!
– гаркнули у него прямо над ухом.
– Накуролесил, а сам бежит! Тоже мне, мужчина...

Стоп. Что?

– Я жив?
– неверяще приоткрыл глаза он.

– Тебе что, память отшибло?
– лицо девушки было искажено злостью. Рывок, и он практически стоит на ногах, а она зажимает ворот его майки в правой руке. Бинты на руке начинают окрашиваться розоватым.

Это прикосновение словно послужило толчком, и воспоминания словно нахлынули на него. Неожиданно остановившийся бой - хотя какой там бой, так, избиение младенцев - фигура той школьницы, Юны, в проходе, странный разговор, ее речи о чтении мыслей...

– Ты!
– рука послушно трансформировалась.

– Ну, я, - пожала плечами она.
– Вспомнил?

– Где мы?

– В твоем внутреннем мире, - усмехнулась Юна... или же Карада?
– Тут забавно, правда? А знаешь, что забавнее всего?

Он недоуменно огляделся по сторонам. Камера как-то неуловимо изменилась... Стоп. На стенах было множество трещин, и они складывались в изображения и надписи. На одной стене самыми глубокими трещинами были изображены все они, выжившие на первом этапе эксперимента. На второй - лицо доктора Кромбеля и какие-то строки. На третьей же и четвертой продолжались эти строки. И, главное отличие... Двери тут не было. Вообще.

– Может, ты и не знаешь, но во внутреннем мире каждая деталь символична, - вздохнув, начала объяснять его собеседница.
– К примеру, замкнутое помещение означает стену между собой и всем остальным миром. Отсутствие дверей или окон в таком случае свидетельствует о сильном и постоянном ощущении безысходности. Обилие белого цвета говорит о внутренней пустоте. Трещины говорят об идущих деструктивных процессах психики. Зеркала или иные отражающие поверхности, сотворенные человеком, указывают на наличие шизофрении. Разнообразные же рисунки или надписи означают наличие ментальных закладок.

Стоп.

– Ты еще тогда говорила о закладках, - произнес он. Все верно, организация своего не упустит...
– Чем они тебе так интересны?

– Слишком явно чувствуются, - пожала плечами она.
– Значит, или сделаны донельзя грубо, или же на грани срыва. Сам смотри...

Действительно, лицо Кромбеля на стене и записи говорят сами за себя.

– Да, я не ошиблась, - подошла к стене девушка. Под ее взглядом трещины на стене начали зарастать, и вскоре были видны лишь блестящие квадраты плитки.
– И правда, висят на соплях.

Уничтожать закладки врагу...

– Зачем?

– Что зачем?
– она развернулась к нему, отрывая взгляд от зарастающих трещин на другой стене.
– Зачем я снимаю тебе закладки? Если тебе будет так проще, считай, что я идеалистка, думающая, что ты не виноват.

– Лжешь.

– Лгу.

– Тогда зачем?

– Ну...
– она взъерошила волосы.
– Считай это чем-то вроде профессиональной этики. Может, если бы закладки стояли красиво и аккуратно, я и полюбовалась бы да оставила бы так, а это убожество грех не стереть.

– Опять лжешь.

– Да, опять лгу.

– И все-таки?

– Какой ты настойчивый...
– девушка только тяжело вздохнула.
– Личное это, личное. Такой ответ устроит?

Уже через несколько минут она стояла посреди комнаты с тремя чистыми стенами. Трещины оставались только на той, где они складывались в образы его товарищей.

– А это...
– нерешительно произнес он.

– А это уже твое творчество, - ворчливо отозвалась собеседница.
– Ты чем думал, прелесть моя, когда сам себе закладки устанавливал? Задницей? Или же...
– по мере того, как его лицо вытягивалось, она бледнела.
– Только не говори, что это было случайно. Нет, правда что ли? Ох... идиот...

– Можно это не убирать?
– еле слышно отозвался мужчина. Девушка поперхнулась своей речью и на секунду задумалась.

– Пока можно и оставить, - наконец ответила она.
– Все равно вреда особого нет. Ладно, тогда переходим к следующему этапу.

– Следующему?

– Ты вообще, слушал, что я тебе говорила?
– тут он схлопотал легкий подзатыльник.
– Я, по-моему, прямым текстом сказала, что у тебя проблем до кучи. И ладно всякие депрессии, это пройдет, а вот шизофрению лечить надо.

– Шизофрению?

– Хватит уже переспрашивать!
– повысила голос девушка.
– Да, шизофрения. Случай не запущенный, личность вторая еще не полностью сформировалась. Ярче всего видны только когнитивные нарушения, остальные признаки только наклевываются, именно поэтому ты сейчас тут один. А знаешь, из-за чего это? У твоих закладочек был защитный механизм, вот только сработал он криво да косо. Ты их самостоятельно почти сорвал, вот и получил то, что сейчас имеем.

Шизофрения... М-да. Перспектива стать сумасшедшим не радует совершенно. А вторая личность и вовсе ни к чему.

– Уберешь?
– голос кажется хриплым от волнения.

– Придется постараться, - пожимает плечами она. Итак...

Ее бинты практически мгновенно окрасились в красный цвет, но зато стены, потолок и даже пол стали полностью зеркальными. В каждом квадрате плитки отражалось его лицо.

– Работа грубовата, да... Но наложилось на твой, с позволения сказать, щит, и стала фактически идеальной, - бубнила мозголомка.
– Так, сейчас я задам тебе несколько вопросов, а ты отвечай честно. Что ты чувствуешь по отношению к обычным людям? Просто закрой глаза, прислушайся к себе, и только потом отвечай.

Что чувствует по отношению к обычным людям? У них есть все, чего нет у него. Свобода, семья, воспоминания и будущее, а они совершенно этого не ценят.

– Завидую им, - наконец произнес он.

– Ненавижу их, - раздался его же голос со всех сторон. Что за? Губы каждого из его отражений шевелились.
– Ненавижу, ненавижу, ненавижу...

– Что за?

– Вторая формирующаяся личность, - голос девушки был будничен.
– Видишь? А это только начало.

Боже...

– Ладно, дальше. Почему вы раз за разом устраиваете все эти гонки с упырями?

– Не знаю, - нахмурился он. Теперь он и вправду не понимал.
– Развлекались, наверное

– Чтобы они все сдохли!
– скалятся его отражения.
– Пусть упырь убьет столько, сколько сможет, а потом я убью и его!

Нет, это не может быть реальностью. Это какой-то сон.

– Ты хочешь потом отпустить детей?

– Да, - ответ дался легко.

– Нет, - от отражений раздается безумный смех.
– Пусть все умрут!