Чтение онлайн

– И что дальше?
– прищурился здоровяк.
– Ни за что не поверю, что вы еще ничего не запланировали.

Мы с коллегой только переглянулись. Неужели мы так читаемы, а?

– Ну, в общем-то, да, - кивнула я.
– Тебе я могу повысить болевой порог до максимума на ментальном уровне, в результате чего период между приемами обезболивающего увеличится как минимум в два раза. Есть еще вариант - я наложу на тебя иллюзию, благодаря которой ты не будешь чувствовать боли вообще, но мне потребуется часто ее обновлять. Параллельно я продолжу лечить тебя своей силой, что ускорит приживление генома и развитие способностей. Касательно же тебя, волчара...
– двадцать первый только дернулся.
– Я могу взять образца клеток твоего сердца, чтобы создать препарат для генной терапии, а дальше, как говорится, смотрите выше. В результате месяца за три вы выйдете на уровень полукровок, а дальше посмотрим. Ну что, согласны? Говорю сразу, данные процедуры обязательны только для двадцать четвертого, так как его состояние нестабильно и без применения медикаментов только начнет ухудшаться.

Эмычи только переглянулись.

– Если вы поможете мне, то я буду благодарен, - немного подумав, произнес седовласый.

Ну, хоть с чем-то мы разобрались!

Глава 19.

Утро подкралось незаметно - только поднявшись на первый этаж, я через жалюзи заметила посветлевшее небо. Плодотворная ночка, однако, выдалась...

– А где все?
– недоуменно поинтересовался волчара. И впрямь, в гостиной было пусто.

– Наверху, - на секунду прикрыв глаза, отозвался его напарник.
– Дети в одной комнате, Рэйзел-ним в другой.

– Спать, наверное, пошли...
– зевнула я.
– Завтракать будете? Я что-нибудь приготовлю...

– Да, мы со всем этим и про ужин забыли...
– покачал головой Франкенштейн.
– Я помогу.

– Может, и нам помочь?
– засомневался двадцать первый.

– А вы готовить умеете?
– ядовито отозвалась я. Ну да, логично... Эмычи потупили взгляды.
– Если хотите помочь, потом посуду помоете.

Так, что у нас там в холодильнике... Ага. Можно сделать сладкие и не только блины и пару салатов. На завтрак вполне нормально. Достав необходимые ингридиенты, я начала наводить тесто. Завтрак должен быть таким, чтобы по всему дому пахло едой, тогда никто не будет лишние "пять минуточек" разлеживаться в кровати.

– Знаешь, человеку очень сложно обрести силу самостоятельно, - неожиданно начал мужчина. Честное слово, я чуть не высыпала всю муку из пакета!

Эмоции... Фух. Ему просто любопытно.

– А с чего бы мне выставлять себя на всеобщее обозрение?
– пожала плечами я.
– Чем меньше людей обо мне знают, тем меньшая мне угрожает опасность.

– Осторожность - лучшая составляющая доблести, - улыбнулся он, нарезая помидоры на салат.
– Что ты можешь? Судя по тому, что я видел, твои способности не могут использоваться как полноценное оружие.

Замешав тесто, я поставила его на стойку и прикрыла кастрюлю крышкой. М-да...

– Я тоже почти ничего не знаю про твою силу, - покачала головой я. Так, надо бы выбрать начинки, пока тесто пять минут поднимается...
– Странные энергетические атаки, блокирование регенерации, плюс некоторое усиление физических показателей...

– Ну, я думаю, молчать смысла не имеет, - пожал плечами мой собеседник.
– Как ты наверняка знаешь, у глав кланов ноблесс есть так называемое Оружие Духа, с помощью которого они раскрывают свои способности в полной мере. В этом оружии скрыта душа предка главы клана. Форма и виды атак могут быть разнообразными, но не в этом суть. Я пытался повторить Оружие Духа, но мне не хватило сил. Суть в том, что душа ноблесс несоизмеримо сильнее человеческой, а уж про глав кланов и говорить не стоит...

– Стоп, - так, на сытные начинки пойдут ветчина и сыр, как вместе, так и по отдельности. Сладкие же... Думаю, яблок, бананов и двух видов джема хватит за глаза. Руки сами собой нарезали ингридиенты.
– Ты восполнил качество количеством, верно?

– Верно, - отстраненно кивнул он.
– Люди умирали тысячелетиями в войнах и эпидемиях, а их души тщательно собирались. Не я начал этот проект, но я его закончил.

– Вот как...
– вздохнула я. М-да, вот и объяснение: создание аналога философского камня, растянутое во времени и пространстве. Интересно, как это отразилось на личности коллеги? Хотя у меня есть догадка...
– То безумие, которое я чувствую от тебя... Это побочный эффект?

– Да...
– рассеяно произнес Франкенштейн.
– Высвобождая Черное Копье, я начинаю терять контроль над собой. А твоя сила?

Ну... Этого вопроса я ожидала.

– Я долго ее собирала, - уклончиво произнесла я.
– У меня была врожденная слабая предрасположенность к менталистике, и мне удалось ее развить, а позже и усилить, когда я с переселением в чужие тела начала поглощать души, которые сливались со мной.

– Ты говорила, что вы использовали души. А остальная сила?

Я тяжело вздохнула. Ну не любила я эту тему...

– На Востоке много учений, рассказывающих о внутренней энергии организма. Тот же цигун... Знаешь, я за довольно долгое время собрала неплохой список способностей, усиливая до максимума предрасположенности захваченных тел. Но теперь, когда Пишущая заблокировала почти всю мою силу, то я не могу использовать практически ничего, кроме способностей псайкера, небольшого усиления тела и исцеления.

Ага, вот и тесто подоспело. М-ням! Пора печь.

– Никогда не слышал о подобной способности, - в собеседнике проснулся ученый со свойственным ему любопытством. Вот же б...! И как выкручиваться, а?

– Это не исцеление в прямом смысле этого слова, - нехотя начала пояснять я.
– Данная способность позволяет мне как регенерировать самостоятельно, так и залечивать чужие повреждения... при некоторых условиях.

– Целительство в твоем исполнении я уже видел. Впечатляет. Как ты это делаешь?

Ох... Придется все-таки пояснить.

– Скажем так, я могу поглощать жизненные силы врага, а затем использовать их для своего исцеления или помощи союзников...

Я уронила лопаточку и вынуждена была опереться на стойку у плиты, чтобы не упасть. Шок и изумление Франкенштейна были подобны давлению нескольких километров воды над головой.

– Повтори, - произнес он.
– Про жизненные силы.

– Я... могу их поглощать... и отдавать...
– каждое слово давалось с трудом. А потом был такой удар жгучей надежды, что у меня буквально подкосились ноги.

В себя я пришла только через несколько минут. Я сидела на стуле за столом, Франкенштейн же обеспокоенно хлопотал рядом.

– Млять...
– еле слышно произнесла я.
– Никак нельзя было приглушить эмоции, а?

– Прости, - отвел взгляд он, усаживаясь на стул рядом.
– Надо поговорить.

– Чуть позже, ладно?
– у меня же блины... Но только я начала вставать, как меня притормозила ладонь на плече.

– Завтрак подождет, - взгляд голубых глаз был предельно серьезен.
– Мне может понадобиться эта твоя способность отдавать жизненные силы.