Чтение онлайн

Потом мы долго лежали рядом, не в силах пошевелиться.

– Макс, скажи, а они когда-нибудь закончатся? – неожиданно для себя спросила я.

– Что именно?

– Ну, наши с тобой отношения…

– А ты этого хочешь?

– Нет, что ты! Если ты меня когда-нибудь оставишь, я, наверное, сойду с ума.

– Я никогда тебя не оставлю. Я слишком долго искал тебя, Лена.

– Но ведь ты меня почти не знаешь.

– Я знаю о тебе всё.

Услышав эту фразу, я не на шутку испугалась.

– И что же ты обо мне знаешь?

– Я знаю, что ты молодая, красивая девушка, достойная моей любви.

– Макс, а если бы ты услышал обо мне что-нибудь плохое?

– Я бы не стал это слушать.

– Ты не ответил на мой вопрос. Если бы моя биография оказалась далеко не идеальной, ты бы изменил своё отношение ко мне?

– В моей биографии, Лена, много чёрных пятен. Ну и что? Будем считать, что мы оба вылезли из дерьма, очистились и теперь будем жить нормальной, полноценной жизнью, именно такой, о которой долго мечтали. В ближайшее время я разберусь со своими делами, и всё встанет на свои места. А пока, Леночка, поживи у себя дома, ведь тебе больше ничто не угрожает.

– А ты?

– А я буду к тебе приезжать.

– Разве мы не можем жить вместе?

– Когда всё закончится, мы обязательно будем жить вместе.

– А это долго?

– Думаю, что нет.

Макс нежно коснулся губами моих волос, подул тихонечко, выдыхая тёплый воздух, и закрыл глаза.

Грудь его равномерно вздымалась. Уснул, поняла я.

А мне спать не хочется. В эти часы я привыкла работать. Но это теперь в прошлом. С завтрашнего дня начинается новая жизнь. Собственно, она уже началась. Спокойная, счастливая жизнь. Вскоре мы с Максом поженимся. Я буду ему хорошей, верной женой. И дети у нас тоже будут. Первым родится мальчик. На подбородке у него будет ямочка – такая же, как у Макса. И волосы будут такими же густыми, и глаза такими же весёлыми.

А потом – девочка. Моя маленькая дочка. Уж ей-то не придётся зарабатывать на жизнь, торгуя собой. Мы с Максом сделаем всё, чтобы наши дети выросли счастливыми.

Сначала я буду заниматься с ними сама, потом найду хорошую школу. Что ещё? Музыка, теннис, английский – стандартный, но необходимый набор. Престижный вуз, хорошая работа. Лучше всего – за границей…

Ой, что это я замечталась? Может, пойти освежиться? Душно у Таньки. Окно она попросила не открывать – стекло на соплях держится, вылететь может в любой момент. Мастера вызывать – дорого. Хотя из моих ежемесячных «взносов» вполне могла бы выкроить сотенку-другую на ремонт.

Бестолковая она!

Накинув на голое тело халат, я босиком пошлёпала в ванную. Ванная у Таньки находилась рядом с кухней.

Из-под двери пробивалась узкая полосочка света – там кто-то был.

– Да я это, я, – долетел до меня приглушённый голос Толика.

С кем это он? Ага, шнур телефонный. В Ригу, наверное, звонит. Клянётся жене в верности.

Нет… С женой так не разговаривают. Уж больно тон деловой. Это в половине-то пятого утра?

Прижавшись к стенке, я затаила дыхание и прислушалась.

– Да, деньги уже у меня, – докладывал кому-то Толик. – Правда, я рассчитывал на большую сумму, но, перевернув всё вверх дном, ничего не нашёл. Не понимаю, куда этот урод смог их спрятать? Я точно знаю, что деньги у него.

«Вот так-то… – подумала я, плотнее приникая ухом к двери. – А Толик не такой простачок, каким старается казаться. Он переживает из-за каких-то денег… Из-за каких?»

– Не бери в голову, – продолжал Танькин ухажёр, – у меня железное алиби. Бабы сами ничего не поняли. Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз. Но в общем-то всё прошло без лишних осложнений. Правда, с деньгами неувязочка вышла. Ну да ладно, хоть какую-то сумму наскрёб. Получается, что я всё-таки не зазря человека на тот свет отправил. Ну, до связи!

Я метнулась в кухню и, не включая света, затаилась у раковины, схватив со стола пустой стакан.

«Жажда замучила», – вертелась на языке глупая фраза. Дверь ванной едва слышно скрипнула. Неужели конец?

Удаляющиеся шаги прозвучали для меня как торжественный марш. Ликование труб, звон литавр – «Прощание славянки» да и только. Даже жалко, что, кроме меня, этой радостной какофонии не слышал никто из присутствующих в квартире.

Постояв немного, скорее для порядка, я прошла в ванную, сняла халат и встала под душ. Прохладные струи смыли с меня остатки оцепенения.

Голова заработала с удвоенной силой. «Получается, что я всё-таки не зря человека на тот свет отправил…»

С ума сойти: Толик – убийца. А с виду тихий такой. «Бабы сами ничего не поняли…» Какие бабы? Может, мы с Танькой? «Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз…» Когда в Танькину квартиру ввалился Драный, мы действительно испугались. Всё сходится.

Драного убил Толик. Нет… Он не мог его убить. Они же братья. Пусть не родные, двоюродные, но всё равно братья. Сколько здесь было слёз, сколько воспоминаний…

Из одной рогатки стреляли, одну сигарету делили на двоих – ах, ах! Слёзы-то как раз и настораживают. Не верю я картинно ревущим мужикам. Хотя… Нет, не знаю, не берусь судить. Утречком шепну потихоньку Таньке, чтобы была поосторожнее. Впрочем, говорить ей что-либо сейчас бесполезно. Влюблена, дурочка, в очередной раз влюблена. А значит, грудью встанет на защиту своего ненаглядного хахаля, будь он трижды проклят.

Что ещё? Деньги. «Деньги уже у меня…» Рассчитывал он на большую сумму, но и эта его вполне устраивает. Тысяча рублей – уже сумма, но Толик, судя по всему, заполучил гораздо больше. Интересно сколько? Вернёмся-ка, кстати, ещё разочек к этой фразе: «Деньги уже у меня». Переводим с русского на русский: они здесь. Остаётся только найти их.

Закрутив кран, я поспешно вытерлась стареньким полотенцем, до неприличия протёртым на концах, натянула халат и вышла из ванной. Пиджак Толика висел на вешалке. Чтобы не быть застигнутой на месте преступления, я сняла его и унесла в комнату. Пиджак был тяжёлый, почти как пальто. Наводит на мысли, однако.

Проверим, проверим, что у нас там…

Во внутреннем кармане лежал большой свёрток.

Сквозь полупрозрачный целлофан, перетянутая тонкой резинкой посередине, на меня укоризненно смотрела знакомая физиономия американского президента.

Так и есть, деньги. Доллары. Много долларов. Тысяч, наверное, двадцать или двадцать пять. Да, ровно двадцать пять. Сумма и в самом деле приличная. Но чтобы из-за неё убивать?

– Макс, – позвала я своего друга.

Макс, не открывая глаз, повернулся на другой бок.

Оставив деньги на столе, я отнесла пиджак на место.

– Макс, проснись, пожалуйста!

Я ласково потрепала Макса за ухо.

– А? Что? – Макс привстал и сонно посмотрел на меня. – Ленка, ты что не спишь?