Вопреки рассудку
Шрифт:
Пока она доставала пистолет из-под сиденья, Линк подошел к ней.
Он забрал у нее пистолет.
— Стой здесь, а я пока проверю, все ли в порядке.
Карли не стала спорить. Теперь, когда она была дома, вся ужасающая череда событий вернулась с поразительной четкостью. Она следом за Кейном вошла в кухню, подумала про «Глок» и пожалела, что не держала его в руке, когда те мужчины напали на нее.
Она опустилась на стул в кухне, чтобы подождать, пока Кейн обойдет остальной дом. К глазам подступили слезы. Проклятье, она не хотела плакать. Джо учил ее быть сильной. Он знал, что не всегда будет рядом.
Но глубоко в душе она все еще оставалась испуганной десятилетней девочкой, которая вошла в ванную и обнаружила свою маму на полу, мертвую из-за передозировки.
Карли закрыла глаза и подавила всхлип. Она не осознавала, что плачет, пока не почувствовала, как Кейн поднял ее со стула и притянул к себе.
Она позволила ему обнимать ее несколько секунд, позволила слезам пролиться, просто обняла его мощную шею двумя руками и держалась. Потом она поняла, что делает, и почувствовала себя идиоткой, отстранилась и отвернулась.
— Извини, я не... не плакса. Обычно. Прости.
Она вытерла глаза, стыдясь, что он увидел эту ее сторону.
— Эй. Это был адски тяжелый день. — По его губам скользнула улыбка. — Может, это меня нужно было обнять, хорошо?
Она сумела улыбнуться в ответ. Не думала, что он может быть милым.
— Спасибо, что проверил дом.
— Без проблем. Ты уверена, что будешь в порядке?
Улыбка вернулась, на этот раз более настоящая.
— Ты крупнее меня, но у меня пистолет.
Который теперь лежит на кухонном столе.
Кейн хмыкнул.
— Хорошо, если ты уверена, то увидимся утром.
Увидимся утром? Проклятье, она забыла, что завтра он должен прийти к ней в офис, чтобы позвонить его частному детективу.
— Спокойной ночи.
Кейн вышел из дома через гараж, перекинул длинную ногу через сиденье своего «Харлея» и завел двигатель. Бицепсы на его огромных руках вздулись, когда он схватился за руль. Карли нажала кнопку гаражной двери, он выехал задом, развернул байк и с ревом умчался.
Карли затопила усталость. Дотащившись до спальни, она разделась, натянула безразмерную темно-синюю футболку «Дрейк Тракинг», в которой любила спать, и заползла под одело. Пистоле лежал на тумбочке. Она должна была заснуть.
Но не смогла.
В воскресенье Линк встал на рассвете, загрузил рыболовные снасти в квадроцикл и отправился на одно из двух озер, расположенных на ранчо «Черная земля». Вчера поздно ночью он позвонил Таунсенду и рассказал о том, что произошло у закусочной. Он поручил детективу организовать круглосуточную охрану Карли Дрейк и выяснить все что можно про парня, называющего себя Эль Хэфе.
После этого Линк поспал, но мало. Он рано проснулся и решил, что ему нужно проветриться. Забросить удочку в воду, откинуться назад и ждать поклевки. Работало почти так же хорошо, как утренний секс.
Ну, не совсем. Черт, он не был с женщиной почти месяц, слишком долго для него. Надо бы позвонить Рене или Мелиссе, узнать, в настроении ли одна из его подруг с привилегиями хорошо провести время, когда он вернется в Даллас.
Что-то горячее шевельнулось глубоко внутри, и он начал возбуждаться. К сожалению, дело было не в Рене или Мелиссе. Огонь в его крови зажигала Карли Дрейк.
Линк откинулся на ствол дерева, поплавок дернулся. Он подождал следующего рывка, подсек и начал сматывать леску. Черт побери, когда бы он ни думал о Карли, он ощущал себя рыбой на этом крючке. Как эта маленькая блондинка умудрилась подсадить его на свой крючок? Как ей удалось так быстро разбудить его интерес?
Если честно, она даже не пыталась. Он знал женщин, знал, что нравится ей. Он также знал, что ей не интересно прыгнуть в постель ради пары ночей веселья.
И после своего катастрофического брака с Холли он был чертовски уверен, что не заинтересован в большем. Если бы Джо Дрейк знал, что он хотя бы думает о том, чтобы затащить Карли в кровать, старик перевернулся бы в могиле.
Линк закончил крутить катушку и вытянул добычу на берег. Он схватил рыбу, снял ее с крючка и сунул большого серебристого окуня в корзину.
— Ты супер, приятель. Особенно поджаренный до золотисто-коричневой корочки.
Настоящая еда, а не творение какого-нибудь пафосного шеф-повара.
Не то чтобы ему не нравилась изысканная еда. За годы у него выработались дорогие вкусы, но он все так же любил непритязательную южную кухню и время от времени не отказывал себе в удовольствии готовить самому.
Линк взглянул на свои тяжелые часы. Времени как раз хватит, чтобы почистить рыбу, принять душ и доехать до «Дрейк Тракинг» на встречу с Карли. Как только ее образ всплыл в памяти, в паху стало горячо. Он был известен своим самообладанием. И в следующие несколько дней ему понадобится каждая унция.
Карли откинулась на спинку стула. Большие белые часы на стене показывали девять сорок пять. Линкольн Кейн должен подъехать в десять, чтобы позвонить своему частному детективу. Карли все утро изо всех сил старалась не думать о нем, не вспоминать, как Кейн выглядел, когда бросился через всю стоянку ей на помощь.
Крупный, высокий, мощный, в облегающей черной коже, со стиснутыми кулаками и стальной челюстью. В этих глазах с золотистыми крапинками горела жажда убийства, смертельная угроза. Он сидел в тюрьме. Одно она знала теперь наверняка. Кейн был таким опасным, как выглядел.
Она подумала о напавших на нее мужчинах, вспомнила прижатое к горлу лезвие, волну страха. Мысленно она до сих пор слышала выстрелы, помнила ужас от мысли, что Кейна ранили или убили.
Боже, она не может так быстро влюбиться в него. Совсем в другом смысле, но он представлял для нее такую же опасность, как те мужчины, что напали на нее.
Она помнила вес его крепкого тела, прижимающего ее к земле, защищающего ее. Ее дыхание участилось, а кожа раскраснелась от жара. Она не помнила, чтобы ее когда-либо так сильно физически тянуло к мужчине. И, кажется, с каждой встречей это притяжение становилось только сильнее.
Слава Богу, завтра понедельник. Кейн вернется в Даллас. Если повезет, он будет слишком занят, чтобы вернуться в Айрон-Спрингс в следующие выходные или вообще в ближайшем будущем.
Донна постучала в дверь — сигнал, что он прибыл. Дверь открылась.