Вопреки всему
Шрифт:
– Не подумай Анна, что я тебя жалею, но мне по жизни всегда хотелось наказывать подлость и предательство. Эти категории людей, что с лёгкостью вершат зло, легко предают – они должны быть наказаны за это. Я тоже пошла в юридический институт не просто так. Я тебе помогу получить высшее образование и ты сможешь законно помогать хорошим людям в борьбе против зла и несправедливости. Ты завтра начнёшь свой день в должности второго секретаря, и параллельно учиться заочно на юридическом факультете, – Анастасия Михайловна улыбнулась мне подбадривающе и попросила счёт.
Мы вышли из кафе, и на улице было уже темно. Анастасия Михайловна уехала, а мне пришлось пойти на остановку автобуса. Я, конечно, сильно задержалась, но рассказав всё Елизавете Ильиничне о моём разговоре с директором, и она очень была рада за меня:
– Ну, вот, теперь началась твоя светлая полоса, и ты устроишь свою жизнь вместе с дочкой так, как тебе необходимо. Дерзай! Ну, а я останусь одна, и буду доживать здесь свои дни.
– Ну, что вы, Елизавета Ильинична! Разве я смогу вас бросить здесь одну? Мы так хорошо живём вместе! Вы мне так много помогаете с Полинкой! Мне очень тепло и хорошо с вами.
Я обняла её, и мы обе заплакали. На следующий день началась моя другая жизнь. Вот я и в офисе, но у меня не было хорошего костюма для работы секретарём, и Анастасия Михайловна выдала мне аванс на покупку одежды и обуви. Ведь мне полагалось выглядеть презентабельно на моей новой работе. Приёмная юридической фирмы, это своего рода лицо компании. Во второй половине дня я пошла по магазинам и выбирала то, что мне полагалось носить. Консультанты в отделах отнеслись к моей просьбе положительно, и все как одна старались мне помочь. Купив, наконец, тёмно синий костюм и блузку, я уже не стала возвращаться в офис.
На следующий день я уже пришла в новом костюме и в туфлях «лодочках».
– Ну вот, теперь ты в форме и вполне соответствуешь своей новой должности! Теперь, в дальнейшем, тебе придётся ещё купить костюм, чтобы не ходить в одном и том же. Завтра ты уже пойдёшь договариваться о заочном обучении в институт. Я ещё вчера поговорила с ректором института,– Анастасия Михайловна ободряюще кивнула мне и улыбнулась.
– Большое, нет, огромнейшее спасибо за то, что вы для меня делаете! Я очень рада, что так всё складывается. Буду стараться вас не подводить в делах!– я повернулась, и вышла из директорского кабинета. И началась моя новая работа.
Полинку вскоре я устроила в садик, недалеко от нашего офиса. Было очень удобно, по пути на работу заводить дочь в садик, а вечером забирать обратно. Елизавета Ильинична сначала долго ворчала, что ей скучно без Полинки, но потом ушла в заботы о доме. Когда дочь болела, то она сидела с ней и мне не давала брать больничный лист. Я училась, и работала, и успевала помогать и по хозяйству. С почты, конечно, я тоже ушла, так как мне платили довольно прилично. Хватало на всё необходимое для дочери и на меня. Я даже, по настоянию Елизаветы Ильиничны, стала откладывать на квартиру. Жизнь шла своим чередом, и я даже могла вечерами помогать Елизавете Ильиничне по дому. Я устроилась на заочном отделении и уже была на первом курсе. Учёба давалась мне легко, и практика в фирме Анастасии Михайловны мне здорово помогала. Вскоре освободилось место первого секретаря, работы прибавилось.
– Ты далеко пойдёшь со своими задатками, и можешь со временем занять моё место или создать свою юридическую контору,– Анастасия Михайловна в очередной раз не преминула меня похвалить, когда я зашла к ней в кабинет по одному из вызовов.
– Что вы, Анастасия Михайловна! Разве я могу от вас уйти?
– Анечка! Расти человеку надо, но главное, не становиться подлым и работать честно.
Как – то бывая в тех местах, где я жила раньше, я увидела в супермаркете Виталия, он был с той самой Ириной. Во мне ничего не всхолыхнулось, и не заныло сердце, как это было раньше. Я поняла, что все чувства к Виталию у меня пропали. Мне было даже всё равно, узнает он меня или нет. Я, конечно, сильно изменилась, но не так кардинально, что меня не узнать. Я стала более стройной, волосы каштановой копной лежали на плечах. Я стала стильно одеваться и пользоваться дорогой косметикой. Посмотрев на эту пару, я тут же забыла о Виталии и о его спутнице.
Прошло ровно пять лет с того момента, как я ушла от Виталия. За это время я уже купила в ипотеку двухкомнатную квартиру в хорошем элитном доме. Мы с Полинкой обустраивались там потихонечку. Дочка уже хорошо подросла, и превратилась в красивую девчушку с голубыми глазами, и как у меня пухлыми губами. Мы часто бывали у Елизаветы Ильиничны, которая так и осталась жить в своём стареньком домике. Я предлагала ей, купить однокомнатную квартиру, со всеми удобствами, но она ни за что не хотела меняться на лучшие условия. Этот домик был дорог её сердцу. Мы, когда были выходные дни, с удовольствием ехали к нашей бабушке помогать по хозяйству. Я, заканчивала институт, и была уже вторым лицом в нашей фирме. Анастасия Михайловна была довольна моими успехами.
– Ну, что Анечка, будешь открывать своё дело? Пора уже тебе самой управлять своей фирмой,– Анастасия Михайловна внимательно и совершено серьёзно смотрела на меня.
– Зачем мне уходить от вас? Мне хорошо, я учусь ещё пока, и мне многое надо уметь и знать, – я действительно была совершенно уверена, что мне ещё рано открывать своё дело, свою фирму.
– Но, Анечка, тебе именно сейчас надо срываться с этого гнезда, и начинать свой самостоятельный полёт в карьере и в жизни. Подумай. Я тебе поначалу, конечно помогу.
Мне не хотелось уходить и потому, что в этой же фирме работал мой хороший друг. Мне он очень нравился, но в другую стадию отношения ещё не перешли. Я ещё не отошла от прошлого окончательно. Но именно сегодня, я решила начать переходить новый рубеж. Мой Алексей, уже давно хотел этого, и просто ждал, когда я решусь изменить наши отношения. Благодаря моим возможностям, уходу за собой, я из обычной девушки превратилась в красавицу. Я посещала салоны красоты и окончательно изменилась в лучшую сторону. Как в сказке, про гадкого утёнка. Мужчины сворачивали свои шеи, глядя мне вслед, но я остановилась на Алексее. Как то в один из дней, когда мы гуляли по набережной, я решилась рассказать Алексею мою историю, и не стала утаивать о Полинке.
– Знаешь, Аня, очень хорошо, что ты всё мне рассказала. Я теперь могу многое понять. Признаюсь, что я то, как раз, наоборот, из нормальной семьи, но мне всё таки, было сложно жить. Я рано ушёл от родителей, и уже давно живу один, самостоятельно.
– Но почему, Алексей, ты так рано ушёл? Что тебе мешало жить? Жить рядом с твоими родителями? – мне и вправду, хотелось узнать всё.
– Анечка, мои родители были заняты исключительно собой, а мне внимание уделяли приходящие няни. Это тоже очень тяжело морально. Очень «холодные» отношения с родителями тоже выматывают. Мне не хватало домашнего, душевного тепла. Хотя, денег и возможностей было много.
Алексей с нежностью смотрел на меня и гладил мою руку.
После этой поездки мы и стали встречаться уже как пара. В один из дней, когда я с подругой поехала в тот район, где я жила раньше с Виталием, то мне захотелось вдруг посмотреть на мой прежний дом. Мы припарковали свою машину во дворе. Дочка в этот день была с нами. Я вышла с подругой и дочкой из машины. Мы стояли, и разговаривали о своих делах, и Полинка стояла рядышком и смотрела на ребят, которые играли на детской площадке. Повернув голову в сторону подъезда, я увидела Виталия и Ирину. Они шли, и о чём – то яростно спорили. Ирина поправилась и выглядела как то неопрятно, а Виталик стал грузным и слегка облысел. От его красоты почти ничего не осталось. Он, увидев нас с подругой, остановился и стал внимательно смотреть. Мне показалось, что он был в сомнении и нерешительности. На его лице это всё чётко читалось. Затем, он, отмахнувшись от Ирины, как от назойливой мухи, пошёл в нашу сторону.